За закрытыми дверьми...

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Флешфорвард » 12.05.2014г.- How Deep Is The Ocean


12.05.2014г.- How Deep Is The Ocean

Сообщений 1 страница 26 из 26

1

[AVA]https://pp.vk.me/c626424/v626424938/3d6c2/8M5H3JMEE_M.jpg[/AVA]Время и дата: 12.05.2014г.
Место: парк в центре города.
Участники: Даниэль Хор, Билл Гиш.
Краткое описание: Билли Гиш- влюблен. Как истинный джентльмен, он не мог провести такой прекрасный майский день без своего возлюбленного.

0

2

[AVA]https://pp.vk.me/c626424/v626424938/3d6c2/8M5H3JMEE_M.jpg[/AVA]
Билли Гиш сидел на скамейке в парке и томно, медленно курил. Он не очень хорошо вписывался в концепт классического парка, потому что выглядел крайне странно и периодически ловил косые взгляды примерных прохожих. Одет он был в фирменные джинсы и легкую светло-голубую рубашку. С собой он взял сумку, потому что рассовывать по карманам сигареты, телефон и все остальное посчитал моветоном.
А еще он взял солнцезащитные очки, потому что внезапно осознал- солнечный свет неприятно бил ему по глазам, вызывая и без того участившиеся мигрени.
Но Билли Гиш был влюблен. И мигрени его не пугали.
Он пришел вовремя. Сверился с часами и, сев на скамейку, томно закурил. Мимо проходила влюбленная парочка и Гиш, незамедлительно подмигнул сначала барышне, а потом и ее молодому человеку.
Ну чтобы не обидно было.
Парочка, кстати, была весьма колоритной. Молодой человек представлял из себя жгучего подтянутого брюнета, лет восемнадцати. Девушка ( о ее возрасте Гиш только догадывался) была восхитительно- рыжей и солнечные лучи переливались на ее прекрасных волосах. А еще у нее были веснушки…Гиш веснушки не особо жаловал, но вынужден был признать, что деве они невозможно шли и делали ее образ в целом крайне игривым и приятным. Билли позволил себе полюбоваться этой молодостью, этой свежестью и снова вернулся к своему ожиданию.
Через полчаса ожидания и четыре скуренные сигареты, он призадумался.
Его прекрасный юноша был существом…эфемерным и инопланетным. Иногда Билли казалось, что он и вовсе прилетел с другой планеты. Поэтому полчаса не расстроили Гиша. Он лишь отошел, купил себе кофе и мороженое в стаканчике. Он никуда не торопился.
Спустя два часа, пачку выкуренных сигарет и пару рожков мороженого Гиш стал беспокоиться.
Эфемерность эфемерностью, но вдруг Дэни и вовсе забыл о намеченной встрече? Билли потянулся за телефоном и отправил смс-ку весьма нейтрального содержания. И терпеливо принялся ждать дальше.
Через полчаса, внезапно вдохновленный вновь, он пошел и купил цветы. Розы. Голубые. Потому что не мог не купить и теперь сидел с грустной рожей, но зато с цветами. Какая-то барышня вздумала присесть рядом, моментально уловив в Билли, если не брошенного кавалера, то кавалера явно обеспеченного ( пятьдесят одна роза в букете тонко намекали на его денежное благосостояние). Гиш в свою очередь жеста доброй воли не принял и, резко развернувшись, прошипел:
-Милочка…если Вы не поспешите отсюда убраться, я буду вынужден откусить Вам ухо.
Разумеется, мадам тонкий намек поняла и поспешила убраться.
Гиш раздраженно выдохнул и, запрокинув голову, посмотрел на небо. Когда у тебя выдается столько свободного времени (незапланированно-свободного) начинаешь задумываться о самых разных вещах. Например, можно было задуматься о Дэни. О его светлой, нежной коже, о его бездонных зеленых глазах. Гиш даже пытался сочинять стихи своему любовнику, но вовремя остановился и понял, что рифмоплет из него…не очень. К тому же ему казалось, что тех слов, что он знает и использует, явно недостаточно для того, чтобы воспеть красоту своего любовника. Он заслуживал большего. Но, видимо, это «большее» находилось где-то за пределами обычной человеческой речи. Гиш задумчиво почесал руку, на которой теперь красовался мрачный, внушительный шрам. Шрам был светлым и выпуклым, проходил вдоль руки и производил достаточно тягостной впечатление на всех, кроме самого Гиша и Дэни.
Билли своим шрамом гордился. Даже не стал татуировками перекрывать. Так, как перекрыл шрам на шее.

Отредактировано Билли Гиш (2017-01-16 22:50:10)

0

3

Это был ранний майский вечер, один из тех, которые старики предпочитают проводить гроздями на лавочках. Блики света отражались на ровной глади листвы, теряясь в широко открытых глаза юноши, только что припарковавшегося неподалёку. Солнце было ещё высоко и разглядывало со своего небесного Олимпа весь окрестный иррациональный мир, благосклонно играя на его светлых, ослепительно белых волосах. Редкое зрелище в наше время, где любят брутальных красавчиков.

Дэни отдёрнул рукав рубашки. В нём не было ни наигранного очарования акулы бизнеса, ни смазливой горячности клубного ловеласа, лишь неторопливая, добрая улыбка очень влюблённого молодого человека. Причудливый запах улицы смешивался с накрахмаленным до треска, воротником, словно врезался в него с той же отчаянной, несокрушимой мощью, с которой он вгрызался в крыло его автомобиля, который стоил до неприличного дорого. Хромированные детали пленили женщин и ослепляли мужчин. которые невольно ловили себя на мысли. что хотят оказаться на месте этого молодого человека. Казалось весь мир у его ног в этот момент.

Но он никуда не торопиться. Люди были фоном. Он шёл, не спеша, позволяя им смотреть на его лёгкую походку и беззаботную улыбку. Какая-то женщина поздоровалась с ним и он без задней мысли ответил ей тем же, что-то вроде случайных приветствий. Дэни это не волновало, даже если она позволила себе назвать его красавчиком. Пожалуй, он таковым и был в этот майский вечер, где небо сменялось от ярко синего. до тёмного фиолетового, пока он курил на лавочке. Принципиально в другой части парка. Он пару раз заметил ясные очертания мужской фигуры.

Нужно фигуры. Билли в последний раз вернулся с чудны букетом роз и Дэни ещё сильней захотелось рвануться с места и оказаться рядом, но он не торопился. Он ждал пока успокоится, прислушивался к себе, к тому, как отчаянно внутри колотиться сердце. Хорошо, что он легко мог его нащупать под лёгкой тканью рубашки. Рёбра, сердце, ткань. Хорошая. Дорогая, как открытки для отца или что-то в этом духе. В раннем возрасте он был сентиментален.

Он встал. Ноги его едва держались. Нельзя оставлять мужчину с букетом одного, он был прав. Букет как мёд, а пчёл здесь полно. Дэни не был ревнив, поэтому не стал бы отнимать у кого-то место, однако Билли и так справился без его истерик.

- Почему голубые? - он чуть наклонил голову, стоял он у него за спиной. Дорогие ботинки увязли в грязи, он прошёл по траве, следы от её сока остались на дорогой коже, - Я думал ты уйдёшь. Не ожидал что в тебе столько терпения,  - он кладёт свои руки на чужие плечи, спускает их ниже на грудь, шепчет это на ухо, отмечая что на часах с Мики Маусом уже семь. Часы диссониуют со всем его образом. Он словно украл их у ребёнка.

+1

4

[AVA]https://pp.vk.me/c626424/v626424938/3d6c2/8M5H3JMEE_M.jpg[/AVA]
Ожидание растянулось, как растягивается все, что тебе не очень приятно или не очень интересно. Это закон. Интересная книга читается быстрее, интересное общение проходит стремительно, а влюбленные так и вовсе не замечают ничего вокруг, превращаясь в круглых идиотов. В себе Гиш был уверен- идиотом он не был, хоть и был влюблен до чертиков. Но ожидание его убивало. Ожидание представляло собой нехватку информации…и волей неволей, когда информации не хватает, ты начинаешь додумывать, фантазировать. В самых разных направлениях- начиная от каких-то мелочей и глупостей, заканчивая совсем уж ужасными вещами, которые пробирают тебя самого до мозга костей, как говорится.
Билли это пресекал. Старался по крайней мере. Хотя Дэни был таким…хрупким! И смертоносным, конечно…но Гиш, как существо влюбленное, больше концентрировался не на своих травмах, а на возможной угрозе собственному любовнику.
Которую сам только что выдумал.
Гиш снова закурил. Теперь уже не томно, а скорее нервно. Он снял очки, как будто это должно было помочь ему прозреть и увидеть Дэни, но нет. Очевидно, он все еще опаздывал, хотя время неуклонно тянулось к семи часам вечера. Билли с тоской посмотрел на цветы- завянут. К чертовой матери завянут, а он тут корни пустит. Превратится в памятник самому себе или какое-нибудь красивое дерево.
В том, что он будет хорош, даже будучи деревом, Гиш не сомневался.
А может Дэни его разлюбил?
Билли вдруг подумал об этом и поперхнулся. Закашлялся дымом и выронил сигарету. Боже, как он сразу не подумал? В смысле…это же Дэни.
Его необыкновенный мальчик, который может быть так жесток и так раним. Это сочеталось в нем также легко, как и возможность того, что Билл ему внезапно опостылел и надоел. Вот так вот…в один день. Внезапно и без объяснений. А поскольку, Дэни был жесток- он мог и вовсе посчитать правильным не сообщать ничего Биллу и просто раствориться, как туман.
Гиш печально уставился в пространство перед собой. С таким видом, как будто прямо в этот момент узнал о том, что потерял все свое состояние, квартиры его сгорели, а сам он болен чем-то ужасным и крайне болезненным. А сам он, поскольку безнадежно болен, умирать будет долго и мучительно, полысеет, подурнеет, ослепнет под конец своей агонии. И ладно с этим чертовым «стакан воды никто не принесет», Гиш все равно предпочитал воду из кулера. Но один…совсем один…и слепой.
Билли готов был расплакаться за столь печальную судьбу, которую сам себе же и выдумал. А потом решил добавить перчинки (все равно заняться толком нечем) и представил, что Дэни придет в самый последний момент, Гиш непременно раскроет свои глаза и увидит, что он не один, а с новым любовником. Или любовницей? Нет, лучше с любовником. Так драматичнее.
Билли душераздирающе вздохнул и хотел уже прикурить снова (еще бы, он такие страсти выдумывают…кто угодно бы закурил), как услышал позади себя неоспоримое доказательство того, что Дэни здесь.
Билли прикрывает глаза и улыбается так, как улыбаются все влюбленные дураки.
И он дурак. К чему скрывать это?
Но дурак, который дождался, не так ли?
- Мне показалось, что красные тебе надоели. А голубых я тебе еще не дарил.- Гиш с удовольствием целует своего любовника в висок, свободной рукой погладив его по щеке.
И сразу успокаивается. Все странные мысли, все печальные помысли, как рукой смело.
- Как я мог уйти? Я же ждал тебя.
Гиш не видит лица Дэни. Только слышит его вкрадчивый шепот на ухо. Неужели и вправду забыл о встрече? Но Билли даже смс-ку написал. Притом одну, а не пятьдесят, как любит. Терроризировать людей звонками и сообщениями- это одно из его развлечений. Он еще умеет отправлять сообщения по одному слову, чтобы совсем до нервного тика довести. Но с Дэни он деликатен до зубного скрежета, поэтому смс-ка была ровно одна и даже вполне себе нейтральная.
Не читал? Не смотрел в телефон? Был занят?

Отредактировано Билли Гиш (2017-01-17 00:31:44)

0

5

Дэни не разбалованный мальчик, хотя его хотят таким видеть родители. Они мечтают вернуть то время, когда его можно было не замечать, когда он не мог достать печенье с верхней полки в их квартире, когда ставил табуретку, ломал руку и когда родители неловко переругивались в коридоре. Он вырос, даже потому, что смотря на то, как изысканно держит сигарету Билли, он думает о раке лёгких, сжигающим клетки, как бумагу, как финансы его отца, потому, что смотря на сигареты он невольно думает о матери. Курят только шлюхи. И Дэни нельзя курить, так говорит врач, но Дэни думает, что он так говорит только потому, что у врача есть рот, что свойственно врачам. Он это тоже подметио, так разве это куда-то применить бы? Да некуда.

Он выпрямляется, исправляется, обходит лавочку. Кажется его удовлетворил ответ, но это в частности,в целом он не смотрит на Билли. Это не может не пугать, но порой Дэни делает странные вещи. Он берёт сигарету, он знает где лежит упаковка, притаилась в чужом кармане и выглядывает. Смотрит краешками сигарет, мечтающих сгореть дотла. Дэни думает, что это хорошая аналогия на людей. И мы все уйдём с дымом.

- И правда.. не дарил, 0 Дэни никогда не благодарит за подарки. Словно так и нужно, словно его присутствие и есть благодарность, но всегда им радуется. Почти всегда. Сегодня взгляд его скользит по лепесткам, словно капли росы. Впитывается в них. Он отводит его от рук, оплетающих их длинные, костлявые шеи. Шипы оторваны, они такие беспощадно беспомощны. Он представляет как дрожащие руки продавщицы протягивают ровно пятьдесят одну розу. Целый ворох. Он представляет, как она смотрит с лукавой завистью, как жадно глотает эту влюблённость с лица Гиша, завидуя красавице, которой удалось понравиться такому очаровательному наглецу. Она наверняка очень красива, легка, умна и очаровательна. Идеальная девушка, чтоб стать женой, а на самом деле она высокий, светловолосый парень, с тонкой шеей, острыми скулами и странным, разбитым взглядом.

- Сегодня встал и подумал, что влюбился в тебя, - он выдыхает едкий дым, чуть кривясь, представляя что он дракон и скоро сожжёт какой-то город, если в Гише есть города, - смотрел на тебя всё утром и подумал об этом, ты стал лучше спать когда я появился... спокойней и я могу на тебя смотреть и ты не просыпаешься. Поэтому у меня было много времени, хотя я все ещё сомневаюсь, но думаю таки влюбился, - мысли - тягучее вино. Сигаретный дым наполняет тело туманном. Лёгким тепло, сердцу душно в грудной клетке и он стучится, словно вот-вот грудная клетка откроется.

В глазах Дэни Хора солнце. Оно поймано до того момента, как оно разбилось о плоть земли. Он кажется до боли нормальным, что не хорошо. Когда Дэни безумен это куда спокойней, но когда он так чертовски собран начинается паника. У него дрожат суставчики рук. Он затягивается дымом снова, так жадно, будто умеет дышать только сквозь сигареты.

- Поэтому я так опоздал, обдумывал это... как так случилось, вот живёшь с человеком и вдруг влюбился, - он стряхивает пепел, - думаешь нам стоит взять паузу или только мне?

Отредактировано Daniel Hor (2017-01-18 01:52:53)

0

6

В сущности, Билли Гиш думает о том, что они идеальная пара. Это, конечно, очень грубое определение, потому что все, что касается Дэниель Хора- находится за рамками любых определений и словесных формулировок. Билли Гиш думает о музыке…возможно, если и есть что-то способное хотя бы частично прикоснуться к его неземному мальчику- так это музыка. И ничего более.
Но в сущности- они идеальная пара.
Гиш не пытается найти объяснений или причинно-следственных связей своей собственной убежденности. Он просто ощущает это. Инстинктом, внутренним зверьем своим. Потому что они никогда не обманывают и не предают.
Билли доверяет своим демонам, а демоны даруют ему удачу.
Так было. Так есть. И так будет.
Его не смущает ни спица, ни шрамы…спица была пикантным финальным аккордом их постельной сцены, а шрамы. Что ж, шрамы украшают мужчин, разве нет? Да и на то была воля самого Гиша.
Он вдруг вспоминает историю….какая-то книга- Боже, сколько он их прочитал. В которой главную героиню, истерзанную и избитую, находят на дороге. И все хотят узнать, кто с ней это сделал.
Она долго молчит. Толпа негодует. Потому что толпе нужен злодей, нужен Дьявол.
И в итоге, героиня говорит: «неужели вы думаете, что я позволила бы кому-нибудь с собой так поступить? Я сделала все это сама».
Сама. Сделал сам.
Сам допустил. Сам порезал. Сам пролил кровь- и не только свою, но и чужую. Утопил глупую девчонку в реке. Все сам.
И ни секунды не жалеет.
Но самое прекрасное…самое прекрасное в их хрупких взаимоотношениях с этим странным мальчиком в том, что Дэни все это прекрасно знает. Прекрасно понимает,  может быть на уровне своих каких-то хитрых инстинктов. Потому что Гиш понятия не имеет, как устроена эта хорошенькая голова и что за мысли там витают. Но Дэни знает. И Дэни принимает все, что может предложить Гиш совершенно спокойно.
И речь здесь не о розах, верно?
Розы- это так…атрибут. Незатейливый подарок, который скоротечен и погибнет. В сущности, они не стоят ничего.
Как и человеческая жизнь, верно?
Жаль, нельзя было купить ему пятьдесят одного человечка вместо голубых роз. Почему бы и нет? В денежном эквиваленте они стоили бы дороже, но…были бы ценнее? Изящнее? Переливались бы их лепестки в лучах заходящего солнца так, как переливаются розы? Нет…и все же, розы стоили бы дороже.
Люди стоят гроши.
Дэни забирает у него сигарету. Билли лишь с улыбкой смотрит на своего любовника, поглаживая большим пальцем золотой ободок кольца. Даже если Дэни сейчас вздумает потушить эту сигарету о его лицо (что едва ли, ведь лицо Билли ему нравится…может быть, руку?), Гиш только улыбнется в ответ и скажет: «какой чудесный вечер. Может быть, кофе?».
Но Дэни выглядит серьезным. Сосредоточенным. И это напрягает Гиша гораздо больше возможного ожога. Что-то не так…что-то происходит в этой голове. Конкретно сейчас. В конкретную минуту. Вернее не происходит, а уже произошло. Потому что Дэни привык делать свои выводы и вываливать их на Гиша в достаточно непреклонной манере.
А потом льется кровь. Своя, чужая…какая угодно, лишь бы его мальчик изменил свое решение.
Начало чужой речи Гиш воспринимает настороженно- благосклонно. Потому что не видит пока проблемы. Но…ее видит Дэни. Билли чувствует себя слепым и недалеким, потому что не может предугадать следующего шага. Не может предсказать его и, расторопно уничтожить любые намеки надвигающейся бури.
Не понимает и теперь.
Хочется курить, но он, как завороженный следит за тем, как появляется пепел на кончики чужой уже сигареты.
Проблема. Влюбленность стала проблемой. Как иронично.
Гиш качает головой. Не соглашается, разумеется. Никогда не согласится и обстоятельства не сложатся так, чтобы он принял подобное положение дел. Но Дэни уже решил что-то…сделал какие-то выводы, какие-то жуткие опасения уже дали свои ростки и это гораздо серьезнее, чем может показаться на первый взгляд.
- Ты думаешь, это проблема? То, что ты влюбился. Мне казалось…в этом была сама цель, разве нет?- Билли смахивает невидимую пылинку с рукава. Ему все еще хочется курить, но он держится. А потому разменивается на суетливые, нервные жесты.- В чем на самом деле проблема, Дэни? Что тебя тревожит? 

0

7

Люди похожи на разбившиеся фонари, поэтому их стоит боятся. В них когда-то жило солнце, но это было давно, теперь в них живёт неудовлетворённость и осколками улыбается вам, кусает вас своим видом, все нутром показывает что она кровожадная и жадная. Неудовлетворённость так и ищет в вас ту самую живую, тонкую жилку веры  в себя, чтоб открыть её и выпустить вашу жизнь на колкий асфальт, чтоб вы стали просто лужей из себя. а потом по вас бегали бы дети, потом бы прохожие не хотели в вас пачкать свои ботинки. Дэни думает о том, что он бы был слишком большой лужей, почти морем и стал бы топить людей Да-да, целое море из одного мальчика, он так думает, что его не перейти будет, не обойти.

Даниэль курит, выпуская струйку дыма, сжигая лёгкие и чувствуя головокружение. Он старается держать дым в лёгких дольше, потому, что дым он как кот - котов нельзя выпускать. Дым это его одиночество. Интересно, а оно его чувствует? Не важно, наверное, ведь чувства есть только и у них с Билли. А может только у Билли, а может он его обманывает. Потушить бы сигарету о чужие руки, глаза, губы, чувственный, океанический, коралловый.

- Ну да, хотя я не планировал, - он улыбается, потом начинает как-то нервно мять сигарету, покусывать губы, думая о планах. А планов много.Ворох, сжечь бы его, а потом он понимает,что улыбается. Это так странно, будто лицо не его, а чужое, вроде как одолжил. Не помнит  у кого, - Но мне кажется ты не понимаешь. Я знал что ты не поймёшь. Это ведь самое ужасное что могло произойти,    - он горестно мотает головой. Словно он показывает питона, проглотившего слона, а ему говорят - это шляпа.

- Раньше я был влюблён в художника портретиста, вот ещё вчера вечером был, он такой красивый, как раз чтоб быть влюблённым, а сегодня проснулся и понял, что я не помню его имени, даже картины не помню, забыл, - о, это была великая утрата, о которой Гиш не знал, мальчик горестно затягивается, докуривая до фильтра, - он рисовал чертовски хорошие картины. Я познакомился с ним в Риме, ему двадцать лет было, у него мама итальянка, а отец какой-то американец, видишь сколько я всего про него знаю? Он портретист, даже это помню, но ни одной картины не помню, даже не помню имени, влюбился в тебя и забыл...

Повисла пауза, Дэни смотрит на людей, то, как они проходят и словно ищет лицо того самого художника. Словно ищет его в толпе. Но художники не ходят в толпе. И они познакомились не в Риме, он перепутал, перебирая воспоминания в голове, как зёрнышки риса. Они познакомились в Лондоне, тогда это было модно. Выставки. Он не ходил, просто шёл по улице, такой потерянный. Художник сам к нему подошёл, попросил с ним говорить. Он назывался Алексом, он сказал, что хочет нарисовать его портрет. Они даже целовались, ловя остатки вечера. Этого Дэни не помнит, он и правда о нём всё забыл. Забыл музыку, забыл привкус марихуану, то как он приходил к нему в бар и они болтали, какие у Алекса огромные. синие глаза. Не помнит ничего. Разлюбил.

0

8

Гиш молчит. Задумчиво смотрит все также в даль, но все слышит. Просто он серьезен и собран. А такое счастье не каждому удается увидеть. Он отвлекается лишь на секунду, когда откуда-то из глубины парка раздается детский крик. Билли внутренне напрягается. Нервы легкой дрожью отзываются в его позвоночнике и прячутся между лопаток. Потом крик переходит в смех и Гиш успокаивается.
Как легко это удается детям. Из крика сразу в смех. Хотя между первыми вторым не такая большая разница.
Дети всегда напоминают ему о собственных родственниках. Какой-то инстинкт или рефлекс. Он не может отделаться от этой привычки и, возможно (всего лишь, возможно!), это одна из тех причин, по которой Гиш так и не завел своих.
Боялся, что не выдержит ежедневного напоминания.
Ежедневного упрека самому себе и бессильной злости, которая, как старая рана, белеет шрамом на его сердце.
Билли понимает. По крайней мере, ту часть про влюбленность, о которой говорит Дэни. Они в этом похожи, хотя Гиш никогда своему любовнику не изменял. Хотя, здесь следует поставить вопрос иначе: что это вообще такое- измена?
Но влюбленность…мимолетный эстетизм, прекрасный в своей недолговечности и вдохновенности…может, Дэни имеет в виду не совсем это, но Гиш не ревнует.
Он знает, как его мальчику важно иметь пространство. Теперь знает.
Пространство не только физическое, но и душевное. Иметь возможность думать о ком-то еще, смотреть на кого-то еще…Дэни не говорит «я хотел его» и оттого, все, что он рассказывает, выглядит почти что мило.
Еще и портретист…кто бы устоял?
- О чем ты жалеешь, милый? Что я не даю тебе…пространства? Что занимаю слишком много места в твоей прекрасной голове?- Гиш улыбается. Чуть печально, но искренне. Своей настоящей улыбкой, которая всегда выглядит так, как будто Билли чем-то очень горько опечален. Как будто сердце его разбито, хотя разбилось оно очень давно.
- Я может…не все понимаю. Но я стараюсь, ты же знаешь.
Возможно, он мог бы почувствовать гордость. Потешить свое мужское эго. Что-то типа:
«Мой Дэни думает только обо мне. Мой-мой-мой».
Но Гиш так не думает. Может, повзрослел немного. А может, сам Дэни на него так влияет.
Билли смотрит на своего мальчика и отмечает, что тому идет сигарета. Идет курить. А вот рак легких ему не пойдет точно. Гиш и так свел свою пагубную привычку до минимума ( по крайней мере, в присутствии Хора). Но глядя на тонкие пальцы, сжимающие фильтр, не может сдержать внутреннего отеческого порыва- отнять сигарету у Дэни, чтобы он не убивал свои легкие.
Но Гиш не отнимает, разумеется. Это ведь тоже свобода. Тоже пространство. Дэни так хочет. В конкретный момент и в данную минуту. Отобрать- значит проявить свою волю. А Гиш старается работать над своим пагубным желанием все контролировать.

Отредактировано Билли Гиш (2017-01-18 18:54:37)

0

9

Дэни печально улыбается. В улыбке его тоже есть горечь и грусть, так ему не свойственные теперь. Когда-то он был слаще, острей, теперь его привкус на губах неуловим. Он напоминает луну... Его свободу в принципе сложно ограничить, потому, что она у него глубоко в голове. Его сложно загнать в рамки, он ведь не портрет, который висит у Алекса к гостиной. У него крайне мало мужских портретов. В основном он рисует женщин и он нарисовал Хора, потому, что он любил. Любовь отпечатывается на лице человека. Любовь смотрит в нас, а мы её зеркало и она прекрасна. Но любовь делает с нами ужасные вещи и Дэни кривится потому, что дым проникает в голову, потому, что у него часто болит голова, хотя крайне редко она болит до слёз. Это хорошо.

- Ты снова будешь плохо спать, а я не хочу, - Даниэль встаёт. Земля такая не ровная, трава сочная, идти далеко. он протягивает Гишу руку, - пойдём, я хочу насладиться влюблённостью в тебя, такие вещи быстро проходят. Ты ведь знаешь... И ты все ещё не понял... - он всегда честен. Хотя порой не говорит то. что стоило бы сказать, наверное не понимает всех этих условностей.

- Понимаешь, раньше я тебя любил, а сегодня понял, что влюбился, а это куда хуже, чем разлюбил и свобода тут не при чём. Ведь если бы разлюбил, то я бы ушёл и всё было бы понятно. Ушёл потому, что разлюбил. Я бы сказал тебе, что любовь умерла, но я влюблён в тебя и так я не смогу уйти. Я влюбился, а значит не люблю, а значит всё глупо, несерьёзно, я же не мальчик, чтоб влюбляться, понимаешь? Мы ведь давно вместе, а я такой непостоянный, возьму завтра и начну любить кого-то, а в тебя буду влюблён, это будет даже хуже, но вполне вероятно, - он вздыхает, отбрасывает сигарету в урночьку. Пусть умирает, ему не жаль. Он умрёт так же как она, он уверен. 

- У тебя руки холодные, - они идёт по парку, Дэни достаёт из кармана блистер с таблетками и глотает три, почти не глядя, морщась. Они как речные камушки. Во рту мало места, ему кажется, что там всё сжалось, что внутренности его горят огнём. Это всё голова, хотя Хор привык ходить и носить её как наказание, они идут к машине, но в последний момент он сворачивает в глубь парка - ты ведь со мной ничего не боишься?

Он останавливается и смотрит на Гиша, так просительно, потом улыбается и целует его в губы, но совсем не так как раньше, он ведь влюблён, всего лишь влюблён.

- Никогда не был просто в тебя влюблён, - шепчет он в губы, - я не смогу быть твоим мужем, ты ведь понимаешь? Мне жаль, что я просто влюбился в тебя... такая глупая ситуация могла случиться только со мной, - он тянет Гиша к дереву, снова целует. упираясь спиной в дерево и притягивая Гиша к себе,

0

10

Гиш и вправду стал спать лучше. У него в принципе всегда были некоторые проблемы со сном. Кошмары приходили к нему часто, мучая его неделями, а иногда месяцами. С Дэни кошмары отошли и Билли стал высыпаться лучше. И, как следствие, стал как будто немного добрее. Обманчивое впечатление.
Но по крайней мере, он перестал выглядеть так, как будто воскрес из мертвых. От недосыпа и кошмаров, Гиш всегда дурнел и синяки под глазами из-за бледной кожи выделялись слишком сильно.
Гиш берет Дэни за руку и следует за ним. Он все еще не понимает и чувствует себя маленьким школьником, которому нужно понять что-то простое и элементарное, но он слишком глуп, чтобы справиться с этим самостоятельно.
Поэтому он просто идет за Дэни, надеясь, что все же поймет хоть что-то.
Любить и влюбиться.
Ладно, допустим Билли это понимает.
В теории, конечно. Сложно применить только что полученные знания вот так вот сразу.
Гиш всегда думал, что влюбленность шествует перед любовью. И да, разумеется, она проходит и не всегда превращается в любовь. Но если Дэни любил его раньше, то что значит его нынешнее признание? Разве это не подразумевает то, что он его разлюбил и теперь его влюбленность означает то, что Дэниель к нему…охладел?
Билли качает головой в ответ и поднимается со скамейки.
-Дэни, милый. Мне кажется, ты….несколько категоричен. Разве любовь не может подразумевать влюбленности? Я никогда не разделял это так строго.
Гиш внимательно смотрит за тем, как Дэни вытаскивает таблетки. Мигрень? Билли знает, что у его мальчика часто болит голова- в этом они похожи. Возможно, ему следует полюбопытствовать, что за таблетки принимает Дэни. Просто ради собственного успокоения.
- Конечно, нет. С тобой я ничего не боюсь.
Пройдя почти половину парка, Гиш только теперь понимает, что розы остались на скамейке. Пожалуй, это даже красиво. И правильно в какой-то степени- оставить их там. Как подарок кому-то. Может быть, кому-то одинокому, кто будет бродить по парку и случайно наткнется на них.
Не самый плохой вариант.
Странное ощущение. С одной стороны- он безмерно влюблен и счастлив потому что он всегда так себя чувствует, когда его мальчик рядом. А с другой…то, что он говорит, делает Гиша безмерно печальным. Как соль в сладкой карамели…банальное сравнение, но Билли не находит сейчас ничего лучше каких-то штампов. Он отчаянно прижимает Дэни к себе. Обнимает его крепко, но в поцелуе никак не проявляет своей обеспокоенности и нервозности. Руки выдают его, но…он надеется, что Дэни воспримет его жадные объятия благосклонно.
Если бы Гиша спросили, какой грех в его жизни самый главный- Билли бы сказал жадность. Не жестокость, не гордыня….даже не гнев. А банальная жадность.
Гиш знает о ней если не все, то очень многое.
Просто потому, что когда-то давно, когда у него не было ровным счетом ничего- уже тогда, жадность обнимала его своими цепкими липкими руками за горло.
Билли качает головой. Такой непривычно грустный и сосредоточенный.
- Дэни, не говори так. Это все звучит очень грустно…как будто ты решил попрощаться. А я не люблю прощания.- Билли дурачится. Пытается прикрыть нервы привычной маской чудаковатого фрика. Не уверен, что получается хорошо, да и Дэни уже давно не входит в ту категорию людей, которых можно было бы подобным одурачить.
Хотя подобные мысли не мешают ему целоваться. Совершенно не мешают.
И, прекрасно зная о некоторых особенностях своего любовника, Гиш тут же накрывает его затылок рукой- а то вдруг ударится. Билли этого совсем не хочет.
Он прижимается губами к горлу…такому беззащитному и тонкому. Просто прижимается и оставляет за собой цепочку поцелуев…таких легких и мягких, как будто этой непривычной мягкостью сможет тоже что-то изменить.
И, отчаявшись окончательно, вдруг прижимается лбом к чужому плечу. Так по-детски и так наивно, как будто это поможет спрятаться от грядущих проблем.
- Я ведь люблю тебя…

0

11

Дэни это мальчик Кай - глаза ледышки. Это тот, кто давно не убегает от себя, ведь потерял себя в том далёком году, когда ему сделали так больно, что не осталось. И он не плачет - это разрежет его глаза, сделает улыбку истерической, потому, что красный ему идёт. Он нежно прикасается к Билли, словно тот может разбиться, словно он уже где-то там треснул. Дэни боится порезать руки, осторожно изучая чужие трещины души, хватается мысленно за тонкую реальность, ускользающий миг покоя.

Он думает от чего-то об ангелах, почему-то сегодня в его мыслях слишком много красивых и невинных вещей, хотя их любовь, естественно была не такой. О нет, они ведь одного пола, а в мире должны любить противоположности. Дэни не помнит себя раньше, но он думает, что всегда был не таким как все, впрочем, раньше он боялся одиночества, раньше ради любви он готов был лишить покоя любимого человека, разбить его семью, жаль, что он забыл это чувство. Теперь ему не страшно.

- Это ничего. Это не важно... тише, дыши тише. А то голова закружится, тебе нельзя переживать, я не хочу чтоб ты не смог без меня жить - он впутывает свои пальцы в чужие волосы, - если я уйду, представишь, что я умер и будешь жить дальше. Люди расходятся, как мои родители, живут счастливо, но уже не с друг другом. Ты ведь знаешь, что однажды я могу забыть тебя, однажды я могу уйти, - он поднимает лицо Гиша, заставляет его смотреть в свои зелёные луга, губы у него пухлые, сочные, слегка потрескавшиеся на морозе, но такие же привлекательные. Губы израненного мальчика, 

- Почему ты всегда стараешься сделать вид, что всё нормально? Не понимаю, зачем ты прячешься за этими масками, ужимками и улыбками со мной, хотя я не понимаю зачем ты делаешь это с другими, они ведь не начинают любить тебя больше  - он препарирует Гиша взглядом, острым, как скальпель и вдруг до чёртиков нежно его целует. Руки касаются лица, танцуют на коже, теряются в волосах, - почему ты избавился от шрама на шее? Он тебя пугал?

Дэни улыбается, оставляя свои руки на чужой шее, но чуть отстраняя от себя Гиша, теперь ему лучше видно его лицо, - и хватит так меня оберегать. У меня стойкое чувство,что я сделан из фарфора, хотя я не такой уж и нежный,  - он вкрадчиво проникает в чужие глаза, такой красивый, колкий, острый, чужой.Схватится за него, всё равно что губами по высоковольтным - убьёт ещё до того момента когда губы запорхают по коже проводов. И правда, в Дэни есть что-то неземное, такое же опасное, как и в шаровой молнии.

- Может, но я тебя не люблю. Я долго об этом думал, но так и не смог почувствовать. Но может это пройдёт,  в конце концов когда-то я не мог дышать без тебя, правда ты часто был тогда занят, работа и всё такое, книги... - он пожимает плечами, - зато теперь я в тебя влюблён. Никогда не был, просто увидел тебя тогда в квартире и подумал, что вот тебя буду любить  хотя бы до конца дня. Так и с художником было. Подумал, что просто преступление не влюбиться в художника... только... нет, не помню что было не так.. а точно, я даже фото его имею, надо будет найти, может вспомню его и влюблённость пройдёт,

Не так было то, что тогда у Дэни было совсем другое лицо, он был куда счастливей и у него был чёртов парень, который изменял ему с женой, но разводиться с ней не хотел и каждый раз Дэни от ревности на стены лезть готов был. Мы с дорогой... мы с любимой... он готов был это девке горло перегрызть, а потом однажды он сказал, что завёл любовницу в университете, чтоб никто не знал о них. Даниэль тогда твёрдо решил что расскажет всё его жене, а мужчина решил, что не позволит Дэни любой ценной это сделать

Отредактировано Daniel Hor (2017-01-19 01:00:58)

0

12

Хоть Дэни и говорит ему- «хватит меня оберегать»- Гиш руки с чужого затылка не убирает. Улыбается в ответ, кивает, как дурак. Но в своих действиях остается тверд и непреклонен. Билли вообще крайне упрямый и деспотичный субъект, странно, что Дэни забыл об этом.
Странно, что он допускает мысль о том, что сможет от Гиша уйти.
Уже пытался. И не раз пытался же, и что в итоге?
Билли каждый раз возвращал его обратно.
Не без согласия самого Хора, разумеется.
Но кто устоит, когда кто-то вроде непонятного и сумасбродного Гиша, так упорно тебя добивается?
Билли недоволен. Это никак не влияет на его жесты или улыбку, но взгляд становится тяжелее, острее.
Дэниель препарирует его мелкие прегрешения зеленью своих глаз.
Гиш отвечает ему невозмутимым серебром собственных.
Он вдруг смеется. Легко и беззаботно, как будто что-то из того, что говорит Дэни действительно смешно и остроумно. Билли целует его в лоб, как будто он отец, а Дэниель- его неразумный, но горячо любимый ребенок.
- Дитя мое…как ты наивен.
В чем именно наивен Дэни- Гиш не уточняет. У него в голове бьют барабаны, потому что мигрень на пороге и скоро непроглядная чернота с красными вспышками стробоскопов поглотит его разум. Теперь его мигрени выглядят так.
Но он ее жалуется. Просто платит.
Пока мигрень еще не расцвела кровавыми жгучими цветами в его глазницах, Билли  предпочитает уделить внимание своему любовнику. Который уже его не любит, но отчего-то все еще влюблен.
- Я не избавился от него, душа моя. Я подчеркнул его. Чтобы он не зажил окончательно и не потерялся.
Что же делать?
Конечно, Гиш смеется. Конечно, он пытается сделать вид, что все в порядке. Не из глупости какой, а потому что ему жутко немного. Он ведь думал о таком раскладе всего пару часов назад и уже тогда ему было жутко. Так нехорошо, что он предпочел списать все на свое больное воображение.
А оно вот как вышло.
Сам себе «накаркал».
Руки Билли живут отдельно от его головы. Ловкие тонкие пальцы забираются под ткань чужой рубашки, чтобы пробежаться по позвонкам. Они как маленькие пауки, которые в отчаянии пытаются оплести чужое тело невидимой паутиной. Чтобы больше нитей, больше сетей…чтобы не порвать, не разорвать и, уж точно, не сбежать.
Хотя Дэни и так не сбежит.
Билли пытается просчитать цену. Чем платить в этот раз?
Их отношения начались с воровства, если говорить откровенно.
Продолжились убийством девчонки- утопленницы.
И спицей в горле самого Билли.
Потом Дэни дополнил их собственной кровью и канцелярским ножом.
Завершилось все (вишенка на торте их взаимоотношений) выпуклым шрамом на руке и сексом на столе. Хоть песни сочиняй, по мотивам их непростых приключений.
Что теперь?
Гиш внимательно смотрит на своего любовника, ничуть не смущаясь колкого взгляда и внезапно ожесточившейся зелени чужих глаз. Он улыбается ртом, но не глазами.
- Фотография? Любовь моя, ты должен показать мне ее. Я просто сгораю от любопытства.
Конечно, Билли сгорает.
Но не от любопытства. От жгучей злости скорее. Еще немного и пеной на губах выступит. Его Дэни так…непостоянен. Всегда есть кто-то или что-то, что сбивает его…что путает его и смущает. Будь воля самого Гиша- выжег бы весь город. Да только проблема не в этом…Дэни найдет свои сомнения, даже если Билли сожжет город до основания и оставит только пепел.
И это злит. Постоянное вмешательство, постоянно чьи-то грязные руки, чьи-то помысли, домыслы, осуждения, давление…
Прямо, как та блондинистая сука, которая сказала Дэни, что они не пара.
Ее счастье, что она жива.
Хотя Билли частенько видит по ночам, в своих самых прекрасных снах, как перерезает ей горло своей прекрасной бритвой.

0

13

Пыльцы словно смазаны жидким воском, но на самом деле то бензин. Бумага готова вспыхнуть от жадного взгляда Даниэля Хора, льдинки которого превращаются в живое, человеческое пламя. Фотография, выхваченная из толпы других жизненных кадров, словно мироточит жидкостью для розжига его внутреннего волнения. Взгляд художника жадно упирается в чужой, аккуратный подбородок, в тонкие губы, в совершенно чужой, отдалённый профиль. Парень рядом с художником смеётся, открыто и звонко, парень рядом с художником влюблён и счастлив. Дэни невольно изучает его взглядом. Это единственная свежая фотография, его последняя, с деловой поездки в Лондон. В голове словно слышится его невинный смех, Дэни готов закрыть уши, голос у него тот же, но лицо...

Впрочем он быстро хватается взглядом за тонкие скулы художника, чувственный рот, густые брови, серые, бездонные глаза, острые росчерки рук. Они кажутся мазками всё той же кисти, во взгляде творца читается обожание и безликое чувство всепоглощающей любви. Кажется он проник в основы мироздания, кажется он разгадал шифр красоты, проникает в неё всем своим естеством. Он портретист, а люди для него всегда картины. Что он видит в несовершенстве лица юноши рядом с ним? Быть может он уже слышит хруст лицевых костей. Не узнают. Пускай его не узнают. Пускай он умрёт. Стереть, разбить, сломать. Но пока Даниэль легкокрылая бабочка в руках у мальчишки, который только готовиться сжать ладони.

Его почти никто не узнаёт на этой фотографии и даже он сам подолгу смотрит на неё. Он не прав, он хранит эту фотографию не из-за любовника, а из-за себя. Дэни всегда считал, что у него не тот профиль,нос с горбинкой. Да и вообще, ему далеко до идеала и он не любил объективы камер. Они слишком объективно подчёркивали его недостатки. Теперь его лицо - это такое же творение исскуства, каким сделал его Алекс Сиа. Хирург владел скальпелем ещё умелей, чем смычками музыканты.

Он отдаёт фотографию Гишу, ловко вытаскивая её из альбома. В этом странном альбоме всего пять фотографий. Одно место там пустовало и он вставил своего коллегу. Ну а так их всех подбирала его ненаглядная мачеха. Она старалась востановить для него это тонкую дорожку, показать каким он был и почему стал другим. Первое время Хору часто казалось, что это всё кошмар. Он ненавидит зеркала. В квартире Гиша их не осталось, он избавился почти от всех, кроме одного, в ванной.

- Слева, это я, - голос его хриплы, губы сухие, как арабские пустыни, глаза резко выцветают. Он отдаёт фотографию не сразу, а когда они почти дошли до машины, а до этого словно пребывает в каком-то другом мире, в каком-то своём прошлом. Он вспоминает себя каждый раз когда смотрит на этот кадр. Вот он улыбается, вот жаркое солнце освещает его линии лица, он скучает по себе в восемнадцать, влюблённым в свою работу, он вспоминает эти глаза, этот разрез. Его сделали похожим на мертвеца, хирург говорил, что его вдохновляла его покойная жена. Адель, кажется. Он не спрашивал Хора, хочет ли он быть похожим на чужую жену? Впрочем, разве у таких спрашивают?

Он думает, что всё это затянувшийся сон и поэтому он всё забывает, отрезает, отрицает, рвёт. Ему кажется, что с ним ничего не происходит, каждое утро он словно вспоминает всё заново и пока не увидит - не помнит даже Гиша. Он просто влюблён в него, он просто не смотрит на него. На обороте почерком его мачехи и любовницы выведено " Это ты Дэни и Алекс!" Она показывала ему фотографию и он каждый раз, когда он плакал и говорил, что забыл себя. Ему всегда кажется, что это уродливо сделанная копия - то что он видит в зеркале. Ему кажется, что он сходит с ума, а потом он забывает. Забывать - это панацея от всего. Доктор говорит что это пройдёт, но даже его мачеха утратила веру в то, что он станет полностью нормальным.
Она тоже думает, что собирая его с асфальта они забыли что-то чертовски важное.

0

14

Одна из особенностей Дэни, которую Гиш одновременно любит и терпеть не может, заключается в том, что если он сосредотачивается на чем-то, то отвлечь его крайне сложно. Билли по старой привычке, не уследив за руками, надеялся прервать или отсрочить этот разговор жалкими поцелуями и пылкими объятьями. Но одного взгляда на Дэни хватает, чтобы понять- не выйдет. Не в этот раз, мистер Билли Гиш.
Он тяжело вздыхает. Потому что…он же любит этого мальчишку. А значит должен сейчас взять себя в руки и добровольно ступить на неизвестную территорию чужих страхов и сомнений. И все это при том, что несколько минут назад, Дэни имел честь его так обрадовать своим «влюблен- не люблю больше». Какие еще доказательства любви нужны? Не люби Гиш этого несносного инопланетянина- развернулся бы и ушел.
А может, ушел бы еще раньше.
Но нет. Стоит под деревом, как дурак. Обнимает другого дурака. Идиллия, черт возьми.
Дэни вытаскивает альбом. Совсем миниатюрный. Гиш, как завороженный смотрит на этого маленького монстра, и предчувствия у него самые скверные. И не потому что там могут быть фото или какие-то компрометирующие его мальчика карточки. И не потому что там его любовник изображен с неким субъектом, в которого Дэни был влюблен.
Просто это личное. Что-то сокровенное и интимное.
А Гиш боится таких вещей.
Одна из особенностей Дэни, которую Гиш так ценит заключается в том, что он не спрашивает. Не задает глупых вопросов.
Как ты нажил свое состояние?
Какое твое настоящее имя?
Откуда у тебя шрам над бровью?
Дэни это не интересно, хотя Билли, конечно, иногда испытывает некоторое досадное чувство, как будто его любовнику наплевать на него в принципе. Но потом Билли думает о чертовых вопросах, которых терпеть не может, и досада отступает.
Хору просто не интересно. А Гишу не интересно делиться чем-то столь личным и сокровенным.
И теперь, глядя на альбом, он испытывает что-то сродни трепету.
Следует признать, что художник и вправду хорош собой. По крайней мере профиль у него замечательный. Билли как-то интуитивно догадывается, что художник- это тот, что в профиль стоит. Второго парня он сначала не признает. Просто смотрит на него и чувство беспокойство щекочет ему макушку.
Что-то не так.
Стал бы Дэни помещать в свой альбом фотографию левого парня? Впрочем, их знакомство началось с того, что Хор пытался украсть фотокарточку какой-то мадам из его квартиры. Совершенно ему незнакомой, так что…все может быть. Но Дэниель развеивает его сомнения, когда говорит, что слева на фотографии он сам.
Собственной персоной.
Билли готов был бы рассмеяться, потому что…это странно. Мальчик на фотографии, конечно прекрасен, но это не Дэни. Не может быть им. И вдруг что-то сходится в голове Гиша. Сходится быстрее, чем он успевает остановить этот момент осознания.
Швы Дэни на затылке.
Его периоды амнезии и странные провалы в памяти.
И это. Другое лицо. Другой человек.
Что-то произошло между этими событиями. Между фотографией и тем, каким стал Дэни сейчас. Что конкретно- это уже другой вопрос. И Гиш этот вопрос так не оставит, разумеется.
Он рассматривает фотографию, но хранит стойкое молчание.
Что он может сказать?
И есть ли вообще что-то, что можно сказать в такой ситуации, не вызвав негативной реакции?
Билли задается вопросом- смог бы от полюбить вот этого Дэни? И чем этот Дэни отличается от его мальчика? Дело ведь не только во внешности, хотя Гиш готов поклясться, что к его неземному мальчику приложили руку очень грамотные пластические хирурги. Просто других объяснений у Гиша таким превращениям нет. Но что изменилось? И каким был его Дэни до…до чего, кстати?
Швы на затылке и временные амнезии очень плохо стыкуются в голове Билли с простым желанием изменить свое лицо. Значит, была причина посерьезнее простого каприза.
Билли понимает, что это зацепка. Жадность в его случае- это обратная сторона любопытства. И Дэни только что, своими собственными руками привел в действие механизм, который очень непросто будет повернуть вспять.
Главное, конкретно сейчас сделать вид, что все нормально. Он удивлен. Конечно, удивлен- здесь даже притворяться не придется. Но и только.
Никакого любопытства. Никакого жадного интереса.
В любом случае, он не знает того Дэни. И уже не узнает никогда.
Билли возвращает снимок и, приобняв Дэни за талию, говорит:
-Поехали домой. Мне кажется, этот снимок тебя расстроил.
Он садится за руль. Машина принадлежит Дэни, но Гиш совсем не против прокатиться немного и обдумать то, что он только что увидел.
- Дома я сделаю тебе чай. Хочешь что-нибудь к чаю? Мы могли бы заехать, и я взял бы что-нибудь, что ты захочешь. Хочу тебя порадовать. Разговор в парке вышел…тягостным.
Дэни не отвечает. Видимо, снимки производят на него тягостное впечатление, потому что он замыкается окончательно и, как бы Гиш не старался, разговорить его не удается. Но он, кажется, не имеет ничего против небольшой поездки по городу. А даже если и имеет- молчит. Чертов альбом не выходит у Билли из головы и он почти уверен, что Дэни жалеет, что показал его.
Они колесят по городу. Вечернему, спокойному городу, который залит огнем фонарей и все выглядит так мирно и чудесно. Прекрасная прогулка для двух влюбленных, если бы не чертов альбом. Если бы не расстроенный Дэни. И если бы не менее расстроенный Гиш за рулем.
Хора начинает засыпать. Видимо, укачало в автомобиле. Он целует Гиша в висок и, прислонившись головой к стеклу, начинает дремать. Видимо, поездка его все же утомила, но его мысли так беспокойны, что он даже не стал останавливать Билли.
Впрочем, он и так собирался поворачивать обратно.
Его взгляд невольно цепляется за край альбома, который Дэни прижимает к себе одной рукой. И тогда Билли решает сделать то, о чем скорее всего потом пожалеет. Он медленно останавливает машину. Проезжает еще пару метров на минимальной скорости, чтобы торможение не разбудило его мальчика. Билли не пристегнут. Самое смешное, что когда ты хочешь сделать что-то такое…что-то возмутительно подлое, ты начинаешь обращать внимание на мелочи. Каждый звук кажется тебе громогласным и шумным. Но только не Гишу.
Потому что это не первый его возмутительно подлый поступок.
Билли аккуратно тянется к альбому. На секунду ему кажется, что Дэни вот-вот проснется и вперится в него своими невозможно зелеными глазами. Гиш даже отпираться не станет. Его уважение к своему любовнику проявляется прежде всего в том, что он ему не врет. Хотя Дэни это, конечно, не особо замечает.
Гиш проворен. Пальцы у него живые, гибкие…как если бы он был слепым с рождения и всю информацию об окружающем мире получал бы исключительно при помощи пальцев. К тому же сам альбом тонкий и вытащить его не составляет особого труда.
Труднее будет незаметно положить его обратно.
Билли пролистывает карточки, сам не понимая, что он тут ищет.
Что?
Разгадку? Или загадку?
Впрочем, загадку он уже получил, не так ли?
Дэниель Хор с другим лицом. Шрамы на затылке. Амнезия. Очевидно, что это черепно-мозговая, но разве альбом может хранить в себе свидетельство этой травмы, даже если она была?
Фотографий в альбоме мало. Гиш впопыхах пролистывает его быстро и от разочарования хочется закурить. Потом просматривает внимательнее. Переворачивает снимок, который ему изначально показывал Дэни и видит там подпись.
Как будто кто-то составил этот альбом за самого Дэни, чтобы он не мог забыть каких-то вещей.
«Это ты Дэни и Алекс».
Выглядит жутковато. Гиш качает головой, чувствуя, как у него пересыхают губы. Дэни в этот момент начинает ворочаться на соседнем кресле и Билли, против собственной воли, нервно дергается, чуть не зацепив руль. Он доходит до самого конца и находит одну-единственную карточку, которая лежит «спиной». Без надписи- просто снимок. Перевернутый. Билли его и не заметил сначала, потому что карточка слилась с фоном самого альбома, а тут на тебе. Такой подарок.
Гиш переворачивает снимок и ему требуется время, чтобы понять, что на нем происходит. Потому что потоки чужой крови и боли выливаются на него через край самой карточки.
Он выхватывает детали, одну за другой. И дуреет от их количества и от самой мысли, что кому-то пришло в голову такое фотографировать. Хотя, странный мысли для человека, который сам является убийцей. Но все же.
На снимке много крови. Кажется, убери руку, и она останется на твоих пальцах. Гиш почти что чувствует ее запах. Ему требуется еще немного времени, чтобы понять, что посреди всей этой кровищи, в самом центре, лицо. Разбитое, как спелый гранат. У Билли мороз по коже пробегает, хотя он никогда не был особенно впечатлительным и уж такими вещами его не напугать точно.
Так он думал.
До этого снимка.
И дело даже не в крови и не в сломанных руках. Не в разбитом лице и не в той боли, которая пропитывает эта карточка.
А в том, что это, вне всякого сомнения, Дэни.
Его мальчик.

Отредактировано Билли Гиш (2017-01-20 02:07:16)

0

15

Сны это бабочки, ночные мотыльки, что опускаются на зелёную бескрайность глаз Дэни, словно на океан опускается туман. Сны заползают ему под веки, царапая глазницы своими лапками, посыпая их острой, песчаной пылью их чешуек, они высасывают своими хоботками нектар его глазниц, яблочный нектар гниющих глаз. Шелест их крыльев заменяет его дыхание, лёгкие дёргается в приступе паники, потому, что они заползают в трахеи, складывая крылья и шевеля усиками. Дэни снятся плохие сны, но они заполняют его пустоту внутри, а он состоит из сотен пустот.

Кости его стали лёгкими, как крылья мотыльков. Нести его совсем не трудно, он словно соткан из шёлка. Кожа бархатом выскальзывает из рук, теперь, после фотографии, она кажется призрачной. И всё же невольно кажется, что белом полотне его тела проступают старые изломы. Ломаются кости, показывая на поверхность свои острые углы,  хищно скалятся сломанные пальцы. Ничто не забыто, но всё покрыто бескрайней зеленью его глаз так же заботливо, как океан обрастает водой вокруг острых рифов.

Он не был беззащитным, но любовь сделала его таковым, открыла для удара, позволила повернуться спиной. И любовь сделала его слепым, любовь изломала ему все кости, а он забыл её лицо. Он выжил потому, что забыл с какой радостной ненавистью его стирали с этой земли потому, что он пропитался этой ненавистью, у неё был привкус метала и чужой слюны. Привкус избавления. Как Дэни расскажет его жене если у него нет больше рта? Как он достигнет её, если его ноги сломаны? Перебиты, как крылья, как кисти его рук. Он не хотел чтоб осталась хоть одна целая косточка в этом теле,ни одной, чтоб он снова не пророс, как прорастает вишнёвое дерево - из одной единственной косточки.

Но он просчитался, так как Дэни выжил, наверное просчитался тогда, когда его спугнул тот парень, который, к счастью, не разглядел его лица. Зато он навсегда запомнил лицо Хора, такое сложно забыть и он же отвёл следствие, так как помнил, что парень кричал " чёртов педик", впрочем, это мало касалось мотива преступления. Да, никто не знал кого так пылко любил Дэни. Они редко созванивались, они передерживались железной конспирации, да и зачем любовнику его убивать? А вот если ему угрожали быть может он решил скрыться, а может так же мёртв?

А убийца пожимал Хору руку, а убийца задёргано перебирал в голове мысль " Какого чёрта ты живой" Перекатывал её внутри рта, эту гадкую мыслишку, словно сливовую косточку. Дэни дышит дёрганно и просыпается резко, но всё так же не шевелиться. Вскакивать и бежать ему страшно. Ему часто чудится, что у него ни одной целой косточки, что его сковывает гипс ,словно он под водой, вздувшийся, синий мертвец и с него слазить кожа лица, да и всё лицо. Словно его поглощают рыбы и выедает соль. Он хорошо помнил себя после операции и крайне смутно до всего этого кошмара. Словно... словно это был уже не он, а какой-то чёртов педик, который так и скончался не приходят в сознание, а Даниэль зачем-то пришёл, но то, что искал не нашёл, а дорогу назад найти не смог.

- Билли... - он говорит это тихо, но настойчиво. Рот его как деревянный, губы - немые, но.. он говорит. Удивительно, но Дэни сосредоточен на снимке. Рука его касается чужого плеча, - я тут не очень получился, могу и обидеться. что ты без спросу её взял , - он проводит языком по чужой шее и кусает ухо почти до крови, потому, что Хор злиться. Потому, что он не любит чтоб кто-то смотрел на то, как его лицо было сломано спелым гранатом, как его кисти сплелись в какой-то беспомощной безнадёжности, - теперь мне нужно тебя наказать, понимаешь? Ты не оставил мне выбора и дома я это сделаю, не хочу в машине, она такая новая, - он отодвигается, - теперь тебе будет вдвойне противно. Хотя, наверно, ты бы рано или поздно узнал, а я рано или поздно начал пытаться себя переубедить, что ты к этому не причастен. Когда виновника не поймали начинаешь видеть его в каждом...

Он открывает дверь машины. Он лёгкий словно мотылёк, часть которых все ещё внутри, ползает вдоль и поперёк его горла. Дышит он рывками, ключи его царапают замок, руки подрагивают. Выдаёт нервное напряжение. Губы краснеют от укусов, он попадает в квартиру и ему становится спокойней. Плечи расслабляются.

- Ты обещал чай, - он думает о снотворном у себя в шкафчике, - а я пока в душ, ты ведь не против? - он облизывает губы, пересохшие, словно реки в жаркие дни лета.

0

16

Билли понимает, что ему нужно поторопиться. Что нужно положить снимок на место, перевернуть его, как он лежал и положить его обратно. Дэни не дурак, но Гиш привык к тому, что ему везет. Но он заворожен…продолжает смотреть на снимок, не думая ни о чем. Наверное, можно было бы сказать, что это шок. Но на самом деле Гиш зол, как сотня чертей, и мысли о расправе выжигают в его голове простое, незатейливое слово- «убей».
Не Дэни, конечно.
А того, кто это с ним сделал.
Билли- человек широкой души. И не имея конкретного имени, вполне может пройтись по всем людям, которые есть на фотографиях. Просто потому, что они там есть. И потому, что их не было, когда это случилось.
В этом нет особой логики, но Гишу плевать.
За всеми этими странными ощущениями, за всей этой злостью, Билли, конечно же, теряет чувство осторожности. Становится беспечным, потому что это уже не просто «плохой поступок Билли Гиша». Теперь это «поступок, который сделал Билли Гиша чертовски злым». Это уже личное. То, что он увидел в альбоме и как только множество паззлов сошлись у него в голове- это стало делом личным. Он не жалеет, что сунул свою любопытным нос.
Но когда Дэни просыпается и обращается к нему, он почти что готов вскрикнуть от неожиданности. Потому что увлекся и совсем забыл о том, что Дэни может просыпаться сам по себе. Какая неожиданность.
Гиш не отпирается. Не суетится, не пытается оправдаться, чем-то вроде: «ой…я это случайно». Он мог бы придумать кривенькую ложь, в которую вцепился бы и не отпускал. Но не видит в этом смысла. Во-первых, потому что Дэни не дурак. А во-вторых, потому что Гиш его любит.
Все так просто.
Рука его любовника тяжелой плитой ложится на плечо Гиша. Билли прикрывает глаза, выдыхает. Почти спокойно и умиротворенно. Как будто ничего такого не произошло.
- Прости. Я был излишне любопытен.
Сложно абстрагироваться после того, что ты увидел. Сложно смотреть на это лицо и не думать, «оно было сломано». Сложно смотреть на эту руку, и не думать «она была сломана». Сложно смотреть на Дэни в целом и не думать, «он был сломан». Гиш знает, что это пройдет. Быстрее, чем он думает…но сейчас, сразу после снимка, абстрагироваться очень трудно.
Хор сейчас опасен. Опасен и неумолим, как шторм. Билли вздрагивает всем телом от укуса, и ему не совсем ясно- грядущее наказание все-таки пугает его или возбуждает? Скорее всего, и то и другое. Фотография возвращается в альбом. Альбом возвращается к Дэни.
Попробуй сделать вид, что ничего не случилось.
Хотя, едва ли Гиш стал любить своего мальчика меньше. Скорее, наоборот. В нем мало жалости, мало сожаления, нет какого-то глупого, «ах, плохие вещи случаются с хорошими людьми», потому что он отрицает такие понятия как «хороший-плохой».
Дерьмо просто случается.
С самыми разными людьми.
Это тоже очень просто.
Билли медленно бредет за Дэни. Не потому что ему страшно, а потому что он пытается понять, кто это сделал. Информации не хватает и можно думать на кого угодно. Люди ведь такие ничтожные…красивый мальчик мог помешать, в сущности, кому угодно. К тому же Дэни не дурак, а красивый и не дурак, это как раз то сочетание, которое раздражает людей просто до ужаса.
-Чай, конечно. Сейчас сделаю. – Гиш чувствует себя одеревенелым. Каким-то непростительно неживым. Он останавливается в коридоре и, пока Дэни не ушел, обнимает его со спины. Прижимает к себе и целует шею. Ластится к нему, как дикий зверь. Трется щекой о его плечо, упирается в него лбом. Что он может сказать? Что-то глупое…из серии: «мне очень жаль». Гиш не будет этого говорить, потому что не имеет на это право. Он не знает, каково это. Он никогда не был на месте Дэни и не знает, как это- собирать себя по кускам из того, что осталось.
Наверное, очень страшно.
- Я люблю тебя, Дэни. Чтобы ты не говорил…чтобы не происходило. Просто знай это.

0

17

Где-то на Юге штата Мичиган, есть озеро, воды его светлые, сочные, томные и хранят чужую любовь. Они хранят внутри себя все подарки Дэни другому человеку, сломанные так же, как и он сам. Их общее прошлое сгорело с дымом и если бы Хор мог дышать без трубок и машин, он бы почувствовал привкус этого пепла в воздухе. Но он не мог, он словно выжил после шторма, но море основательно распробовало его на вкус, обглодало его до костей.

Темно. Он всегда оглядывается назад и видит мутную темноту плотно закрытых глаз. Словно он все ещё лежит, закрыв лицо руками, словно слёзы смешиваются с кровью. Бежать. Он бы убежал, уполз, но он его везде найдёт. Он слишком медленно передвигается, он уже почти не сопротивляется. Он ждёт. Когда это закончиться он будет уже давно без сознания. Будет холодно, будет случайный прохожий, будут врачи и будет потеря памяти. Единственный свидетель всего останется искалеченным и забудет даже то, что он когда-то являлся свидетелем чего-то подобного.

- Он меня тоже любил, - ход мыслей Дэни неподражаемо гибкий, если его переспросить он не поймёт вопроса. Всё в его голове перемешано. Он целует Гиша, ему хорошо, но всё же он решил  его наказать. Листва сгнивает под коркой снега, руки хватаются за ускользающую реальность, но течение его памяти сковано подо льдом его зелёных глаз. Он выскальзывает на кухню и просит чай с мятой, наблюдая как Гише его готовит. Руки порхают, взгляд ластиться к чужой спине. Он о чём-то задумался.

- Хотел бы я тебя любить всегда, но наверное так не бывает, - он выдыхает воздух на чай, чтоб тот скорей остыл. помешивает сахар ложкой, - все кто видят эту фотографию потом рыцари. Я спасу. я найду, я мечом проткну, а на деле просто разочаровываются и уходят. Исчезают, а потом я их забываю... поэтому я не люблю чтоб на эту фотографию смотрели.

Он обхватывает руками чашку, чуть морщась. Горячо. Так, что он едва не отдёргивает руки и просит Гиша принести из комнаты конфеты. Их он отнёс вчера вечером в гостиную. Конфеты мятные, сочные, ледяные. Он ждёт когда Гиш выйдет и растворяет  таблетки в чае любовника. Когда Билли возвращается он всё так же сидит и морщиться. Словно Гиш и не уходил, но это обманчивое чувство. Они пьют чай, они что-то обсуждают, пока обоих не начинает клонить в сон.

Билли потому, что подействовал препарат, Дэни за компанию. Он подхватывает мужчину,чтоб тот не упал на кафельный пол кухни и несёт его в спальню. Зажигает сигарету, курит, выпуская изо рта дым,словно его рот это та же самая чашка чай. Потом достаёт верёвки и начинает связывать Гиша. Одежду он аккуратно разрезает ножницами, чтоб не задеть кожу, хотя мог бы и снять, но Дэни плевать на то, что он мог бы. Всё это время он курит сигарету за сигаретой.

Комната тонет в дыме... Дэни ждёт пока Гиш проснётся, но ему скучно. Он водит пальцами по его коже, исследует нервности, изгибы, изломы. Целует его, а на местах поцелуев прикладывает раскалённый край сигареты и снова целует. Останутся шрамы и их дорожка пройдёт куда-то вниз, словно цепочка робких поцелуев.

0

18

Гиш хочет сказать:
«Ясное дело любил…без любви, знаешь ли, такие зверства никто не творит».
Впрочем, любовь- это тоже растяжимое понятие. К чему мог испытывать любовь тот, кто сотворил подобное? К Дэни? К самому себе? К разрушению? К смерти?
До чего так ловко дотянулся его неземной мальчик, раз ему пришлось так поплатиться за это?
С другой стороны, родители самого Билли никуда не тянулись…а сгорели все равно. Но то была обида, жестокое детское сердце требовало отмщения за все свои страдания и все свое одиночество. Но даже после отмщения покоя не получило, разумеется.
Но горящая пристройка выглядела шикарно. Тут не поспоришь.
Они целуются в коридоре. Билли думает, что одними поцелуями сыт не будешь, но Дэни похоже не в настроении. Или прикидывается, что он не в настроении…в любом случае, Гиш чувствует себя немного виноватым, а потому поцелуй остается просто поцелуем.
Билли идет на кухню. Такой смешной и домашний- в каких-то носках дикой расцветки. Один носок ярко-зеленый ( «потому что зеленый цвет успокаивает») , а второй- розовый в белый горох. Билли не помнит, пара ли они друг другу, но он никогда не хотел быть снобом и не относился к любви разноцветных носков с презрением.
В его представлении зеленый и розовый горох идеально сочетались друг с другом.
Хотя со стороны это выглядело, как будто Билли ограбил магазин детской одежды. В его случае, скорее, ограбил какого-то ребенка. В сочетании с дорогими джинсами и идеально подобранной рубашкой…начнешь задумываться о том, что Гиш в свободное время подрабатывает клоуном.
Мысль кажется ему интригующей.
На самом деле Билли нервничает. Он чувствует чужой взгляд спиной, всем своим позвоночником. И потому думает о клоунах, цветных носках и прочей ерунде.
Дэни сказал, что накажет его.
А у его мальчика очень широкие и не скромные взгляды на процесс «наказания».
Билли просто прикидывает, в какую цену ему встанет этот раз.
Он ставит две чашки чая на стол (листик мяты, изящные чашки из дорогого сервиза, чайная ложечка с маленькой кокетливой жемчужиной посередине. Собери все ложки, отколупай жемчужинки и подари колье своей мадам…).
- Отчего же не бывает? Бывает, Дэни…- Гиш размешивает сахар ложечкой. Несмотря на то, что чашечки из сервиза небольшого объема, Билли все равно добавляет туда ровно две ложки сахара.
- Я не разочарован, милый. Я скорее страшно зол и озадачен. Это немного другое…- он улыбается, как будто они обсуждают не тот жуткий снимок, где от Дэни остались только сгустки крови, да переломанные кости.
Гиш дергает плечами. Это нервное, конечно. Сам он спокойно относится к боли…не фанат, конечно, но потерпеть может. Другое дело причинять боль другим. И совсем уж недопустимо причинять боль своим близким.
Даже если он, Билли Гиш, маньяк, то это правило определенно входит в его кодекс чести.
Дэни просит принести конфеты.  Билли послушно бредет в гостиную, долго крутится там, потому что никак не может вспомнить, про какие конфеты Дэни говорит. В итоге, конечно, находит небольшую коробку на столике перед диваном. Гиш конфеты не очень любит…предпочитает варенье.  А еще он очень этого стесняется, поэтому варенье есть втихаря и один.
Он возвращается на кухню и, открыв коробку, кладет ее на стол. Чай еще не остыл и Гиш с удовольствием потягивает горячий, ароматный напиток. Наслаждается им ровно до тех пор, пока его голова не начинает тяжелеть.
До Билли долго доходит. Говорят, любовь делает человека глупым…в случае с Билли, любовь сделала его неосмотрительным и наивным. Он долго трет глаза и как-то растерянно улыбается Дэни. Обычно он не засыпает за столом…он вообще долго засыпает и ему это нравилось. Потому что Дэни в его руках засыпает быстрее, а значит у Билли есть возможность полюбоваться своим притихшим, спящим любовником.
Пока Гиш думает о том, как все несправедливо устроено, какого цвета его носки и не пойти ли ему действительно работать клоуном, а не было ли в чае снотворного? О боже, что за бред, нет конечно. Хотя, это Дэни…и раз мы говорим о Дэни, то…вполне может быть…
Билли начинает медленно заваливаться куда-то вправо, все еще занятый своими сумбурными мыслями. Благо из-за таблеток они несколько замедляют свой бег. Гиш отключается очень быстро и стремительно- как перегоревшая лампочка.
А вот просыпается он медленно. Почти мучительно, потому что кожа зудит и Гишу почему-то кажется, что его режут. Но режут странно- просто протыкают и все. Голова у него тяжелая и ватная. Билли по привычке пытается протереть глаза, но, дернув руками, понимает, что обездвижен. Через пару секунд, понимает, что привязан.
Хотя он почему-то с ходу подумал, что Дэни ему руки просто отрубил. Но нет…просто привязал. Гиш на пробу дергает ногой и кивает сам себе- ноги он тоже привязал к кровати.
Как умно.
И как интригующе страшно.
Остался вопрос с болью. Откуда она? От чего? У Билли очень ограниченный обзор и голова еще не совсем в порядке. От очередного огненного укуса он шипит, сквозь стиснутые зубы и руки инстинктивно дергаются в веревках. Он напрягает живот- как раз где-то там его снова что-то поранило- но становится только хуже.
Сигарета, Билли.
Это ожог от сигареты.

Гиш размыкает пересохшие губы. Хочется пошутить. Что-то типа: «ну вот и чайку попили, да?» или, допустим, «спасибо милый, что не крысиный яд. В конфетки припрятал, да? Любовь моя, ты такой затейник». Но Билли молчит…Дэни его глупые шуточки сейчас точно не оценит.

0

19

Солнечный свет приходит умирать в его глаза. Дэни охватывает губами сигарету, чувствуя привкус мяты. Жаль ему не дано охватить всю картину целиком, рамки такие узкие. Он прикрывает глаза от удовольствия. Он страдает наклонностями безумного скульптора, он думает, что к концу жизни не останется на Билли места, к которому он бы не приложил свою руку, впрочем это личное. Он никогда не обсуждает подобные вопросы с собой.

Кажется Билли больше не спит, вдруг так задёргался, так отчётливо, хотя перемена не так очевидна. Он улыбается, так словно рад приходу старого доброго друга. Сигарета похожа на мокрый собачий нос Золотистого ретривера или лабрадора. Наверное лабрадор и домик у моря - предел его мечтаний. Всюду рамки, всюду дым от сигарет. Дышать по прежнему тяжело, хотя он открыл форточку и теперь мороз кусает его голые лопатки. Ну да, он разделся. Он сидит на Билли сверху, теперь так ему лучше видно его лицо.

- Поцелуи так недолговечны. Это как следы на песке. Есть только до прихода следующей волны или до того момента, когда ты примешь душ. Всё исчезает, а шрамы от меня нет, - он целует свежую ранку на животе, проводя по ней язычком, - такое наказание, ничего не могу с собой поделать. Хотел зацеловать тебя до смерти, но подумал, что слишком влюблён,

Он улыбается, его солнечный мальчик с луны, глаза его холодны, глубоки, как колодцы и в них поймана душа Гиша, навеки. Он покусывает вспухшие губы, тушит сигарету о пепельницу. Благо мармору не больно и целует каждый ожог, а другие очерчивает рукой, спускается ниже... ниже, пока не доходит до чувствительной головки.

- Правда похоже на ос? Я подумал это символично, словно это следы от стрел купидона, красиво, хотя наверное только я нахожу очаровательность в таких вещах, - он осторожно целует головку. Дэни всегда сосредотачивается на таких вещах, поэтому делает минеты хорошо. Он до чёртиков внимательный и педантичный любовник, но ему слишком нравится к удовольствию примешивать боль, касаться руками свежих ожогов Считывать их подушками пальцев... Он чувствует что Билли почти на грани и вдруг прекращает, встаёт и смотрит на Гиша, наблюдая как возбуждённый мужчина не может сам себе помочь.

- Ты такой беспомощный, это очаровательно... как думаешь ты достаточно наказан? Или мне уйти? - и вот фиг поймёшь навсегда или просто из комнаты. И он может и не развязать Гиша, уйти навсегда и его найдут в таком состоянии... а когда?! А кто?!  А часто ли к сумасбродному мистеру заходят на чай? Вот в чём дело... да и ситуация крайне унизительная... не так ли?Дэни знает толк в извращениях, чуть улыбается...

0

20

Все могло бы быть и хуже, верно?
Гиш часто думает именно в таком направлении. Не потому, что он оптимист или его стакан «Наполовину полон». Он просто старается рассуждать здраво. К тому же, Дэни похоже и вправду его нечеловечески любит, потому что…по сравнению со спицей, ожоги- это сущий пустяк.
Или это просто Гиш так поднаторел?
Он никогда не был мазохистом. Да и сейчас отчетливо ощущает боль от ожогов. Удовольствия от этого не много, и они начинают ныть сразу, как только Гиш делает вдох. На выдохе- немного легче, но все равно.
С другой стороны…все это довольно пикантно, не так ли?
Билли вдруг думает, что дело вовсе не в мазохизме. А в смене ролей. В смене позиций. В доминировании того, от кого ты этого не ожидаешь.  Не то чтобы он не ожидал такого от Дэни- когда его мальчик злится, то может дать фору Гишу и Джеку Потрошителю вместе взятым. Просто…он привык, что все обычно наоборот. Что Дэни ведет себя наоборот.
С другой стороны, если мыслить позитивно- ожоги помогают ему быстро прийти в себя.
Сигареты, выжигающие маленькие кратеры на твоем теле, как выяснилось, очень бодрят и тонизируют.
Билли старается подловить момент, чтобы ожог пришелся на выдох. Ему кажется, что так легче. Но самое смешное заключается в том, что даже собственный порез бритвой кажется ему сейчас менее болезненным. Может, оттого, что он сам себя резал? Говорят, когда делаешь такое сам- всегда чувствуешь чуть меньше.
Впрочем, ситуация не теряет своей пикантности.
Поэтому Билли не жалуется. Не просит остановиться. Его, в принципе, все устраивает. На его бедрах сидит прекрасный неземной мальчик и делает ему больно, потому что Гиш это заслужил.
Зацеловать до смерти…интересно, как в понимании Дэни выражается «зацеловать до смерти»? Билли прикрывает глаза. Ко всему можно привыкнуть. Даже к ожогам. Откровенно говор, Гиш уже не так уверен в том, что он не мазохист. Скорее, здесь следует задать вопрос: а можно ли стать мазохистом для одного конкретного человека?
- О, Дэни…ты же знаешь, я рад любым поцелуям, что ты на мне оставляешь.- Гиш улыбается. Чуть вымученно, потому что терпит боль. А терпеть боль- это всегда немного выматывает. Может, стоит расслабиться? Впрочем, Билли не жалуется даже на это. Он действительно сожалеет. Сожалеет о том, что не спросил разрешения. Но не о том, что залез в альбом.
Хотя, это все пустое. Даже если бы Дэни сказал «нет», Билли все равно сунул бы туда нос.
Какая теперь уже разница?
Вечер становится томным. Видимо, его мальчик и вправду влюблен в него ( хотя Гиш все равно не понимает этой принципиальной разницы…или не хочет пока понимать), потому что его нынешнее наказание, скорее похоже на странного рода поощрение.  Либо Билли чего-то не понимает и пропустил момент, когда минет стал наказанием. Это, конечно, не отменяет того факта, что Дэни может его…кастрировать, скажем. Но разве подобная опасность может хоть как-то снизить возбуждение Билли?
Нет, конечно.
Тем более теперь, когда Дэни ( Билли на секунду, с какой-то досадой думает о том, что знал бы, чем все обернется- напакостничал бы еще раньше) проводит по свежим ожогам пальцами, не прекращая ласкать его своим жарким, влажным ртом. Ощущения…непривычные. Хотя, казалось бы, Билли Гиш, как чертов маньяк уж точно должен был бы распознать такой пограничный с болью вид удовольствия.
Но это все не то. Все не так. И все не те.
Потому что без Дэни это было бы и в половину не так хорошо.
Гиш вдруг чувствует себя…слабым. Беспомощным. Это тоже непривычно и немного пугает. Возможно, напугало бы его больше, осознай он это немного пораньше. Но сейчас…ощущение собственной беспомощности заводит его ничуть не меньше ожогов.
Он прикусывает нижнюю губу, но это мало помогает. И голову запрокинуть он тоже не может- иначе потеряет такой прекрасный вид. Хотя, Гиш конечно зажмуривается иногда. Он не хотел бы кончить слишком быстро, но…Дэни во время минета выглядит слишком восхитительно.
Билли прогибается в позвоночнике, чувствует, как напрягаются его мышцы…он сейчас даже об ожогах не думает- они теперь стали приятным острым фоном.  А станут- не менее приятным, острым воспоминанием.
Но на пике этого прекрасного времяпрепровождения, когда Гиш уже мысленно согласен на любые дальнейшие мучения (а он уверен в том, что Дэни только начал), его коварный и прекрасный любовник…покидает его. Это вызывает у Гиша недовольный, нетерпеливый вздох, потому что…черт. Он не боится никаких унижений, в самом деле. Привязанный к кровати Билли Гиш со стояком- это уже практически классика для его горничной. К тому же…приятное чувство собственной слабости и беспомощности еще не покинуло Билли. Так почему бы не подразнить Дэни в ответ? Гиш облизывает покрасневшие губы.
- Дэни, милый…ты же так старался. Столько подготовки и все? Я думаю, я заслуживаю куда большего наказания. – Билли выгибается на кровати, запрокидывая голову. – Тем более, когда я так беспомощен. Оставишь меня в таком состоянии?

0

21

Комната дышит ароматом роз и запахом акварели. Свежие пятна её текут по губам, окрашивая мебель в пульсирующий цвет спелой сливы. Его угол обзора отхватил слишком маленькую часть пирога, кажется, что пейзаж не больше ушка иголки, хотя он слишком остро-пикантный. Во рту образовывается слишком много вязкой жидкости, а в животе неприятная пустота, впрочем, Дэни хочется почувствовать в себе нечто более существенное, чем пустота.

К запаху роз примешивается спелая, скошенная трава. Шелест её наполняет комнату привкусом изломанных покрывал, скомканных в страстном порыве и запахом жасмина. Тело Дэни источает этот аромат, быть может потому. что он возбуждён и садится в кресло, водя вдоль своего члена рукой, словно это твёрдая флейта из бамбуковой палочки. Он не торопиться, водя по гладкому,напряжённому стволу, горячему и пульсирующему. В конце концов время утекает как вода сквозь пальцы в любом случае, даже если ты бежишь, ломаю шейку бедра. Он любит свою шейку, но особенно ему нравится внутренняя часть бедра Билли Гиша. Она такая юная, такая сладкая и он поставил на ней пару своих остро-никотиновых укусов.

Он постанывает в ответ на дерзкие реплики, чуть закусив губу. Дразнить себя - всё равно что разжигать в печи огонь, рискуя выпустить его наружу. В ушах стучится кровь, будто сотни бабочек вмиг ударяются в его глазные яблоки. Он думает о яблочном привкусе во рту, сменившим мятно-сигаретный. Он думает о то что стонет слишком откровенно, как девчонка. Но он может себе позволить. Его могут услышать сквозь открытые окна, но ему плевать. Он может уйти и не вернутся и даже на это ему плевать.

- Ты так уверен, что я тебя не брошу? Что не оставлю одного!? - вкрадчивый голос звучит хрипло, Дэни всегда теряет голос когда подходит к пику. Движения становятся резкими, - оставлю. Ты ведь знаешь, если я пойму, что нужно уйти, я уйду, - он и сам выгибается, а затем брезгливо вытирает руку о рубашку, подумывая отнести её в стирку.

- Нет нет, не нужно, не вставай, я сам, милый, схожу в душ и вернусь, а ты пока подумай стоило ли меня прогонять, - он и правда встаёт и выходит из комнаты. Порой Дэни чертовски жесток, но он и правда возвращается, волосы у него мокрые и пахнут чем-то ванильным и одновременно тёрпким. Капли холодной воды приятно остужают ожоги.

- заскучал? - он целует его всего лишь в щёку, отмечая, что стояк все ещё есть и наверняка ожидание было мучительней, чем ему казалось, - если я тебя развяжу ты будешь делать всё, что я скажу? - спрашивает он нарочно шепча на ухо, - всё что угодно...

0

22

Гиш готов был взвыть от отчаяния. Дэни, разумеется, на его маленькую провокацию не повелся. Но, по крайней мере, из комнаты не ушел. Пока что. Это уже радовало, хотя билли был бы благодарен, если бы руки у него были свободны.
Его не беспокоит то, что на руках останутся синяки или что он своими резкими движениями может содрать кожу на руках. Не ясно откуда Дэни взял веревку…и почему Гиш ее не нашел ранее. Впрочем, Билли не так часто берется за уборку, а горничная могла сделать вид, что все нормально.
Либо убирается она еще хуже Гиша.
Но даже это его не волнует.
Потому что Дэни уходит. И садится в кресло. Гиш щурится, потому что оценивает всю наглость этого жеста. Дает сам себе обещание, что припомнит это Дэни…когда-нибудь -непременно припомнит. Может быть даже поступит с ним также, хотя это, конечно, уже плагиат.
Поэтому Билли не остается ничего, кроме как наблюдать. Со всей своей жадностью, периодически дергая руками. И плевать уже на возможные синяки и ссадины.
Он и подумать не мог, что подобное может так его впечатлить. Гиш всегда считал себя достаточно искусным и развратным, но, кажется, ему придется уступить свои лавры. Хотя, дело все равно только в том, что это Дэни. Будь кто другой на его месте, Билли не стал бы реагировать так остро.
Он кидает почти обиженный взгляд на веревки. Перегрыз бы, у него хорошие челюсти. Но не дотянется. Гиш возвращает свой жадный острый взгляд к своему мальчику и смотрит, почти не дыша. Он не дышит так долго, что легкие начинают гореть, как будто и вовсе забыл о том, как это делается.
Ну, давай Билли. Вдох-выдох.
Он вздыхает нормально в тот момент, когда Дэни кончает.
А еще Дэни стонет. Бесстыдно, явно получая удовольствие еще и от собственного бесстыдства. Гиш рад был бы кончить от одного этого звука, но не может. Увы, возраст «скорострела» остался далеко позади. В ответ на слова своего любовника, Билли лишь беспомощно и жалобно стонет:
- О, Дэни…я все знаю. Правда, знаю.
Ладно. Это не так просто, как ему казалось. И не такое уж легковесное наказание, как Билли подумал в начале. У него создается стойкое ощущение, что он горит. А когда Гиш снова выгибается на кровати- чувствует, как капля пота стекает по позвоночнику. Отчего-то горят бедра…Билли, конечно, ожогов не видит пока. Ноги у него тоже привязаны к кровати, так что ощутить всю прелесть ожогов на таком нежном месте он пока не может.
Но ощутит, конечно.
Дэни выходит из комнаты. Возмущению Гиша нет предела, но из-за возбуждения его эмоциональный диапазон зацикливается исключительно на желании кончить, поэтому он не думает ни о чем, кроме этого. Хотя, в подобном обращении тоже есть своя прелесть. Билли думает о том, что следует вспомнить какие-нибудь гадости. Что-нибудь эдакое, просто чтобы сбавить градус собственного возбуждения. Но, как назло, гадости не идут, а перед глазами все та же картина. Как Дэни ласкает себя в кресле.
Гиш стонет от бессилия и отчаяния. Нет, это просто невозможно…немыслимо. Он же не прогонял никого! И не думал даже. Нет же? Точно нет. Ему бы и в голову не пришло.
Он не знает, сколько времени отсутствует Дэни. Наверное, минут пятнадцать, не больше. Но в обездвиженном, беспомощном положении, минуты превращаются в какую-то длительную, нескончаемую пытку. Когда Хор возвращается, Гиш дергается в своих путах, мутным взглядом впившись в лицо своего любовника.
- Да…да, конечно все. Дэни, прошу тебя.
Билли благодарен себе за то, что не срывается на жалобный скулеж. Это было бы слишком. Хотя, оставь его Дэни в таком состоянии еще минут на тридцать, и жалобный скулеж уже не показался бы Гишу чем-то особенным.

0

23

Дэни улыбается как невинная мадонна, но скорее мадонна явно была распоследней затейницей ибо в глазах её остывают искорки адского пламени, у Дэни много плохих идей, к тому же тут главное правильно замариновать мужчину, чтоб потом прожарить не сделав его сухим и чёрствым, а чтоб он был таки сочным внутри, что укусил и он уже потёк. В конце концов резиновых мужчин Дэни может себе позволить великое множество, а вот Гиш не резиновый, это точно и не стоит об этом забывать. Впрочем, кое что резиновое у Дэни для Гиша есть и не одно.

- Знаешь почему верёвки? - Дэни касается рукой напряжённого члена, - ты сейчас связан со мной куда больше, чем просто морально. Никуда не убежишь. Ты называл меня своим мальчиком... а мальчики любят играть в игрушки, это и будет твоим наказанием, 

Многие из них сейчас покоятся под ними, в чёрном-чёрном ящичке, который вот-вот будет доставлен в студию. Там содержится его любимый резиновый кляп. Этакое адамово яблочко, которым он тут же хвастается Билли ибо купил это специально для него. Ярко красный, вызывающий, Дэни мысленно улыбается. Когда нибудь он свяжет Билли, вставит ему кляп в рот и ласково прошепчет , что стоп слово " красный" и пускай пытается остановить его своим мычанием. Это будет его только раззадоривать. Но сегодня...

Что ж, теперь стоит его развязать, впрочем Дэни не торопиться, делает всё медленно, с удовольствием, потом достаёт неприметную бутылочку со смазкой.

- Оближи, мне нужно много-много слюны, ладно?  Попробуй. нравится ли тебе вкус... - Хитрый Дэни улыбается, хитрому Дэни нужна вовсе не слюна, а слизистые Гиша ибо именно через них эта чёртова дрянь впитывается лучше всего. Он так же обильно смазывает пальцы и просит Гиша позволить ему... смазать его там. Почему бы и нет, разве они не собираются поменяться ролями, но потом он стандартно дрочит ему, позволяя кончить, а пальцы лишь добавляют лёгкой пикантности... но это лишь отвлекающий манёвр, не так ли?  Довольно предсказуемый финал и по началу Гиша это расстроил, даже если руки у Дэни крайне умелые.

Дэни улыбается, в глазах прыгают через костёр чёртики, но Билли вряд ли думает... а потом думать станет совсем невозможно. Внутренности начнут гореть огнём, появится такая зудящая пустота внутри, но пока он делает вид, что наказание окончено

- Ладно, всё, прости, я пошутил, - он словно идёт на попятную, - поиграли и хватит, правда ведь?

Он делает вид, что закрывает кейс, хотя отлично понимает, что Билли уже начинает чувствовать чудо эффект. Улыбка станвится шире.

- Ну что, закончим на сегодня?

0

24

Билли думает о том, что доминирующий Дэни станет его новой эротической фантазией. Он никогда не думал о нем в таком ключе…фантазировал иногда, да и то, в периоды бессонницы или ностальгии по собственному мальчику. К тому же у Дэни были свои «загоны», касательно секса, так что Гиш старался свои безумные фантазии держать при себе и если удавалось реализовать что-то, то они редко когда заходили дальше «сменим позу сегодня». Они редко обсуждали это и, даже если и шли на какие-то эксперименты, то это получалось скорее само собой…
А тут такие наполеоновские планы. Подготовка, черт возьми!
Интересно, а Дэни думал об этом? В смысле…он же не мог предугадать, когда конкретно Гиш накосячит- значит подготовился заранее.
Хотя не это сейчас занимает мысли Билли, конечно. В целом, как человек, который возбужден до предела, связан и не в состоянии сделать все самостоятельно, он думает совсем не об этом.
Дэни говорит, что это его наказания.
И Гиш сомневается. Очень сомневается в том, что его наказание закончится на этом. Он даже рот открывает, чтобы выдать сакраментальное: «очень в этом сомневаюсь, милый». Но рот поспешно закрывает. Потому что видит кляп. Но Дэни убирает игрушку обратно, так что…кажется время кляпа еще настанет.
Зато он отвязывает его от кровати. Билли расслабленно выдыхает, потому что связанные руки вдруг оказались очень нервирующим элементом. Он сам не ожидал, что это вызовет в нем такую бурю эмоций. Пожалуй, это одна из тех причин, по которой Гиш не набрасывается на Дэни с пламенными объятьями и поцелуями.
Ему интересно, что будет дальше.
А дальше для него, видимо, заготовлена позиция «нижнего». Гиш не против. Впервые за долгие годы своей жизни, он действительно не имеет ничего против. Хотя под кого-то он ложится крайне редко, если не сказать- никогда . Но Дэни…это же совсем другое дело.
Билли послушен. Не спорит, не пытается раздразнить своего любовника или как-то его спровоцировать. Он просто…чувствует. Все и сразу.
И собственное возбуждение, и пальцы Дэни, которые оказываются удивительно чуткими и осторожными- Гиш уже успел подумать о том, что Хору ничего не стоит просто порвать его и сделать его наказание таким.
А что? Было бы весьма неприятно, но не смертельно.
Хотя Билли согласен даже на это. На то, что ему, возможно, будет неприятно и немного больно. Он согласен на это просто потому, что хочет, как можно скорее почувствовать Дэни в себе. Хочет этого так сильно, что дышать невозможно.
Но, кажется, его наказание только начинается.
Потому что Дэни не торопится. Он вообще не торопится в принципе и, даже когда растягивает Гиша, все заканчивается совсем не так, как он ожидал.
Это обескураживает. Это заставляет его потеряться и когда он кончает, то чувствует себя каким-то…обездоленным. Брошенным. Неожиданно несчастным и потерянным.
Своеобразное наказание. Что ж, Дэни нельзя отказать в изощренности.
Но главная проблема заключается в том, что Гиш горит. Не в прямом смысле, конечно. Для этого Хору пришлось бы облить его бензином и поджечь. Но что-то явно идет не так…или наоборот- слишком «так». Билли путается, не может собраться и сосредоточиться. Возбуждается снова, почти мгновенно и это было бы больно, если бы сигаретные ожоги не отвлекали внимание на себя.
Гиш чувствует, как в нем разгорается настоящее пламя. Ему одновременно и хорошо, и плохо. Горячо, жарко, душно. Открытая форточка не помогает, и он продолжает задыхаться от всех этих ощущений. Но больше всего он задыхается при мысли о том, что Дэни может оставить его сейчас.
А он может.
И Гиш очень хорошо это понимает.
Его выгибает на кровати дугой. Билли запрокидывает голову, как будто это может помочь ему вдохнуть глубже, наполнить свои легкие свежим воздухом, а не тем пеплом, который ему сейчас достается. Ему нужен Дэни. Как тот самый чистый воздух, как кислород, как кто-то, кто сможет ему помочь с этим справиться. 
Он садится на кровати, прижимаясь обжигающе горячим боком к своему мальчику. Боится делать какие-то слишком активные движения- вдруг Дэни расценит это, как непозволительную вольность и уйдет? Он берет его лицо в ладони и шепчет исступленно:
-Пожалуйста…пожалуйста, Дэни. Не уходи. Прошу тебя…
Все дальнейшие слова и мольбы Гиша сводятся к страстному и пламенному «пожалуйста» и «прошу». Попроси сейчас Дэни обратиться к нему «мой господин»- Гиш бы и это сделал. Если бы сообразил, конечно.

0

25

В комнате много шума, но мало Дэни. Так мало, что аромат жасмина исчез с его кожи, как исчезают мечты из детских глаз, вытекая через разрезы розовых очков. Кажется, что в этот взгляд, которым он смотрит на Билла, приходят умирать киты, всплывая к верху брюхом, доверительно подставляясь солнцу. И оно играет на их белых, прозрачных бельмах глаз, тянется в их тело, но от того море становится только холодней. Смерть приносит особый озноб. Вот и взгляд Дэни холодный, как арктическая глубина, одинокий, затравленный, виноватый, сожалеющий. И руки у Дэни холодные, тонкие, острые,хватаются за чужие кисти и отнимают у них своё изящное лицо.

- Твоё наказание должно быть равноценным поступку. Ты хотел быть самостоятельным и не спрашивать у меня разрешения, чтож, ты ворвался в мой мир, узкий и тонкий, а я позволю тебе остаться самому со своим жгучим желанием, так подобным сексуальному... - он ударяет пальчиком по чёрной спинке кейса, блестящей, как спинки жука. Быть может скарабея? Веет жаром пустыни, сжигающим дотла.

- У тебя здесь целая коллекция игрушек, как видишь я очень добрый и предоставляю тебе выбор. Желание будет усиливаться. Это похоже на жажду знаний, я бы хотел чтоб ты познал себя, растянул и момент и себя, а я буду смотреть и с твоего разрешения даже сделаю пару фотографий. Ты знаешь, я крайне забывчив, а такое я забыть не хочу,  - он встаёт. Ноги у него ровные, гладкие, тонкие. Не вериться, что когда-то они были сломаны и их архитектура напоминала о боли и страданиях. Теперь они идёт к креслу, куда он садится. Тонкие пальцы достают сигарету из блока. Обхватывают её и он закуривает. Спокойный, долёкий, холодный. Как айсберг, это наказание. Они оба наказаны и Дэни за то, что доверился.

- Не тяни, этот возбудитель в смазке чертовски действенная штука, если затянуть будет крайне больно,  - он выпускает колечки дыма и достаёт фотоапарат. Хороший, качественный фотик, - надеюсь я поймаю пару хороших кадров, но ты об этом не думай, поверь, у тебя есть вещи поважней, а если ты будешь стараться, то кто знает, может я сам сдамся и присоеденюсь к тебе, но я обещаю, держаться буду до последнего, - он облизывает свои пальцы. На них ещё остались следы смазки. Дэни повысил ставки.

В комнате жарко, не смотря на открытое окно. Сигарета дыми привкусом гвоздики... Дэни одет чересчур легко, но ему не холодно, а скорее жарко, он закусывает губу. Представление начинется...

0

26

Дэни непреклонен. Никакие мольбы, никакие стенания и страстный шепот не помогает. Гиш щурится, вдруг, совершенно иначе посмотрев на своего любовника.
Признаться, он рассчитывал на легкую победу. Что Дэни, возбужденный не меньше своего оппонента, плюнет на любые обиды и все закончится пылким, страстным сексом. Это было бы очень кстати, потому что Гиш уверен- если в ближайшее время ничего не предпринять, он сгорит на костре инквизиции, который для него заготовил лично Дэниель Хор.
Но его мальчик оказывается просто дьявольски упрям.
Гиш внимательно вслушивается в условия собственного наказания и улыбается. Какая изобретательность. В самом деле, даже не понятно- злиться или радоваться.
Злиться, потому что он находится в достаточно щекотливой ситуации и жгучее возбуждение давит ему на мозги. Или радоваться, потому что Дэни оказался таким…затейником. К тому же игра, которую он предлагает- не самая плохая. И уж точно не смертельная.
Хотя на счет этого Гиш не обольщается. Черт его знает, какой эффект дает эта смазка и насколько он продолжителен.
Он покосился на ящичек с игрушками, в очередной раз задавшись вопросом- когда Дэни успел все это распланировать? И игрушки…откуда? Неужто оптом в интернет-магазине заказал? То, что его любовник мог с детской непосредственностью самостоятельно прийти в секс-шоп и затариться таким количеством игрушек как-то не укладывалось в голове Билли. Впрочем, это Дэни. Дэни может если не все, то очень и очень многое.
Снимки Гиша тоже не пугали. Экая невидаль. Напротив, это было даже несколько забавно- ни у одного из его любовников не хватило смекалки на подобную дерзкую авантюру. Хотя казалось бы- идея лежит на поверхности. Сделай снимки, а дальше, по классике, интригующий шантаж и провокация. Билли шантаж не смутил бы, но пикантность ситуации…это было уже интересно.
Расклад игры ясен. Правила- тоже.
Билли медленно открывает ящик, перебирая его содержимое. В одном Дэни был прав- ему следует поторопиться, но…Гиш не может справиться с собственным желанием подразнить своего любовника. Поэтому, пока выбирает игрушку себе по размеру, медленно облизывает пальцы и осторожно растягивает себя. Как бы это жгучее неудовлетворение не было по мозгам, делать самому себе больно Билли не хочет.
В итоге, чуть подрагивающими от возбуждения пальцами, он выбирает один из вибраторов. Средний по длине и ширине ( Гиш пару раз успех удивленно моргнуть, потому что габариты представленных игрушек поражали воображение и вызывали закономерный вопрос: а может ли такое вообще в живого человека поместиться?), но омерзительного розового цвета. Не то чтобы Билли был привередливым, но этот цвет настойчиво напоминал ему о куклах Барби и вызывал каких-то странные педофильские ассоциации.  С другой стороны, Гиш не так часто оказывался снизу и попросту боялся порвать сам себя чем-то излишне крупным и длинным. Поэтому «фаллос Барби» подходил его основным требованиям.
Он уже потянулся рукой к смазке, как тут же отдернул руку. Как будто обжегся. Вот она- хитрость. Использует эту дрянь снова и можно будет смело лезть на стены. А другого варианта, более подходящего, Дэни ему, разумеется, не предоставил. Гиш кинул очередной ласковый взгляд на своего любовника и, продолжая растягивать себя пальцами (удовольствия они не приносили, но, на какие-то секунды, Билли и вправду начал входить во вкус), принялся тщательно облизывать ядрено-розовым искусственный член. Про себя ругаясь на все лады за то, что он просто тотально омерзителен на вкус.

0


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Флешфорвард » 12.05.2014г.- How Deep Is The Ocean


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC