За закрытыми дверьми...

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Настоящее: лето 2013 года » 25.08.2013. Миледи не прыгают вниз головой.


25.08.2013. Миледи не прыгают вниз головой.

Сообщений 1 страница 22 из 22

1

http://sh.uploads.ru/t/mKpzd.gif

Время и дата:Вечер.
Место:Город.
Участники:Даниэль Хор, Билл Гиш, Вивьен.
Краткое описание: Смерть невинных пахнет лилиями и аромат её сегодня напоит город вновь.

0

2

Время проходит быстро и стремительно.
Билл заезжает в магазин реже, чтобы не вызывать подозрений. А то зачастил так, как будто соскучился. Да вот только по кому? Не по книгам же ему скучать.
Гиш приветлив, улыбчив, внимателен как черт. В общем, все то, за что девочки его так любят. Вивьен начинает потихоньку наглеть, требуя перманентно то дополнительных выходных, то премий. Билли также приветливо и добродушно ставит ее на место, просто потому что это- деловая этика. Вивьен отчего-то объявила ему чуть ли не войну и это с каждым днем веселит его все больше.
Он иногда даже подыгрывает ей. Делает озабоченное лицо, пару раз приглашал выпить кофе и «поговорить как взрослые люди». Но Вивьен- дура и гордячка. Отказывать Гишу в такой демонстративной малости доставляет ей удовольствие, а Билли как будто специально подставляется.
Да не как будто, а так и есть.
Другие девочки начинают ругаться с Вивьен. Механизм запущен.
Дороти и Лилиан демонстративно объявляют девушке бойкот. Они- целиком и полностью люди Гиша. История, конечно, умалчивает как ему удалось добиться от них такой преданности, особенно если учесть, что Билли не спит ни с одной из них. Все, что позволяет себе Дороти, так это кинуть в лицо Вивьен презрительное «Дешевка», в запале холодной ссоры.
Лицо Вивьен в этот момент дорогого стоит.
Потому что это действительно потрясающая смена растерянности, обиды, смертельного ранения. Вивьен явно переоценила свои силы и не ожидала, что ее ехидное шипение в адрес Билла примет такие монструозные обороты. А Гиш лишь подыгрывает. Улыбается печально, долго возится с книгами и весь его вид говорит о тщательно скрываемых страданиях и каких-то душевных муках. Девочки такое любят. Главное не переборщить.
«Дешевка», кстати, тоже вполне обосновано. Вивьен решила поделиться своими дальнейшими жизненными планами и положительного отклика не встретила. Казалось бы, зачем ей рассказывать об этом в магазине, где ее теперь особенно никто и не жалует? Но Гиш знает- у нее больше никого нет.
Приезжая девочка, которая всеми силами пытается выжить в чужом городе. Цепляется цепкими ногтями, карабкается по этой непростой социальной лестнице и Гиш здесь- подонок и тварь, потому что не хочет помочь. По крайней мере, так это выглядит для Вивьен. А Дэни…с Дэни все не просто. Вивьен молчит о том «что не просто», но нет-нет, да проскакивает в ее излияниях, то недовольство, то изумление.
Билл при звучании чужого имени внутренне цепенеет и покрывает коркой льда.
В конце концов, Вивьен приходит в простому как три копейки плану. Звучное и такое четкое «Дешевка»- реакция на этот план. Гиш думает о том, что, если кому и повысить зарплату и премию выписать, так это Дороти. Уж больно хорошо это прозвучало.
Каков был план?
Да как и все подобные планы- мнимая беременность, вынужденное замужество. Единственное, что действительно смущает Гиша- Вивьен с пеной у рта доказывает, что видела обручальное кольцо. Билли не может знать наверняка, врет она или нет. Но в конце концов, отмахивается. Кольцо. Экая невидаль. Мальчишка где-то в кармане носит ключи от его квартиры. И два ли Вивьен об этом знает, хотя…
В конечном итоге, девчонка ломается. Какой-то пустяк, какой-то покупатель нахамил. Она начинает плакать прямо за стойкой, и Билл понимает- сейчас.
Он ругается с покупателем. Не на повышенных тонах, но достаточно грозно. На самом деле- в этом нет ничего такого. Билл хорошо помнит момент, когда какой-то пьяный детина по ошибке забрел в его магазин и начал приставать к Дороти. Так что…заступаться за своих подчиненных- это в порядке вещей. Но Вивьен воспринимает это как «личное» и потом уже, в подсобке, рыдает в чужое плечо, размазывая дешевую тушь и подводку. Что-то бессвязно лепечет и Гишу ее жаль. Правда жаль. Но это «жаль» не переходит рамки самого себя и не трансформируется ни во что другое.
Просто девочка. Просто жаль ее, глупую.
Они выходят через черный ход, чтобы погулять и поговорить.
Билли думает, что сегодня- хороший день, чтобы умереть.

Они идут в кафе. Выпить кофе, но как «взрослые люди» не разговаривают. Просто потому, что Гишу это уже не надо. Да и не надо было никогда. Вивьен усиленно ездит ему по ушам, перечисляя все свои горести и печаль. В этом же перечне фигурирует и имя самого Билли, и имя Дэни.
Гиш лишь качает головой, просто потому что…ну какого черта, девочка?
Вслух, конечно, не спрашивает. Она, наверное, и сама не знает какого.
Половинка таблетки со снотворным быстро растворяется в чужом напитке, пока она отходит «поправить макияж». День плавно подходит к концу и сумерки набрасываются на город душным, теплым одеялом.
Билли думает о том, что может уйти сейчас. Это проблема любого убийства. В какой-то момент, пока «еще не слишком поздно» тебе всегда приходит эта мысль- «ты можешь уйти». Ничего не делать. Но Гиш знает, что это- вранье. «Поздно» стало уже тогда, когда он впервые подумал о том, что Вивьен-умрет. Вот тогда уже стало «слишком поздно», а то что происходит сейчас…неминуемо и предсказуемо в своей основе.
Вивьен возвращается. Они допивают кофе и идут гулять.
Ей не очень хорошо. Но Билли мастерски забалтывает ее, рассказывая о «личном», играючи перекидывает ее с тему на тему и знает, что сейчас она не уйдет. Не упустит шанса «стать ближе к Мистеру Билли Гишу», раз уж он решил ей открыться именно сейчас. Она практически висит у него на руке, потому что снотворное начинает действовать и ей кажется, что она тонет в каком-то болоте.
Она так и говорит.
«Мне кажется, я тону…».
Билл на секунду останавливается, потому что его настигает вторая проблема любого убийства. Тебе кажется, что она знает. Догадалась каким-то немыслимым образом. Но после того, как Вивьен целует его в щеку (видимо, промахнулась из-за таблетки), Билли понимает, что и этот порог они преодолели.
Они выходят на мост. Гиш, играючи, сажает ее на край ограждения и как джентльмен придерживает за талию. Время позднее. День- среда. Все люди сейчас либо спят после трудного рабочего дня, либо развлекаются где-то еще. Мосты вроде этого не пользуются у парочек особенной популярностью, тем более в будние дни.
Вивьен…все еще расстроенная, дезориентированная таблетками, хмуро смотрит на Гиша. Пытается сфокусироваться и сказать что-то, но Билли ей не дает. Он наклоняется вперед и шепчет ей на ухо. Все, что он о ней думает.
Что он шепчет ей конкретно- останется до поры до времени между ним и Вивьен.
А потом просто останется с ним. Ему везет весь вечер. Он концентрирует весь свой дар на бедной Вивьен, поэтому все проходит без сучка и задоринки. И прежде чем отойти, он легонько толкает ее ладонью. И она падает. Заваливает спиной назад и только громкий всплеск в конце доносит до Билла мысль о том, что Вивьен конец.
Но ему надо убедиться. И он продолжает давить своим даром на нее даже тогда, когда она тонет. Впрочем, тонет она без особого огонька, видимо таблетки ее несколько усмирили. Билл ни разу не смотрит вниз- ему не интересно. Он закуривает сигарету, вслушиваясь в, периодически взламывающие волны, звуки чужой агонии. И давит, что есть сил до тех пор, пока дар не «отключается» просто потому, что давить больше не на кого.
Билли щелчком отправляет сигарету в воду и уходит домой.

Отредактировано Билли Гиш (2016-10-13 02:01:41)

+1

3

http://s2.uploads.ru/t/AD8q5.gif

Я искал тебя всю жизнь... и ещё одну маленькую вечность до этого.

Глазами утопленников море жадно смотрит на нас, глотая солёными обглодышами губ-берегов, как кофе. Как крепкий утренний кофе по утрам глотают усталые рабочие, источая аромат далёкий от приятных ноток цветов. Им не знакома музыка рояля, привычней стучание сердец, молотков и бессмысленных минут о их череп, словно дробь на уток. Только они не птицы...

Не птицы они и потому живут, потому глотают кофе, как море проглатывает мир. Дэни думает. что реки, это частички моря, его тонкие сосуды, потерянные где-то в земле. Откуда они тянутся к нему, к Дэни Хору. через всю межгалактическую пустоту? Жадный, холодные, иностранные, чужеродные, а понять откуда.. не понять. Они и не говорят,  только течение  Квартира Билла залита не светом, а водой с его мокрых вещей. Ему холодно, тело бьёт крупная дрожь,  ведь мелкая давно его не берёт. Стал он для неё слишком тонким. Вот-вот растворится, распадётся, исчезнет. Пойди его тогда ищи, свищи, зови по тёмным улицам.

Мокрые вещи на половину на нём и лучшая половина осталась без них, обнажённая как берега скалистых морей. Они скалят зубы, влажной водой их омывают, оставляя их гладкими. понятными и вывернутыми. Он чувствует себя русалкой, разбившейся  о камни залива, чувствует свои внутренности. как их качает где-то в далёком океане. а он здесь. выпотрошенный, на берегу. Ноги свисают  с края ванны, тело изломано. Джинсы, чёрные, плотно облегают тощие ноги. кажется, что линии их стали ещё более ломаными, острыми, вопросительными. как знак восклицания. То есть никакими.

Он стекает  в изысканной ванне, хотя Хор не уверен. Может это просто его интерпретация Берега мёртвого моря и он полуобнажённая русалка, ждущая своего принца, и придёт убийца, с острым. длинным безразличием. Линии рёбер похожи на штрих кода - словно бери с полки и покупай, но никак не удаётся удержать в руках все части это головоломки. Дэни бьёт сильная дрожь, потому, что слабая не берёт, потому что глаза закрыты и где-то там, на краю его восприятия медленно крутится пластинка с джазом. Губы шепчут - больше трубы,хотя он знает, что больше не бывает.  И труба плачет, заливается, кричит, всё танцует и только Дэни вы потрошеным качается на волнах.

Он думает о том, что Вивьен теперь стала пластинкой из винила, теперь она кружится не в любимом танце, ритма вальса, а в жарких объятиях старого проигрывателя. Он принёс его сегодня... или вчера, а может и не приносил? Может проигрыватель просто кому-то проиграл и стал обречённым быть здесь и петь для похорон? Они хоронили Вив... Он не нашёл её тела...

Когда Билл приходит Дэни уже спит... Рядом бутылка чего-то горячего, чтоб не холодно. Бензина, наверное, чтоб сжечь мосты между ними с Вив, ванна теперь его кровать, простужающая почки. Он похож на спящего, разбитого ангела. Тонкие кисти, жадные росчерки порезов, свежих и более старых. Всем им не больше недели... видимо он начал после их встречи. В голове у него спелые, сочные гранаты, вот-вот разорвутся. И он постанывает от испуга, потому, что он их сам собирал, потому, что они для Вивьен, мёртвым стать это лучшее. О мёртвых молчат и никогда не ругают... он тоже хочет иногда стать статичным, спокойным и что-то внутри сопротивляется. Наверное другой Дэни...  По ванной комнате разбросаны сломанные, красные розы, головки их отделены от тел. Всё залито лепестками... как солнцем, как кровью. как солёной водой.

Отредактировано Daniel Hor (2016-10-14 03:39:22)

+1

4

По пути домой, Гиш думает о том, все ли он сделал правильно. Нет, в этих размышлениях нет ни тени сомнения, он скорее проигрывает в голове свое алиби, сверяет документы и телефонные звонки с смс-сообщениями, которые успел сделать, пока он занимался Вивьен.
Самое лучшее убийство- это то, которое не заморочено лишними деталями. Потому что на таких деталях легко можно попасться. Самое лучшее убийство то, которое похоже на самоубийство. Такое оказать сложнее всего, да и энтузиазма у следователей как правило не вызывает. Кому есть дело до приезжей девчонки? Не политик, не любовница политика, не дочка, не дальний родственник. Так…мелкий человечек во всей этой большой структуре жизни.
Теперь уже, правда, человечек мертв и начнет стремительно ржаветь в холодной воде.
Билл возвращается домой. Одна его часть не хочет видеть никого. Он прекрасно знает, что запустил внутри себя зловещий механизм и пусть его «цепные псы» смиренно сидят сейчас на привези (убийство Вивьен их удовлетворило совершенно точно), никто не может дать гарантии, что Билли Гиш не пойдет в разнос как какой-то Потрошитель. Ему надо успокоиться. Возможно, выпить.
Другая его часть чертовски не хочет оставаться наедине с самим собой. Особенно сейчас. Потому что ему жаль девчонку, правда жаль. Это «жаль», конечно не выходит за выверенные рамки и в слезы раскаяния не превращается. Но все же, но все же.
Как только он переступает порог своей квартиры, какое-то внутреннее чутье говорит ему- он не один. Обостренное чутье, пусть и приглушенное надвигающейся мигренью, делает его эмоции острее и весь Билл сейчас- натянутая струна. Гиш неслышно осматривает квартиру. Одолеваемый собственной паранойей. На секунду ему кажется, что Вивьен выжила и вернулась. Видимо, чтобы отомстить или закатить истерику.
Ублюдок! Ты опоил меня. Наговорил мне гадостей и скинул в реку.
Кто так обращается с девушками? Подонок!
Билл устало облокачивается о дверной косяк и трет лицо руками. Вивьен здесь нет и быть не может. Ублюдок-опоил-утопил…да-да, милая. Все верно. Мог бы повторить- повторил бы. Тебе одного раза явно недостаточно, да?
Гиш доходит до ванной и цепенеет.
Какая-то его часть ожидала увидеть здесь Дэни. Черт…это было бы действительно странно не увидеть его после убийства Вивьен. Разве не для этого все затевалось? Общаясь с Дэни, Гиш постепенно привык к тому, что самое странное действие мальчишки на проверку оказывается самым нормальным и ожидаемым. Это не дает ему…точки опоры. Напротив, Дэни становится только опаснее и предсказать его поведение все сложнее, не взирая на то, что, как это ни парадоксально, Гиш знал, что Дэни будет здесь.
На полу сломанные розы. Билли с каким-то затаенным неприятным чувством обходит их стороной, чтобы не наступить. Почему-то не хочется…
А дальше- ни одной мысли. Только механика.
Большие полотенца…несколько больших полотенец, потому что вода холодная и он не знает, сколько мальчишка пролежал в остывшей воде. И была ли вода горячей вообще? Гиш готов поспорить, что нет. Не была. Память деликатно подсовывает ему воспоминанием с Мириам и, чтобы не впасть в очередной ступор, Гиш впечатывает кулак в ближайшую кафельную стену. Со всей силы. Костяшки разбиты, но боль его отрезвляет.
Он думает о том, что его руки страдают по причине его дурной головы. Что поделать…
Смена места- снова спальня. Потому что там тепло и кровать большая. Аптечку он уже по привычке забирает с собой. Что поделать, их общение с Дэни видимо подразумевает травмы и имеет привкус крови и антисептика. Гиш раздумывает, но в конечном итоге снимает с него мокрые насквозь брюки, хотя, признаться, мокрая ткань, которая такими ломаными линия очертила чужие стройные ноги и бедра…это впечатляет. Но на практике не имеет никакой пользы. Билл благодарен своему организму и голове за то, что вся эта ситуация не действует на него возбуждающе. Сейчас это стало бы проблемой.
Он растирает чужое холодное тело, мельком осматривая порезы. Его это злит. Действительно злит по причине того, что в его голове формировалось четкое табу- порезы на Дэни может оставлять только он и никто другой. Но это позже…
Мальчишка в его руках холодным, как мраморная скульптура. Для полного сходства не хватает статики, но Гиш этой статики не хочет. Поэтому вытирает, меняет полотенца, заворачивает Дэни в одеяло и плед, просто для того, чтобы он хоть как-то согрелся.
На ум приходит мысль, что можно набрать ванну с горячей водой. Глядишь, отогреется. Но Билл не хочется сейчас туда. Ванная комната его сейчас пугает. Может быть, чуть позже…

+1

5

http://sg.uploads.ru/t/IdXbr.gif

Let's be in love with each other.
Tonight is the flight of the butterfly,
Let's love

Инеем покрываются губы лжецов, словно они целуются с зимой, которая так чертовски близко, под кожей. Дэни чувствует, как его собственные, спелые, красно-рябиновые губы лопаются и покрываются инеем, как стёкла - отпечатками неосторожного дождя. Ресницы дрожат в жалобной попытке раскрыться - типично человеческие проблемы. Дэни пытается улыбнутся, но лицо стало чужим и он не может шевелиться. Он ощущает на себе ответственность беговой дорожки - лежать и не дёргаться. пока по тебе бегут, в данном случае по его тело бежали спазмы. Мышцы дрожали в попытке спасти его жизнь. Плевать.

Дэни на всё плевать, будто он подросток, глупый, наивный и одинокий. Как дождь. который оставляет после себя только отпечатки, смываемые другим, таким же дождём. Людей оплакивают дожди и рыдают о них джазовые трубы, глотающие в себя привкус ночного сахара. Словно лошади... да, медные лошади памятников. Он думает о том, что внутри него летают прозрачные мотыльки и бьются о стёкла его широко распахнувшихся глаз, от удара, падая на землю - мёртвые.

Это Гиш? Это Гиш, мистер, мастер, доктор, убийца Дэни Хора. Особый коктейль, Дэниэль глотает его взглядом, но молчит, плотно сжав губы в узкую линию - подчёркивая тонкость момента. Он стыдится того, что зубы его будут биться друг об друга, как берег моря противостоит океану, ему стыдно, что он, такой обнажённый, не может раствориться от чужих прикосновений. Горячих, как кипяток.

Они в спальне, Дэни молчит, превратившись в чистую Месть и его подают к столу холодным. Гиш мог бы выставить его за дверь, было бы разумней. Он смотрит на разбитую руку. Их отношения это затянувшая авиакатастрофа. Они просто слишком медленно умирают.. как танце.

- Ты разве поверил что я замёрз? Это я только притворился, а на самом деле я играл Вивьен, только она стала русалкой, а я стал свидетелем, обидно, не правда ли? - он слегка улыбается, ведь это его первый голос за сегодня. Он забыл как говорил раньше и как раньше дышал. Ему кажется, что теперь он звучит как виолончель. но на самом деле его голос просто стал чуть ниже, чем обычно. Простудился. Он скидывает плед, потому что ему и правда горячо, непривычно и светло. Медленно и настойчиво крутится пластинка в другой комнате. Звуки тают на его губах, он повторяет последний слова певца... подходя к Биллу ближе. Где бы он не стоял он его бы всё равно нашёл

Ближе, им нужно стать ближе. ещё ближе, вот так, жадно соприкасаясь в медленном танце. Руки у него всё такие же ледяные, острые, жадно, поспешно растёгивают. стягивают.

- Согрей меня, иначе я совсем замёрзну, разве ты этого хочешь? - Ну, Билли, ты же не глупый, ты знаешь как греют красивых мальков,когда рядом нет канистры с керосином.

Руки танцуют по телу, он тянет мужчину на кровать, потому, что они в спальне. Магия движений, Дэни словно стал другим, более хищным, в глазах нездоровый блеск, смешение слёз и возбуждения. Да он больной на всю голову, да он ненормальный, да его лечить нужно. вот что все думают... а он не думает ни о чём. кроме прекрасных глаз Билла и того, что у него наверняка скоро заболит голова. Есть в ней что-то страдальческое... но пока она ещё... не успела, то,почему бы  и нет?

+1

6

Убийство- та часть его жизни, которой он не стыдится. Но оказывать не желает, что логично. Убить- это значит подвести черту. Показать, что ты сильнее. Обстоятельства могут сложить, как угодно, на самом деле. И не всегда силу определяет количество мускулов или мышц. Иногда быть сильным- это значит нанести удар раньше соперника. И весь мир- полон таких соперников. Чуть зазеваешься и все. Чьи-то ловкие руки уже в твоей грудной клетке.
Билли Гиш сидит на краю кровати, чуть ссутулившись. Груз сегодняшнего дня и вечера в особенности ложится на его плечи. Привычные хлопоты. Привычная холодная отстраненность, которая постепенно покидает его после убийства. Он знает, что будет потом- мигрень. Жуткие, выматывающие боли, когда он был бы благодарен за морфий или иное другое наркотическое средство, чтобы забыться, но нет. Вместо этого он будет сидеть на аспирине, пить воду и неизменно умирать от любого шороха-стука-звука. Это его наказание. Наказание идет после преступления.
Гиш тихо хмыкает в пустоту. Хочется курить, но он не хочет отходить от Дэни. Вдруг проснется. И как знал, как знал.
Слово «свидетель» бьет по мозгам. Гиш ненавидит эти кондовые «алиби», «состав преступления», «полиция», «труп», «опознания». Список этих слов большой, но всегда танцует вокруг некого мертвого тела, до которого по факту никому уже и дела-то нет. Билл медленно поворачивается. Все еще холодный и где-то неизмеримо далекий в своих тяжелых размышлениях. Иногда, он рад, что убийство не приносит ему…радости. Как бы это парадоксально не звучало.
Убить- значит подвести черту.
Но кто сказал, что это доставляет ему удовольствие?
Чужой голос звучит чуть ниже, чем обычно. Гиш отмечает это автоматически и думает о том, что мальчик все-таки простудился. Или простудится.
-Почему же обидно? Русалкой ей будет лучше, поверь.- Билл замолкает. Он мог бы сказать «я сделал это для тебя», но…будет ли это правдой? От части- разумеется. Но Гиш соврал бы, если бы сказал, что это убийство- чистый акт милосердия и доброго его отношения к Дэниелю.
Это убийство- акт ревности.
Акт назойливой глупости и гордыни.
Акт непримиримой силы.
Акт жестокости и беспощадной злости.
Холодной и выверенной, как клинок.
Это убийство- акт мести за испытанную ревность.
Билл встает с места, но успевает сделать лишь несколько шагов, все еще погруженный в свои мысли. Где-то в комнате играет пластинка- он только сейчас заметил. Как странно…а за окном, кажется, рассвет. Билли замечает все это с большим опозданием. Но Дэни, который скинув все свое теплое обмундирование, идет к нему- не заметить не может.
Он хочется сказать ему:
Не надо. Не подходи.
Но, разумеется, не говорит.
Потому что какая-то его часть хочет этого больше всего на свете.
Гиш смотрит настороженно и напряженно. Ожидает чего-то плохого, а чего- сам не знает. То ли удара, то ли обвинений. Выглядит угрожающе серьезным и готовым ко всему. Кроме того, что предлагает Дэни.
Пальцы у него ледяные. Гиш осторожно прикасается к чужим губам и боится, на самом деле боится, что все это- плод его фантазии. Галлюцинация. Он много таких повидал. Жутких, мрачных, пугающих, но порой…и таких вот прекрасных.
Чужие губы тоже холодные, но не смотря ни на что- определенно не подчиняются правилам галлюцинаций. Это осознание вспыхивает в его голове не хуже бензина.
Рубашка стремительно летит на пол. Его руки жадно обнимают, гладят, скользят вдоль позвоночника, потом снова вниз- к бердам. С каким-то отдельным, совершенно особенным удовольствием, прижимается своими бедрами к чужим, которые сейчас кажутся ему совершенством. До кровати идти не долго. 
Билли Гиш выглядит сейчас одержимым. Нездоровым. Хотя почему только сейчас?
Он целует чужие холодные губы и думает о том, что прекраснее с ним не случалось ничего. Он пытается быть нежным, правда пытается- но все равно нет-нет, да срывается то на укус, то на слишком сильно сжатые пальцы. Он не хочет делать Дэни больно. Хватит на сегодня. Но подавить свой инстинкт- подчинить и привязать- не может. Он ищет взглядом старый порез, но увы…зажил. Билл прижимается губами к перекату чужого плеча и ведет языком до самого подбородка. Запоминает чужую кожу на вкус. Сейчас это кажется ему жизненно необходимым и крайне важным- знать какая на вкус кожа у Дэни.
Он что-то шепчет. Сам не понимает, что именно…что-то сбивчивое, невнятное…как будто молится. Но он знает, что это точно- не молитва. В классическом ее понимании. Какие-то личные молитвы Билли Гиша. Когда еще такое услышишь. Когда дыхание сбивается окончательно- снова возвращается к чужим губам. Кусает, легко проводит языком по нижней…в нем сейчас не так много от человека.

+1

7

http://se.uploads.ru/t/nFkK4.gif

Show me,
and find it a pleasure to know me.
Tonight is the flight of the butterfly,
let's love.

Любовь шипит на кончике языка Дэни Хора. Он чувствует, что внутреняя температура разрушает своим жаром не только белки в его теле, но и чёртовы мысли. Как же всё неустойчиво. не правда? В этом мире все либо подвешены на канате, либо танцуют. Дэни предпочитает танцевать...

- Я не могу тебе верить, ты убил, а убийцам нельзя верить, но их можно любить.. - он чувствует, как ему становится тепло, как он возбуждён. В голове встаёт картина падающей девушки, ощущение острого, пойманного внутри выкрика. А может стона? Там, на холодном мосту... В окна льётся рассвет.

Дэни оказывается под горячим телом будущего любовника. В последнем можно не сомневаться, они переспят и Дэни не может это отрицать, это было бы лукавство, они переспят если он ничего не сделает, а что он может сделать? Сколько у него не было полноценных отношений? Наверное всё укладывается в словесное сочетание " слишком долго" и этот мужчина убил ради него. Дэн не дурак он всё понимает и по сути это он убил Вивьен через эти руки, которые касаются его позвонков с такой сдерживаемой властностью. Он знает, что мужчина старается быть нежным, он знает, что сам он влюблён в начальника своей мёртвой девушки.

И даже зная это он не боится обжечься, он боится своего мутного взгляда и снова целую Гиша в винные губы. Кажется он уже почти пьяный. Это могло бы насторожить тех. кто знает его достаточно хорошо, но с такими как Хор чаще всего Не достаточно. Он убивает волосы с лица мужчины, явно любуясь его лицом.

- Ты так смотрел на меня... будто я тебя обвиняю, а ведь это мы её убили. Я разделю с тобой и постель, и вину, Билл

Голос у Дэни хриплый и мысли, это чужие мысли. Кажется в нём появилось что-то жёсткое, притягательное, словно огранённый алмаз Правильность линий, острая, подчёркнутая логичность. свинцовая тяжесть его притяжения. Нужно остаться полностью обнажёнными. хрупкими, словно оголённые провода. Вот-вот ударят током, разве нет? Нужно целоваться жадно, словно им не хватает воздуха в поцелуях.

Убийство для Дэни это нечто связанное с сексом. Он в эти моменты напоминает очень кровожадное животное, чертовски умное, но примирившееся со своей сутью. Люди сдерживают себя, контролируют, запрещают себе то, что принадлежит им по праву - убивать себе подобных. Это в нашей крови и иногда она бурлит в нас слишком сильно. Но как же это притягательно, чёрт, от этого чувства легко потерять голову, особенно когда в изумрудных глазах столько глубины, столько страстной энергии. Вивьен? Да что видела эта девочка в нём? Он кусает губы в поцелуях, что-то в нём поменялось. Словно он был мелодией и вдруг изменилась тональность. Стремительно она становится всё более угрожающей, завораживающей.

Отредактировано Daniel Hor (2016-10-15 03:15:25)

+1

8

Возможно, будь Гиш в более адекватной состоянии- он бы задумался о происходящем. Всерьез так задумался и сделал бы выводы. А может, не сделал бы, но в любом случае…задумался. Предыдущие реакции Дэни на подобные физические контакты, то как он цепенел, то как вдруг замыкался в самом себе…все это наталкивало на две мысли. Либо он перенес какую-то травму, либо был девственником. И глядя на Дэни…Гиш не мог в уверенностью сказать, какая из версия выглядела более правдоподобной.
Возможно, не будь он в таком состоянии после убийства, не найди он Дэни в ванной…если бы обстоятельства сложились несколько иначе, Гиш предпочел бы притормозить. Правда, даже в этом случае, Билли не мог давать никаких гарантий. Наличие трезвого рассудка вовсе не означает, что он не сорвался бы.
Ведь он хотел Дэни.
Хотел безумно, безудержно. Так сильно, что скулы в свое время сводило от ревности.
Хотел до такой степени, что самому жутко становилось.
Он, Билли Гиш, который никогда не знал каких-либо ограничений и проблем в сексе, готов был заткнуть за пояс (пусть и временно, но все же) свое собственное желание и похоть. Соглашался на какие-то совершенно малые крупицы удовольствия, будь то поцелуи или объятья, хотя мог еще при первой их встрече, взять мальчишку силой.
Мог. Но не стал этого делать.
Потому что впервые столкнулся с тем, что ему нужна была взаимность. Ответная реакция. Не продиктованная минутной похотью, не продиктованная алкоголем, нуждой или простым интересом. Он хотел чего-то большего и готов был ждать столько, сколько потребуется.
Поэтому сейчас, получив в свои руки (в буквальном смысле) того, кого он так давно хотел- Гиш не может думать. Не может анализировать, оценивать, переживать. Единственное на что его хватает- так это на какое-то подобие сдержанности, потому что…не сдерживай он себя- растерзал бы мальчишку в кровь. Билли Гиш в какой-то степени всегда был диким животным, привыкшим выживать и убивать.
Гиш нависает над Дэни, внимательно, чуть улыбаясь, слушает то, что ему говорят. Тонкие пальцы оказываются вблизи его рта и Билл, не сдержавшись, прихватывает подушечки холодных пальцев губами, целует ладонь. Трется о чужую руку, как какой-то дикий кот или иное адское отродье.   Он смотрит в чужие глаза и отчетливо понимает только сейчас- пропал. Совсем и безнадежно. Так, как пропадают без вести люди- без права на возвращение.
Билл тратит драгоценные секунды для того, чтобы раздеться полностью. И когда он снова возвращается к Дэни (ему кажется, что прошла вечность), прикосновение его разгоряченной кожи и коже его мраморного наваждения отдается дрожью в позвоночнике. Гиш сдавленно выдыхает, потому что это…неожиданно. Так остро чувствовать кого-то другого. Ему кажется, что его руки живут какой-то своей отдельной жизнью.  Он почти не чувствует боли в разбитых костяшках, но зато очень хорошо ощущает чужую кожу под своими пальцами, когда гладит чужие колени, бедра, оглаживает внутреннюю сторону бедра, добирается до впалого худого живота. Он пересчитывает пальцами ребра- мягко и почти невесомо. Билл не хочет торопиться. Спешка сейчас кажется ему чем-то непозволительным и кощунственным.
Единственное, с чем он не может и не хочет совладать- это со своим жадным, острым ртом. Поэтому на коже Дэни, на его шее, перекате его плеча, под его ключицей расцветают синяки. Гиш не может контролировать себя в этом.
Он плавно подается бедрами навстречу, руками поддерживая Дэни под спину- ему нравится касаться его позвоночника. Пересчитывать позвонки кончиками пальцев, также как и тогда, в душе. Ладонь идеально ложится между чужих лопаток так, как будто ей там самое место.
Билл, вдоволь истерзав чужую шею и плечи, опускает ниже. Тот путь, который он исследовал пальцами, необходимо повторить горячим ртом.

+1

9

http://s2.uploads.ru/t/8xTQ3.gif

Yes, it's a good day for singing a song,
And it's a good day for moving along;
Yes, it's a good day, how could anything go wrong,
A good day from morning till night.
And to die.

У него было ощущение, что мир это мозаичная недосказанность с лимонным послевкусием пирога, правда яблочного. Может мир, это всего лишь не до конца прорисованная точка... или чей-то зрачок, расширяющийся в кромешной космической темноте и от резкого света он вдруг снова сузится? Почему бы и нет? Дэни думает о том, что зрачки Билла Гиша повторяют путь мира. расширяясь, словно он смотрит в чистую, концентрированную тьму. а внутри глаз Дэни играют золотистые искры.

Словно кто-то проводит болгаркой по металлическому куполу его черепа, мысли теряются в высоте его зелёных глаз, запутываются и падают замертво. Выживет только одно стремление, как не комично - стремление к разрушению. Обречённость убивать всё, чем он дорожит, всё, что дышит рядом с ним, всё. что трепещет при его присутствии. Он Бог разрушения, безумец, одинокий, израненный мальчишка, рождённый от ударов металлической трубы и любви.

Он выгибается от удовольствия, словно тетива лука, в голове звучат щелчки барабана револьвера. Он хватается жидкими воспоминаниями за последние, уходящие кусочки его сути. Мир наполняет тёмной, мутной. гнилой водой сточных канав. Тогда был дождь. Гряз смешивалась внутри его тела с кровью, теперь был холод и Билл, теперь он ощущал что снова так остро влюблён в кого-то и это приносило ему страдания или будет приносить.

Он обрывает путь чужих поцелуев, кажется он ведёт в этой игре и кажется Билл не сопротивляется. Он околдован глазами, прячущимися за пышными ресницами, пряным вкусом чужих губ, опасной притягательностью, появившейся у Дэни Хора только после взрыва его мозга. Право дело, черепно мозговая так похожа на взрыв..

Он готовился, разве не заметно? Он идеально изучил место будущего преступления, хотя и не знал этого Какая-то часть его самого давно всё спланировала и расставила предметы именно так, как это было удобно ему, тогда как другая ломала головки розам. Это всего лишь был отвлекающий манёвр, обманка для его сознания. Глаза его расширенны, словно от испуга, но тело хочет продолжения. Звериное остаётся только в уголках его глаз. Он испуган самим собой, но со стороны... легко принять это за волнение. Дэни просто волнуется. наверняка. как и любой человек. перед сексом с убийцей своего бывшей. Почему бы и нет?

Но на самом деле под подушкой спрятана острая спица, на самом деле он точно знает где она, на самом деле они не случайно здесь, на самом деле даже проигрыватель не спроста. Всё в логичном стиле. даже сломанные розы, даже его мокрая одежда. Вот почему его рука скользит по чужой шее, почему он так старательно изучает анатомия Билла Гиша, получая крупицы удовольствия.

- Я хочу быть твоим, - шепчут пряные губы, глаза изучают восковые черты лица. Билл пропал, вот что знает коварная часть Дэни. Та часть, которая никогда не усмиряла демонов, та часть, которая стала его вторым лицом, его тёмной стороной. Дэни это притягательная луна и сейчас мы выходит на её тёмную сторону... Ноги так доверительно раздвинуты, мальчик расслаблен, возбуждён, бери его, пока он горяч, не так ли? Кажется всё просто, но ой как часто Дэни использует это как ловушку...

Отредактировано Daniel Hor (2016-10-15 17:28:11)

+1

10

Что-то настойчиво крутится в его голове. Красный светом мигает прямо под веками, но Гиш списывает это на приближающуюся мигрень  и последствия убийства Вивьен. Он знает, что это- чистой воды  бред. Он забыл об этой девочке еще до того, как толкнул ее ладонью. Пройдет пара дней- даже имени не вспомнит. Но он безжалостно списывает все это со счетов, потому что конкретно сейчас- это не имеет значения.
Потому что Дэни в его руках –горячий, податливый, выгибается как тетива и что может быть прекраснее. Ничего.
Гиш теряет свою осмотрительность, подавляет свою паранойю, давит свою мигрень- сносит это все так безжалостно, что самому жутко. Чтобы так ярко гореть…не сгореть бы в конце.
Я хочу быть твоим
Звучит идеально.
Билл настороженно вглядывается в чужое лицо. Потому что это звучит слишком идеально. Равно как и уже сказанное «разделить вину и постель». Что-то не дает ему покоя. Как прибой, возвращается снова и снова. Беспокойным ми-минор звучит в ушах, но это не важно -не важно- не важно.
Тонкая рука оглаживает его шею и Гиш, с его накатившей паранойей, перехватывает запястье, прижимая руку к кровати.  Это его успокаивает и красный сигнальный свет, как при приближении поезда, затихает.
Ему следовало бы спросить о бывших Дэни. О том, сколько мужчин у него было до. Может быть даже спросить, сколько- после. Это не первая их встреча. И после предыдущей, он помирился с Вивьен. Кто знает, какие еще секреты хранятся в этой хорошенькой голове.
Но Гиш не спрашивает. Лишь нажимает пальцами на нижнюю припухшую губу, вынуждая Дэни приоткрыть рот. Природный садизм решает, что они обойдутся слюной. Мальчишка и так его всласть помучил. Хватит.
Конечно, это сложно назвать нежностью. Гиш знает, что слюна- не лучшая смазка. Даже кровь подошла бы больше, но, увы. Он думает о том, что это…неприятно. Мстительное удовольствие в купе с садизмом вспыхивает внутри яркой звездой, но Билл вовремя спохватывается- он же не хочется наказывать Дэни, в самом деле. Он тесно смыкает пальцы на чужом члене, просто чтобы отвлечь своего любовника на какое-то время. Гиш внимательно вглядывается в чужое лицо, пытаясь распознать и расшифровать его реакции, но ему кажется, что тело Дэни в данном случае действует куда честнее своего хозяина.
Он входит в него медленно. Здесь Билл  не торопится. А даже если бы захотел поторопиться- не смог бы. И почему-то в этот момент, он думает о том, как жаль, что это не навсегда. Что он не может зациклить этот момент, этого человека, эту комнату, эти эмоции. Чтобы остаться здесь и не выбираться уже. Потому что Гиш очень хорошо знает, что там и ему это чертовски надоело. Горечь этого несовершенства и осознание недолговечности этого момента, пеплом оседает на его языка. Он упирается одной рукой в матрас, чуть правее головы Дэни, чувствует, как собственные мышцы плавно двигаются под кожей, когда он входит до конца. Билл с отдельным удовольствием придерживает Дэни за бедро свободной рукой. Придерживает крепко, с силой…знает, что от его пальцев останутся синяки и его это устраивает.
Он смотри в чужие глаза, такие совершенно невыносимо зеленые и чуть растерянные сейчас. И прежде чем накрыть чужие губы своими, проглотить чужой стон и дыхание, говорит:
-  Ты всегда был моим.

+1

11

Вивьен - девочка с большими, голубыми, как морские просторы и  больными глазами, она падает в комнату, как капли солнечного дождя жарким июльским полднем. Красный восход догорает кончиком сигареты в пальцах у розовощёкого, посеревшего от курения, мира. Вив курила Pall Mall на подоконнике его квартиры и Дэни думал, что ночью это похоже на догорание маленькой звезды. Дым струится в небо, как тоска, теряясь в голубых глазах девушки. О чём она думала, умирая?

Она не помнит, проходя в переднюю по каплям воды, оставленным Дэни Хором, не слышит звука так резко молчащей пластинки, пробегая по ней пальцами, повторяя путь иглы. Ей кажется, что эти борозды шепчут ей о несуществующей печали. О ней никто не вспомнит и она наблюдает за живыми, потому, что в этой комнате существуют только они, всё остальное лишь выстроенные её возлюбленному декорации. Да, она любила Гиша, почему бы и нет? Дэни просто был попыткой вызвать у него ревность, разве он не видел?

Наверное грустно быть убитым человеком, которого любишь? Наверное... Вив не знает, она не понимает знает ли она, есть ли она в этой комнате, слушая стук сердца Дэни, чуть чаще чем обычно. Она улыбается, этот мальчик и есть её убийца, так она думает, потому, что её смерть - ему подарок. Она видит как руки мальчика тянутся куда-то, доставая продолговатый предмет и ей хочется вскрикнуть. но она молчит. Может это такой способ поставить точку?

Она не знает, лишь наблюдает, как рука отводиться в сторону для удара и входит в тело. Она вздрагивает, хотя, конечно, ей вздрагивать нечем, другое дело мальчику, который от удовольствия выгибается. Он сделал это когда Билли был готов кончить, она видит это характерное напряжение, какой-то неуловимый момент, который они с Дэни слишком хорошо ощущают. Она никогда не видела как он получает высшее удовольствие, потому, что они никогда не спали. Он говорил, что до свадьбы не хочет... грязный выродок. Она тянется к его шее, ей хочется задушить парня. но он задыхается не от её склизких, холодны пальцев, а от удовольствия, чувствуя, как орудие преступления входит ровно в то место, куда он планировал. Нет ничего более возвышенного, чем этот момент, когда ты подталкиваешь человека к граничной черте. Неудивительно, что Даниэль кончил, когда почувствовал как всё тело Билла пронзила боль.

Осталось только скинуть его с себя... но что это, Вивьен видит?! Дэни плачет и ей не понятно это. Кажется он и правда сожалеет о сделанном, он просит прощения, у него дрожат руки, когда ускользает из под любовника, потому, что... потому что, что? Она не понимает, а проникнуть к нему в голову ей не дано

- Прости... я... каждое преступление... должно быть...быть наказано... я... прости, я не знаю...  - но движения его уже уверены, хоть в глазах испуг, он выходит из комнаты и возвращается с телефоном, - тебе лучше поторопиться,

Голос звучит мягко, больше не дрожит, во взгляде скользит что-то отстранённое, он не хотел помогать, но он не может .... нее может от чего-то уйти просто так. Хотя наверное Билли ему этого не простит и посадит его. Жаль, но каждое преступление должно иметь наказание, а каждый брошенный мальчик... Нет, ему не хочется об этом думать. Он снова не здесь, он похож на безумца куда больше, чем когда лежал в ванной, нежели тогда,когда схватился за лезвие бритвы. Он смотрит как Билл берёт телефон, как пытается набрать номер, он готов помочь, если у него не получится. Наверное он любил Гиша, но наверное по другому он не может... а может причина в чём-то другом?

+1

12

Гиш не торопится. Двигается размеренно, плавно, методично вколачивая тело своего любовника в кровать. Он слишком долго этого ждал, чтобы растянуть это удовольствие на всю ночь. Хотя за окном рассвет, но это мало что меняется. Билл отпускает руку Дэни, предпочитает провести ею по часто вздымающейся груди, чуть сжать горло пальцами перед очередным поцелуем. Он глотает его вдохни, глотает его выдохи, ловит губами чужие стоны.
Он жадно впитывает в себя все эти ощущения, чувствуя, какой дрожью вони отзываются в нем самом, скручиваясь огненной змеей где-то внизу живота.
А потом происходит то, чего он меньше всего ожидает. Но это…в некотором роде, подводит черту и замыкает все его сомнения, и это красные всполохи, и дурные предчувствия.
Конечно, он не замечает, как Дэни тянется за спицей. Конечно, ему и в голову не пришло проверить, что там под подушкой. Хотя это, конечно, смешно- он ведь сам дал ему ключи. Наверное, будь Гиш простым наблюдателем, он бы, наверное, восхитился. Что может быть…прекраснее? Умереть от рук своего любовника. В этом определенно есть что-то поэтичное. Но поэтика не идет ему в голову, когда шею прознает острая спица.
Гиш вздрагивает всем телом и кончает. Не от спицы, разумеется. Просто все к этому шло и остановить это он не в силах. Боль вместе с удовольствием пронзает его не чуть не хуже этого холодного орудия.
Первое, что тебе хочется сделать, когда в тебя что-то втыкают- это, разумеется, вытащить предмет, который тебе мешает. Гиш в изумлении протягивает руку к горлу, но останавливает.
Красные всполохи, собственная интуиция, остатки того, что принято называть мозгами (и чем сам Билли Гиш, судя по всему, пользуется крайне редко) говорят ему- не смей. Ни в коем случае. Он застывает, все еще переполненный дикого изумления и Дэни ускользает от него. Все, на что хватает сил самого Гиша- это немного изменить свое положение, прислонившись к спинке кровати полу боком. Ощупав горло, он понимает, что чертова спица (а то, что это спица он понимает не сразу, обзывает это орудие «чертовски длинной иголкой») прошла насквозь и от этого осознания его прошибает озноб.
Паника притаилась где-то за углом. И он не знает точно, какая из мыслей толкнет его в пучину истерии и потери контроля.
Мой любовник всадил спицу мне в шею. Нет?
Спица прошла насквозь и торчит из моего горла. Нет, еще недостаточно?
Вполне возможно, что она повредила голосовые связки или что-нибудь еще. Ну как, Билли, ты уже чувствуешь себя хорошо и беззаботно?
Гиш понимает, что ему нужно собраться. И как только он это понимает, мигрень одним мощным ударом врывается в его голову через виски так, как проливной дождь врывается в распахнутые настежь окна. Он в мучительной агонии сжимает челюсти и рычит что-то неразборчивое, как рычат звери или дикие животные, которых загнали в угол. Как все не вовремя, черт побери. И как нелепо.
Перед глазами темнеет на долю секунды, но он понимает, что мигрень- это хорошо. Мигрень позволит ему собраться. Его собственный дар беснуется и хлещет через край, как нечто совершенно самостоятельное и отдельное. С одной простой целью- спасти. Гиш, наверное, удивился бы такому повороту событий…но он немного устал удивляться.
Кажется, Дэни что-то говорит. Может быть даже что-то толковое и правильное. Билл не знает- гул в ушах стоит такой, что он был бы рад разбить себе голову о ближайший угол. Может быть, если он разберется со спицей и не умрет в процессе, он займется этим на досуге.
Перед глазами все плывет. Шее немного щекотно, но это скорее всего кровь…впрочем, Билли не знает наверняка- он старается не дергать головой. И это до странного бесит. Когда Дэни протягивает ему телефон, первое, что хочет сделать Гиш- выдернуть спицу. И к черту. Пусть льется рекой, пусть захлебывается…он представляет себе, как сожмет свои пальцы на чужой шее и будет душить мальчишку до тех пор, пока у него хватит сил. Пока его жизнь не выльется вместе с кровью.
Это тоже будет поэтично.
Но Гиш не думает об этом. Он просто думает о том, как славно было бы убить мальчишку. Разве он не этого хотел? Остановиться мгновение, продлить этот момент…вот и продлит. Ненадолго, правда. Он криво улыбается в ответ.
Надо доиграть. В самом деле, он же Билли Гиш. Он уже в каком-то смысле мертв. Страшно не то, что Дэни вогнал в его горло спицу. Страшно то, что он убил что-то внутри…что-то, что кажется Биллу действительно важным и дорогим. И вот именно от этого его хочется то ли рыдать в голос, то ли сделать так, чтобы окружающие рыдали.
Гиш закрывает глаза и видит, сквозь веки видит, как красные капли пропитывают простыни. Кажется, такое уже где-то да было. Он садится ровнее, но уже не облокачивается- думает о спице. Когда такой длинный предмет становится твоим другом, ты внезапно становишься очень осторожным и внимательным. Билл пытается сделать вид, что все нормально. Парадоксально нормально и занятно. Телефон не поддается с первого раза, потому что на нервах пальцы его не слушаются. Это занимает три его глубоких вдоха- он снимает блокировку, нажимает быстрый набор и звонит Эрвину. Лучшая идея за весь сегодняшний день- Эрвин наверняка будет в восторге от всей ситуации.
Гиш сбрасывает вызов. Он все еще боится, что, напрягая горло, спровоцирует что-нибудь эдакое. Билл не так часто получается такие вот презенты от своих любовников, так что…имеет весьма смутное представление о том, что делать. Он набирает сообщение.
Эрвин. Мне нужна помощь. Срочно.
Какая-то часть Гиша категорически недовольна набранным сообщением. Невежливо, нетактично…ни тебе «здравствуйте», ни тебе «будьте любезны». От подобных мыслей его пробирает на хохот, но наружу вырывается какой-то невнятный низкий звук, похожий на бульканье трясины. Билл вытягивает голову, как какая-то птица, потому что смех отдает в шею и становится очень больно. А потом- снова смешно, от того, что так больно. Наверное, так выглядит его истерика. Весьма сомнительное удовольствие.
Он снова выхватывает мутным, больным взглядом Дэни и хрипит:
-Уходи.
А дальше- только хриплый смех и боль. Они сочетаются между собой, хотя, кто бы мог подумать? Ему приходится закрыть глаза, хотя сейчас это кажется ему непростительной слабостью- вдруг Дэни решит для симметрии наградить его второй спицей? Или втолкнуть первую поглубже? Но когда Биллу удается открыть глаза и сфокусироваться на комнате, Дэни там уже нет.
А потом приходит Эрвин. К этому моменту Билли думает только о том, как сильно он хочет умереть от дикой, убивающей его мигрени.
Перед глазами все горит, и в каком-то полуобморочном бреду ему кажется, что он видит горящую пристройку со своими родными. И где-то там, рядом, стоит Вивьен. Мокрая, с головы до ног.

Проходит три месяца.
Билли Гиш жив и здоров. После всего этого потрясающего и восхитительного канкана, он много что успел сделать. Бурная деятельность отлично помогает справиться с депрессией и алкоголизмом, длинною в месяц. Билл безмерно благодарен Эрвину, хотя уверен- он добавил своему другу немало седых волос за это время.
Гиш продал квартиру. Купил новую. Ключи, разумеется, никому не дает. В своей квартире он убирается теперь сам. Его это успокаивает. На месте шрама он набил татуировку. Не для какого-то сакрального значения- просто был мертвецки пьян и в каком-то озверении вломился в салон. Теперь вместо шрама у него на шее красуется роза. Биллу она нравится.
А еще ему нравится то, что чувство юмора не покинуло его. Когда Эрвин все-таки спросил его «что случилось?», Гиш с самыми честными глазами уверял его, что просто хотел связать другу шарфик. Не получилось.
Но это все отступает на задний план, когда Билл остается один на один с самим собой. Внутри него- зима и вечные колючие морозы. Иногда ему хочется уехать обратно в Россию и напрочь потеряться где-нибудь в снегах, но он понимает, что все это- глупости. Он просто немного расстроен. Его выматывают бессонницы, иногда- кошмары. Кошмаров раньше не было и теперь, когда они появились, Билл чувствует себя еще злее, чем когда-либо.
В один из таких приступов бессонницы, Гиш выходит прогуляться. Ночью. Почему бы и нет? Он бесцельно бродит по городу и когда приходит на тот самый мост- останавливается как вкопанный. Кто бы мог подумать, что старая присказка «убийца всегда возвращается на место преступления» сработает так хорошо именно сейчас. Он коротко смеется и, облокотившись о перила, закуривает сигарету. Как и тогда, когда столкнул…как ее звали? А, впрочем, не важно.

+1

13

http://sg.uploads.ru/t/sfzOu.gif

Love me or leave me and let me be lonely
You wont believe me but I love you only
Id rather be lonley than happy with somebody else

Дэни забыл. Вот вам кажется это невероятным, но это очень просто.  Ты попытался убить человека и ни разу не проверял мёртв ли он или нет, не разу не нащупывал его образ в толпе, осторожно отдёргивая взгляд, кажется абсурдным, но это так, его такие вещи не тревожат, не склоняются вечерами над кроватью, словно стая голодных воронов, чтоб выклевать тебе глаза.

Ты верно думаешь, что судьба привела бы тебя к знакомому дому, к привычным стенам, напомнила о твоём предательстве если не душа, не память, то твоё грешное тело. Но ты ни одной клеточкой не придаёшь этому место значение. Нет, ты никогда не приходил под окна квартиры, разрушая очень удобный стереотип о преступниках, что они всегда возвращаются на место преступления, не заглядывал с детской восторженностью или страхом, в пустые окна. Ты даже не знаешь, что некто Билл Гиш давно её покинул. Твою голову он покинул куда раньше.

Но, увы, не твоё сердце, разве нет? Дэни не знает откуда появилась эта грызущая усталость, навязчивая потерянность. Ночи и дни  остаются на окнах грязными потёками. Что-то внутри него всё время пытается пробежать по старым, нейройнным путям, но каждый раз ошибаясь дверью, заходя не туда и вызывая только слёзы у мальчика. Он чувствует себя глупой, выброшенной куклой. Он знает, что его обманули, отобрали нечто ценное, отобрали самым опасным образом. Ему страшно, ему больно дышать...

Он стал бродить ночами, он перестал есть и спать. Сон вообще стал пыткой, вечным бегом по лабиринтам его мыслей без надежды на спасение. Ему кажется, что он вот-вот вспомнит нужное лицо, но он словно окружён неустанной толпой. Единственное место куда он всё время приходит - мост. Тела Вивьен не нашли, а он о ней не вспомнил. Её вещи он вдруг обнаружил в пятницу. Какую-то пятницу и просто выкинул, дрожа от испуга. Он не помнил почему ему так холодно, не понимал от чего он думает о сломанных розах, но слышал чужой крик и потому он их выкинул.

Кажется что между строк его привычных диалогов с людьми спрятан красной лентой этот крик, но он слишком слаб, чтоб отгадать его секрет и потому все его дороги ведут к мосту и он чего-то ждёт. Вода течёт, как кровь по многочисленным артериям и венам тела Дэни, мир струится сквозь пальцы, он чего-то ждёт. Наверное он напоминает брошенного любовника, иногда он начинает плакать, порой ему до крика одиноко, но чёрт возьми, в нашем мире кричать... кричать просто не положено.

Когда вы в последний раз кричали? До хрипоты, до хруста рёбер, с наслаждением, со страстью? От боли или радости, безудержно? Не можете вспомнить? Вы словно всегда прикручиваете громкость. Соседи вездесущи, а на улице так много свидетелей, а в лесу? Даже в лесу... а вдруг случайный прохожий, дикий зверь? Вот и кричим мы глубоко внутри или под одеялом, за запертыми дверьми, за плотно сомкнутыми губами. Иногда он делает вид что куда-то опаздывает и бегает целый час, хотя не знает куда он торопиться, ведь у него ничего нет. Квартира такая голая, пустая... и чёртов проигрыватель, с джазом... он никак его не вынесет, вроде как он важен.

И вот сидишь ты на мосту и думаешь, что вот-вот позовёт кто-то, а зовут только из глубокой пустоты реки. И каждый раз ты чуть ближе к ней... словно в ней живёт русалка и ей холодно там на дне, одиноко. Дэни провёл рукой по гладким, металлическим перилам. Кажется здесь кто-то не закричал, вот что он думает, но не помнит почему. И чьё-то лицо, мягкий голос, почему-то всегда болит рука, иногда он ищет в доме фотографию,хотя не помнит где её потерял или даже что на ней было изображено. Иногда он застывает, часами смотрит в одну точку. Болезнь начала прогрессировать. а может просто закончилась ремиссия? А была ли она?

Он не знает, ведь если квартира это больничная палата, то его посещают не те мысли, совсем не те, а какие-то другие. Он честно просил их выехать, но они сказали, что только недавно въехали и вообще, это ему пора бы съехать, а то уж больно он задержался и ключи какие-то с собой приволок, словно от чужого сердца, а где это сердце найти? Дэни не знает и потому носит с собой на всякий случай ,а сегодня решил бросить их с моста. Может... может там они что-то откроют без него, к примеру Америку, как Колумб. Уж куда лучше, чем не то сердце...

Сердечные вскрытия самая опасная вещь в мире, вот голову вскрывать куда безопасней. Пусть проветриться, а то чаще у нас люди не с душой, а с душком. Мерзеньким таким, таких проветрить как следует нужно или проверить, а может и то, и другое единовременно. Дэни достал ключи и вертит их в руках. Они могут быть от чего угодно, но от душевных ран точно не помогают и потому путь их лучше примет река, чем его сердце. Он с силой размахивается и бросает их в реку, они падают и он снова слышит крик девушки. Ключи падают со звуком её смерти.

- Вивьен, - выдыхает он с воздухом и река вдыхает его слова, ловит жадными губами, как он чужие губы когда-то. Это сводит с ума, а он и так на нём не крепко стоял. Он тонет в это, но пока лишь фигурально, иногда он подумывает что асфиксия это имя заманчивой девушки и он не прочь от неё умереть. Умереть из-за внезапной Асфиксии, как Анастасии, только куда более изысканной, ведь там есть Ф, а она ему всегда казалась такой же изысканной, как Франция, или Фланель...  А на проверку всё лишь Фанера.

Он слышит звук шагов и оборачивается, взгляд фокусируется на этом человеке ,словно прицел на цели. Тело сводит судорога, тогда как его связи сводят концы с концами и он снова вспоминает его имя.

- Бил? Кто такой Бил? - шепчет он себе, но всё ещё не до конца вспоминает, ошибается дверью и думает о фильме " Убить Билла", почему-то ему это кажется крайне точным и ироничным, хотя постойте ка, мужчина живей всех живых и не скажешь, что на него покушались. Улыбка всё так же свежа, как и роза на его шее... раньше её здесь не было, розы с поломанной шеей, розы в ванне, розы с Вивьен... духи, улыбка, бездонные глаза, секс, что еже он упустил?

Ах да, ключи, как неловко и прямо в реку. Резко обернулся и посмотрел на воду. но их там не оказалось, ведь ключи это вески аргумент и они на дне, как и... Вивьен, ну конечно, она же умерла, жаль на похороны не сходил, хотя как же он пойдёт, если похорон не было или были? Интересно, а Билл ходил на них? Нет, ну что за глупость, словно похороны это концерт. И не спросишь же человека так о похоронах. Вот же ж глупость...

Что-то нервишки шалят, вот и глупости, вот и сердце бьётся часто и влюблённость мерещиться. Любовь, это как призрак, он сжимает холодные перила, пытаясь задушить металл, но не его любимый способ убийства. Хотя... всё так же в шею. Почему он так на него смотрел. Дурак, дурак! Как можно было таким наивным? В мыслях всё разлетается, как череп после удара трубой. Метал... почему же всё так бессвязно? Вязание... спицы, но что-то постоянно ускользает в эту тёмную, речную воду. Он ведь ещё далеко, им не разминутся, как поездам на одних рельсах. Сменить бы направление, побежать бы, но руки примёрзли к этой чёртовой металлоконструкции.. А что в сухом остатке? Только влажные пятна крови, слёз и ощущение что он убил что-то вне себя.

Размешать бы его палочкой в мерном стакане, да ему и так всё время что-то мешает. Шум в голове? Шум крови, да он же пытался его убить. Вспышка, в черепе всё сокращается. Он не мог оставить его в живых. Это нарушает его принципы, разве нет?  Неужели он сделал такую же глупость как и его возлюбленный? Нет, тот просто не проверил пульс, а может его и не было. Дэни не уверен, что из такого  куска мяса, каким он был, мог доноситься пульс, а тут было что-то другое. Нет, это ведь бред, он не мог пытаться убить этого парня, мужчину, это наверняка кто-то просто похожий на того, кого он любил. Такая себе... шутка его мозга.

Мозг у Дэни тот ещё шутник, не правда ли? Он вдруг понимает что на мосту как-то чертовски невыносимо, ещё одно движение, один вздох и лучше раствориться в чёртовой воде, в конце концов вот она русалка, что его звала. Это его мёртвая бывшая. Очень отлично, как говориться. Безграмотно и пошло, банально, вульгарно. Переводи стрелки, но не переводи свои собственные крики в реальность. Ему кажется, что его бьёт током этот чёртов мост, что руки поджариваются и кожа пригорает к поверхности моста. Он слишком прямо стоит, если бы не мост он бы уже прямо упал.

А что внешне? Внешне он просто застыл, мраморным мальчиком, готовым спрыгнуть с моста и эта готовность так же очевидна, как и заряженного револьвера возле виска. Стрелять чуть под углом, чуть в череп, чуть насмерть. Хочется кричать, но он даже дышать не может и клетка начинает дёргаться как-то хаотично, быстро, резко, часто. Почему ему не плевать? Зачем он оставил его в живых? Это ведь нарушает его кодекс... это ведь убивает его? Почему он отступил от правил? О, теперь он знает зачем эти правила существовали... Увидеть и сойти с ума, чёртов мост. Будет глупо бежать, будет глупо стоять, а внизу.. внизу хотя бы Вивьен. Так и хочется крикнуть ей " Ей, крошка, потанцуем" . Она любила танцы, курить и Гиша, он знал это. он читал её дневники, глаза, жесты. Он не дурак, он видел как она на него смотрела и ревновал. Это сводило его с ума, да-да, он хотел чтоб она умерла... пожалуй, да.

Разделю и вину и постель, что ж, незаконно, но закономерно, правда Дэни - он не сдержал смешок, нервный. Умирать никогда не хочется, даже если давно пора. Это как с поездами. Твой пришёл, а ты всё не решаешься зайти, мнёшься на перроне, держишься за поручни, не решаясь войти в вагон. Там места все заняты, там люди, которые " мне не до вас" и все они обречены на тебя. Да-да, все это пытка для друг друга. Все куда-то едут, но это их лишь раздражает, все едят, думают, а от мыслей и чавканья у Дэни сводит мысли с ума... и от звука текущей воды и своих лёгких. которые уже задыхаются даже в воздухе, а что будет когда в них да холодная вода? Тишина, покой, искупление? Он обернулся к Гишу, ловя его взгляд, на прощание, как говорится, ему кажется, что сам Гиш сталкивает его с моста, как сделал это с маленькой миледи. по имени Вивьен, любящей его до чёртиков...

+1

14

Разумеется, после спицы, мигрени, беспробудного алкоголизма (нервишки пошаливали, видимо), нескольких актов беспричинного вандализма и буйной агрессии, Билли пришлось сесть и начать думать.
Думал он, в сопровождении все той же мигрени, уже менее беспробудного алкоголизма (хотя пару раз срывался, что уж там), все тех же актов вандализма, потому что злости в нем было хоть отбавляй и ломать предметы- это всегда лучше, чем ломать себе голову еще и над проблемой «куда же спрятать очередной труп»? К тому же за ним присматривал Эрвин…
Но в конечном счете…ему пришлось прекратить эти бессмысленные и жалкие попытки пожалеть самого себя. Отчасти помогла работа.
Билл очень четко помнил момент, когда ему пришлось просто сесть и прокрутить тот вечер в своей голове еще раз. Это было непросто и получилось далеко не с первого раза, но Гиш сделал это. И картина вышла…неутешительной.
Дело было не в спице. Признаться, когда страх смерти отошел от него на пару шагов, Билли хохмил и шутил на эту тему больше всех, чем вызывал недоумевающие взгляды у окружающих. У Эрвина по большей части. Возможно, кто-то принял это за некий защитный механизм, но Биллу и вправду было смешно.
Как глупо. С его-то паранойей. Совсем одичал, видимо, без любви и ласки.
Но эту тему Билл тоже хохмил. Не с таким рвением- спица его веселила больше. Он даже сохранил ее, как сувенир. Все-таки, не каждый осмелится на такое. И не каждый выберет такое сомнительное орудие убийства.
Но дело было все равно не в спице. Дело было в Гише. Как бы он не ругал себя, но…он вынужден был признать- мальчишка ему нравился. Он к нему прикипел. Он хотел к нему прикипеть, и никакая чертова спица не остановила бы его. А так…она дала лишь какую-то мнимую отсрочку во времени. Ведь это время он мог потратить с куда большей пользой. Наверное, это можно было назвать азартом. Дэни сделал что-то такое, что никак не стыковалось с общей картина Билли Гиша, где он был главным злодеем и втыкал спицы в людей. А тут такой поворот.
«Неожиданный пуант», как говорят в кино. Поворот, когда ситуация меняется с ног на голову.
Второе за что он не мог простить Дэни- так это за то, что тот, скорее всего его забыл. Это уязвляло его гордость. Его самолюбие. Предстать перед Эрвином со спицей, будучи обнаженным воспринималось им не так враждебно, как возможных факт того, что чудной мальчишка просто выкинул его также, как выкидывает из своей головы все лишнее.
Билли Гиш был зол. Страшно зол. Жаждал если не объяснений, то…чего-то такого, чего сам расшифровать не мог. Но не мести, нет. Смысл мстить тому, кто не помнит о твоем существовании? Это, кстати, тоже было неприятно.
Билл не привык, чтобы о нем забывали. Зато очень хорошо умел забывать других.
И вот он-мост. Камень преткновения. Маленькая сучка, которая после своей смерти умудрилась превратиться в большую злую суку. Если бы Билл мог убить Вивьен еще раз- убил бы. Только медленнее.
До чего надоедливая особа.
А вот и Дэни. Гиш не выглядит удивленным. Щелчком отправляет сигарету в пропасть и слышит, как что-то булькает рядом. Точно не его сигарета. Закуривает новую. Ему нравится это молчание, ведь по факту он так много хочет сказать ему, но пока не может выбрать с чего начать.
А может ударить? Быстрее вспомнит?
Билл поворачивается к Дэни, который выглядит сейчас неестественно-прямым и напряженным. Бормочет себе что-то под нос. Гиш не знает, что он чувствует конкретно сейчас. В эту минуту. Внутри него все еще колкие морозы и снежные ветра. И он понятия не имеет, что с этим делать.
Он думает о том, что будет делать Дэни?
Убежит? Проигнорирует? Прыгнет вниз?
Точно. Самый очевидный вариант, как всегда- самый верный.
Билл со злостью отшвыривает только что прикуренную сигарету и в два быстрых шага сокращает между ними расстояние. Перехватывает Дэни поперек туловища и перекидывает на мостовую. Он не особо заботится о том, больно ему или нет. Но в воду он его не пустит. И сам не полезет- еще чего не хватало.
Хватит. Эрвин второго его «смертельного пассажа» точно не выдержит. Подушкой задушит. То ли из жалости, то ли из гуманных соображений. А болеющий Гиш, равно как и умирающий Гиш- удовольствие, как они успели выяснить, сомнительное.
-Неужели не рад меня видеть? - Билли скалится улыбкой, от которой дети начинают плакать. Ничего хорошего она, конечно, не предвещает. Он подходит ближе, смотрит внимательно. - Ну вот, а я думал мы выпьем чаю. Может быть кофе? Побеседуем, как старые добрые друзья, а? – он присаживается на колено и хватает пальцами чужой подбородок. - Или не как друзья? Может быть, как любовники? О, милый. Только не говори, что ты совсем-совсем меня забыл. Это подрывает мой авторитет и чувство собственного достоинства. А знаешь, что?- Гиш делает большие-большие глаза, как будто его осеняет какая-то внезапная идея.- Мы поболтаем. В другом месте, а то знаешь…этот чертов мост сидит у меня в печенках. Или, прости, как спица в шее, хаха. Моя любимая шутка, с недавних пор.- Билли без особого труда, быстро и стремительно, закидывает мальчишку на плечо. Тот кажется ему неожиданно легким, даже по сравнению с прошлым разом, когда он нес его из ванной на руках. -Мне кажется, ты плохо ешь. Безобразие, Дэниель. Просто безобразие. Ты не боишься, что придет злой Серый Волк и сдует тебя, как тростиночку? Нет? Очень зря.

+1

15

- В горле. Спица в горле, куда остроумней, - это было первое, что скала Даниэль, изучая забытое лицо, словно вновь открытый материк или куда более точную метафору - ящик Пандоры. Что там в этом Гише спряталось такое нехорошее? Наверное странно, но Дэни отряхивает себе одежду, смотрит спокойно. Наверное ему стоило бы испугаться, занервничать, закричать " Помогите", но на этом мосту не кричат. Тут так не принято, тут так не заведено. Единственный кто заведён здесь, так это его пршлый любовник. Прошлогодний, так звучит куда лучше, хотя ещё и года не прошло.... Не прошло по ним года, не прокатило.

Дэни всматривается в розочку на шее. Расцвела, как и шея мужчины, странно манящая, он хотел бы её лизнуть и проверить, не выступит ли розовое масло на коже. Наверное там была кровавая точка, он улыбается, как дурак какой-то, взгляд скачет когда его хватают. Точка скачет перед глазами, ну конечно, словно след от выстрела или укус однозубого вампира. Он нервно хихикает.

- Милый? Разве после всего ты не должен меня попытаться убить? Мне кажется это в твоём стиле. убивать тех, кто тебя любит, - намекает на Вивьен, на этом чёртовом мосту это вполне себе уместно, лестно и неизбежно. Как поезд. Вы пытались избежать поезда? У многих не вышло. Дэни думает, что рельсы тяжёлые, как и взгляд Билла, зелёные глаза наполнились испугом, острым, пряным, горячим, как кипяток прямо в открытый рот.

- Звуки... тростника, люблю их... - как-то не в тему тихо говорит мальчика на плече мужчины, его начинает бить дрожь. Он не чувствует земли под ногами, безвольно повис на чужом плече. Ему кажется, что он срубленный сноп соломы. Сухой, обездвиженный, обезвоженный, выкрашенный мелом. Губы бледные, он замёрз, он должен быть испуган, ему смешно, но он не может смеяться.

- Билл, не... не нужно пожалуйста - голова кружится, к ней приливает кровь и он теряет сознание, потому, что голова это его странное место, странное и слабое. Как бермудский треугольник, только  не с Бермуд и не треугольник . Нервы. испуг, резкая смена положения и вот он резко повисает на плече у мужчины. Травма головы опасная вещь.

+1

16

А может и правда? Сбросить с моста и домой?
Гиш на секунду замирает, но тут же отмахивается. Еще чего не хватало. Такая ценность и так избавляться. Примерно с таким же негодованием Гиш всегда воспринимал финальную сцену в «Титанике», когда старая карга выбрасывает красивый камень в воду.
-О, милый…ты еще и юморить умеешь. Боже, Дэни. Ты поражаешь меня с каждый разом, все больше и больше. Спица, это, конечно, было сильно. Серьезно. Особенно после оргазма, черт…кто же знал, что ты такой затейник? – Билл с нежностью оглаживают чужую поясницу. Злость смешивает в его голове с безудержным весельем и все с тем же азартом. Коктейль получается очень в духе Билла. Он доволен.
-Поправка, сладкий- Гиш растягивает глухую согласную «с», с особенным удовольствием. - Я убиваю тех, кого не люблю. Малютка Вивьен, ах…бедная несчастная русалочка. - Билл не продолжает эту тему. Он не хочет вспоминать об этой докучливой девчонке. Которая уже мертва, между прочим, но проблем от нее меньше не стало. Кто бы мог подумать, правда? День открытий, не иначе.
Билл спускается к дороге и едко хихикает, представляя, как он выглядит со стороны. Некий сомнительный мужик, тащит на своем плече некого молодого человека. И в правду, как какой-то пещерный человек. Гиш с опозданием думает, что мальчика следует обыскать. На всякий случай. Он теперь испытывает острое отвращение к любым длинным, острым предметам, так что…следует проверить.
Дэни на его плече что-то жалобно мурлычет, вызывая у Гиша совершенно извращенные приступы умиления. Очень некстати, память подкидывает ему такие трепетные и приятные его сердцу воспоминания о проведенной ночи. Он ведь до сих пор помнит, какая у мальчика нежная кожа, как она пахнет и какая она на вкус. Воспоминания, конечно, следовало бы обновить. А то в самом деле, сколько времени прошло?
Кажется, Дэни отключился. Или применил какой-то хитрый обманный прием. Впрочем, Гишу плевать. Раз уж эта судьбоносная встреча уже произошла- брыкайся, не брыкайся, а ношу свою Билли не упустит.
Поэтому он продолжает мурлыкать себе под нос что-то незатейливое, какую-то песенку, где повторяется строчка «Why me?» и в целом выглядит неприлично довольным, хоть и скалится, как голодная акула. Ему везет- на улице ни души.

«Why, why, why, why, why?
Why'd she have to run away from me?»

Под веселый мотив собственного исполнения, Билли добирается до магазина. Не того, где работала Вивьен и где у него состоялось столько памятных и интересных встреч. Магазин другой, совсем новый и еще не обустроенный толком. Он чуть поменьше и бегать там особо негде. Одной рукой Билли достает связку ключей, открывает дверь, отключается сигнализацию и включает малый свет. Время позднее и свидетели в виде любопытных соседей ему не нужны.

«I love her more today
Than I loved her yesterday
When I thought that she'd come back to me…»

Гиш не помнит песню целиком, но думает, что надо разучить. Серенаду спеть, не иначе. Выяснит, где Дэни живет и будет петь. Почему бы и нет? Может быть спица сделала его безумнее? Так это его, Дэниеля, вина. Ему и разбираться со всем этим безобразием.
Билл осматривается. Интерьер не завершен, разумеется. То тут, то там стоят какие-то коробки, стремянки…он бегло осматривает помещение на предмет гвоздей.
Острые длинные предметы. Никаких острых и длинных предметов.
Коробки, скотч, пара канцелярских ножей. Ножи перемещаются в его карман. В дальнем углу стоит черный кожаный диван ( Гиш сам его выбирал, от скуки придираясь к черному цвету, утверждая, что это не «тот оттенок черного, который ему нужен»). Билли укладывает Дэни на диван, который, кажется, и вправду от всех этих перемещений успел отключиться.
Гиш думает- а не связать ли мальчишку скотчем? Липкой ленты в магазине сейчас столько, что он может его в кокон замотать при желании. Идея кажется ему весьма неплохо, с той разницей, что руки Дэни ему нравятся. Поэтому он заматывает только ноги. Щедро обматывает их коричневой лентой, прямо поверх джинсовых брюк и обрезает полоску ленты ножом.
-О Дэни. Ты сейчас просто как принцесса. Принц из меня, конечно, так себе. Но, может быть каждый дракон с сказке- это просто отвергнутый поклонник принцессы? Сам посуди, какой резон всесильной ящерице тащить к себе в дом какую-то приблудную деву? А может, ты у нас из другой сказки?- Гиш присаживается на ближайший стул и с интересом рассматривает чужое, безмятежное лицо. Так, как будто видит его впервые.- Точно. Ты у нас спящая красавица, да? Ты уж извини, но обстоятельства складываются так, что я просто не могу не воспользоваться ситуацией. Надеюсь, у тебя там в кармане крючок для вязания не припрятан?
Билл вдруг вспоминает, что хотел его обыскать. Но обыскивать кого-то, кто без сознания…не очень-то вежливо. Гиш улыбается и цепко ухватив запястья Дэни одной рукой (на тот случай, если мальчик быстро очнется и начнет дергаться), целует такие знакомые губы.

+1

17

Если бы Дэни не попал в жаркие объятия Морфея, сладострастного, томного и авторитарного, то. конечно бы, заметил с долей свойственного временам его юности, ехидства "Скорее уж прокол, скорее уж прокол,

Но, конечно. он ничего не заявил наглому Биллу. Ни в полицию, ни Гишу, а продолжил эту неловкую, повисшую тишину, вместе с ним. Потому, что и говорить то уже не мог, лишь мерно раскачиваться на чужом плече, пародирую не безызвестный метроном. Тик-так, словно мысли это выстрелы в его череп. Он мерно рассказывался, , словно пьяный моряк , которого уносит в открытую глазницу моря, маленькой лодочкой, снявшейся с якоря и тронувшейся, то ли умом, то ли в принципе.

В квартире, уже новой, было душно и влажно. Дэни уловил привкус водорослей, словно они на берегу Токийского залива, на котором он никогда не был. Словно он русалка из сказки и не может пошевелить ногами, словно его целует прекрасный принц, а во рту вкус рыб и агрессии. Этого не должно было случиться,теперь они антагонисты. Теперь Билли ожившее прошлое, выстрел в черепную коробку.

- Крючок? Я подумаю над этим позже, будешь моей рыбкой, хотя я не очень уж хочу быть рыбаком и  ловить таких клыкастых мужчин-пираний, - он сейчас первичный Дэни, потому, что романтичный, отчуждённый смеётся где-то внутри. Смеётся, потому, что теперь он действительно русалка, действительно без ног и первое что он делает это отвешивает мужчине пощёчину, пожалуй звон её так восхитителен, что он прикрывает свои зелёные глаза.

- Поклонник? Ты просто хорошо забытое прошлое, воскреснувший мертвец, ничем не лучше бедняжки Виьен или мёртвой шлюхи, если бы у меня был шанс я бы снова попытался тебя убить,  -с" попытался" своеобразное признание в любви, всё равно бы оставил в живых. Это Дэни и против какой-то своей части он пойти не может. Да, ему нравится Билл, его умение убивать, его опасная готовность это сделать.

Вы спросите, почему же он тогда злит этого человека? Жизнь даётся лишь раз, разве разумно стремиться её потерять? Ну, а я отвечу, что у Дэни своя логика и в его мире быть убитым человеком которого ты любишь - неизбежно, так что не имеет значения будешь ли ты пытаться избежать этого, а может ты притворишься что у тебя есть шанс этого избежать. Всё равно ты умрёшь - физически или в душе, но где-то там останется труп тебя, с выколотыми глазами, разорванной шеей. Он не верит в счастье, в этой религии он атеист, любовь для него заболевание со смертельным исходом.

- Билл Гиш, моя маленькая, проигранная война, ты убиваешь меня своим присутствием, разве я могу поступить иначе? Это из тех влюблённость, в которой выживает только один, чтоб вечно оплакивать другого, как правило тот, чья любовь сильней, но к себе, - глухо смеётся. Он болен, видно по изломам его линий, по жадной ухмылке, по тому как он расслаблен. Он не боится умереть, считает, что его любовь к себе давно переродилась в ненависть, как опухоли могут перерождаться в злокачественные и пожирать плоть создателя.

Он тянется к чужому лицу, чтоб нежно огладить место удара, руки дрожат. Нервное, у него много чего осталось с тех времён, много и это одна из тех вещей. У него дрожат руки, он страдает головными болями, порой, лишь на погоду. Когда в твоей голове хорошенько покопались - такое бывает. Но реже, чем могло бы быть. Дэни счастливчик, хотя в это трудно поверить.

Ты чертовски прав про обстоятельства, я и сам порой ну просто не могу не воспользоваться ими, но больше я не буду использовать продолговатые острые предметы, я придумаю что-то другое, если придумаю, от того, что я долго смотрю на тебя у меня начинает болеть голова, всё сильней, наверное у тебя
она тоже болит. Было бы весьма иронично.

+1

18

Биллу не так часто перепадали пощечины, на самом деле. Несмотря на свой пылкий нрав, постоянно меняющихся партнеров, он всегда умудрялся свести на «нет» любой конфликт. Либо подогреть его до той стадии, когда пощечины уже не работали.
Он чувствует, как огнем обжигает щеку, но это лишь подогревает его азарт. Право, после спицы его сложно будет удивить. Хотя, у него возникает весьма соблазнительная мысль переломать мальчишке его руки-веточки. С другой стороны…руки у него действительно прекрасные. Такие тонкие, с бледной кожей и реками вен, с такой трогательной складкой на запястье. Гиш пересаживает на диван, упираясь одной рукой в спинку дивана, а другой- прихватывает Дэни за красивое горло. Не сильно, разумеется. Просто чтобы мальчик поумерил свой пыл.
Билл все еще зол.
Но что самое плачевное- он все также хочет его.
Злость и желание- весьма пылкое, но не самое безопасное сочетание.
Слова про «хорошо забытое прошлое» вызывают у Гиша лишь новый приступ злости. Но он быстро гасит ее, посыпает песком, потому что понимает…это же Дэни. Разве он не понимал, что все будет сложно? Разве Билли не был к этому готов? Разве спица стала такой уж неожиданностью?
Не стало.
Просто один из множества вариантов, каждый из которых вел к одному-единственному исходу- кто-то из них должен умереть. Гиш, конечно, не был согласен с этим постулатом и не видел проблемы в том, чтобы остаться в живых. Так или иначе. Но Дэни видимо придерживался других правил. И, что самое печальное, ради него, Билли Гиша, менять их не собирался.
Гиш, как любопытная хищная птичка, склоняет голову то к одному плечу, то к другому, внимательно рассматривает, слушает. Пытается найти брешь. Пытается найти лазейку в лабиринтах чужих рассуждений. Потому что все это категорически его не устраивает.
Вся суть его мыслей сводится к тому, что ему нужен Дэниель. Целиком. Что он хотел бы узнать о нем побольше, какие-нибудь детали, мелочи, которые Гиш так ценит, в конце концов, сделать так, чтобы мальчишка больше не смел о нем забывать. Чтобы иметь возможность на какие-то банальные удовольствия, не обязательно секс. Просыпаться вместе, чай пить…это все очень просто. По крайней мере, Биллу раньше казалось, что требования к партнеру он предъявляет самые обыденные. А теперь понимает, что все это- очень сложно. Очень сложно, потому что он пытается поместить Дэни в картину мира, к которой он не приспособлен. Только если чай не будет с цианидом. Гиш избежал спицы и потери голоса, просто потому, что ему повезло.
Но будет ли ему везти так каждый раз?
Сколько раз он должен «почти что умереть» прежде чем решит, что с него хватит и ответит Дэни тем же?
Билли знает, что ему хватит одного раза.
Никаких спиц. Никаких телефонов. Он просто перережет ему горло своей опасной бритвой. И это станет очень хорошей финальной точкой для каждого из них.
Гиш мрачнеет на глазах. Нависает над своим любовником и в первую секунду, ему инстинктивно хочется отстраниться от руки, которая ласкает место удара.
Билли Гиш сейчас похож на смертельно обиженного зверя, который вот-вот укусит Дэни за пальцы. Или вообще раздумывает, не загрызть ли мальчишку, пока все это не зашло слишком далеко?
А если зашло?
Что вообще можно понимать под «слишком далеко»?
Ключи от квартиры- убийство глупой девчонки -секс- попытка убийства…что из этого лучше подойдет?
- Тебе не удастся убить меня, принцесса. Ты, конечно, очень изобретателен и безмерно горяч в постели, но у тебя не получится.- Билл говорит серьезно, хотя при словах «безмерно горяч» в его глазах вспыхивают нехорошие искры агрессивного интереса по отношению к Дэни.- Потрать хоть всю жизнь на свои бесплотные попытки. А знаешь почему? Потому что мне везет. Чертовски везет, мой мальчик. Везло всю жизнь, и будет везти еще долго-долго. Но твоя уверенность…твоя непробиваемая убежденность в печальном финале нашего общения- злит меня, Дэни. Очень злит. – предвосхищая новую пощечину. Он перехватывает чужие запястья плотнее и заводит мальчишке за голову. Почти рычит ему в лицо, не сдерживая ни гнева, ни эмоций. – Что мне сделать? Может быть, сломать тебя? Руки, ноги…выбирай. Ты открыл счет своей попыткой убийства- может быть мне его закрыть, а? Или ответить тем же? Я мог бы порезать тебя сейчас канцелярским ножом, вызвать скорую, а потом? Встретимся еще через три месяца и повторим? И будем повторять , пока не наскучит? А пока ты будешь зализывать раны- у меня будет прекрасная возможность убить каждого, кто подойдет к тебе на расстояние вытянутой руки. Как тебе? Буду забирать их жизни до тех пор, пока трупы не заполнят всю ту речку под мостом. Это будет твой личный памятник. Твой алтарь, Дэни. Ты будешь приходить туда, и знать- это все тебе. Все для тебя. – Билл шумно выдыхает и чувствует, что его колотит от злости. И это опасное состояние, в котором он не до конца понимает, что лучше- укусить мальчишку до крови или поцеловать.

+1

19

http://sd.uploads.ru/t/U4AXI.gif

You went away and left me long time ago
And I know you're knocking on my door.
I hear you knocking but you can't come in.
I hear you knocking
go back where you've been.

- Как наивно думать, что я надеюсь тебя убить, ты, верно, совершенно не понимаешь ничего в таких мальчиках как я, - слова галькой сыплются изо рта. Гладкие, обкатанные морем его души. Падают на паркет и теряются где-то в мрачных складках дивана, который раздумывает над тем, что люди наивны и глупы, а по большей части ещё и безнадёжны. Кожаный, не идеального цвета, он слишком часто видел хозяина в последнее время и решил, что юный спутник куда более странное явление чем мыслящий диван, наверное потому, что Дэни не скрывает, что он мыслящий человек. Да, таких он встречал редко...

- Я всё равно буду тебя забывать и не буду понимать, что стал алтарём, к которому ты приносишь своих убитых мышек. Считаешь, что это может меня впечатлить? Твоя кошачья преданность? Фанатичная, азартная одержимость? - взгляд это словно гвоздём по стеклу, да задыхающегося скрипа и черепных катастроф. Ты никогда не понимал, что такое любовь до кровяного закипания, до сворачивания губ, языков и глаз.

Взгляды Дэни ловят полицейские по подворотням, шевеления его губ похожи на сладострастный шелест листвы в одиноких парках, окутанных ночью, как прекрасные девушки вуалью. Вечность где-то рядом, в изгибах его улыбки, в манящих переломах его рук, в беглом пульсе его дыхание, ритмичное сокращение расстояния, дыхание останавливается с руками на шее.

- Ты же не дурак, Билли Гиш и мне вовсе не нужно тебя убивать, ни тебя, ни себя, уж тем более не себя, но жить с тобой как ты себе это представляешь я не могу. Я же предупреждал тебя, что не стоит со мной связываться и если ты такой чёртов везунчик, то тебе стоило ещё тогда послать меня, так что твоё везение кажется, изменило тебе.

Он замолчал, покусывая свою губу, прокусывая её почти до крови,боль всегда его успокаивала лучше белых, круглых, как солнце, таблеток. Солнце не проглотишь, а таблетку можно, ведь она не солнце - от неё губы не сгорят, глаза не вылезут из орбит. Он прикрывает глаза,

- Поцелуй ещё, я хотел бы свести тебя с ума, но кто-то уже сделал это до меня, знаешь как мне обидно? - смеётся, тянется к мужчине, он безумен, ему кажется это забавным, хотя ничего весёлого в их ломаных психиках нет, кроме уж одного единственного  - они сочетаются. Да, не браком, не по вкусу, но по общему архитектурному ансамблю.

- У тебя новая квартира, разрешишь мне никогда сюда не возвращаться? - оттягивает чужую губу зубами, в поцелуе отчётливо чувствуется вкус пряной крови, специй и боли. Это такой вишнёвый соус, детка, к мясу, - я останусь с тобой если ты дашь мне в руки нож, отношения без доверия сущая ерунда,

Шепчет он на ухо, опускается поцелуем на шею, прокусывая мягкую коду, чтоб достать немного крови. Ему нравится быть то нежным, то жестоким, почему бы и нет?

+1

20

Не понимаю. И правда…
Билл думает о том, как это не справедливо. Все говорят, что все проблемы от женщин. Нет и еще раз нет. Все проблемы от молодых, симпатичных мальчиков. С восхитительной кожей, с мелодичным голосом, с зелеными глазами. Совершенно точно- все из-за них.
Задушить. Задушить этого ребенка. Прекратить эту болезненную, нездоровую связь. Оставить за собой право последнего слова, вернее- последнего убийства. Куда он тогда денется от Гиша? Никуда. Мороком его личным станет. Ночным кошмаром, воспоминанием. Получит свое долгожданное бессмертие. А что получит Гиш?
Билл на пробу смыкает пальцы чуть сильнее, но какого-то отклика в себе не находит. Задушит. Глазом не моргнет, вот только…скучать, наверное, будет. Да и не наверное…так и будет.
Тосковать начнет, а Биллу тосковать нельзя. Он тогда совсем-совсем пропадет. Замкнется, запрется на все замки, не будет есть, не будет спать…а кому он такой нужен? Билл нужен веселым, Билл нужен деятельным. И это не плохо, главное, что нужен.
Но сломанные вещи и сломанные люди…не нужны в сущности никому. Это у Билла просто такая нездоровая тяга ко всему сломанному и исковерканному.
-Я сам это сделал. Так что не расстраивайся слишком сильно. – Гиш прикасается губами к чужому виску. – Лучше спроси, разрешу ли я тебя уйти отсюда. Потому что…чтобы не возвращаться, нужно сначала уйти.
Дэни кусается, но Билли не против. Разве он может быть против? Он целует в ответ, накрывает чужие губы своими, кусает в ответ, почти также, как и в первую их встречу. Кровь смешивается, окрашивая слюну едва заметными красными разводами. Он отпускает чужие руки…просто потому, что это не имеет никакого смысла. Мальчишка ранит словами ничуть не хуже, чем спицей. Так какая разница? Вместо этого, он предпочитает провести горячими ладонями по чужим бедрам, талии, быстро расстегнув чужую, легкую куртку. Это нравится ему гораздо больше.
Нож. Нож. Нож.
Это слово проносится в голове Билла, как мелодия. На манер «Why, why, why, why, why?» из такой приятной его сердцу песенки, только с другом словом. Гиш не хочет умирать. Но проблема в том, что Билли Гиш- никогда не был нормальным и здоровым человеком. Он тихо хмыкает, вытаскивая из кармана припрятанный канцелярский нож. Смотри на него секунду…в самом деле, уйти от удара таким ножом будет сложнее. Думает о том, что не станет звонить Эрвину в этот раз. Это уже просто неприлично. А может быть, он и не успеет позвонить.
Билл думает о том, что опять будут мигрени. Кошмары. Шрамы.
С совершенно не читаемым выражением лица смотрит на Дэни и выпрямляется. Его поцелуи в шею кажутся Биллу сейчас…опасными. Как будто мальчишка выбирает, куда ударить. Билли Гиш никогда не был мазохистом. Но что поделать, если пассий он себе подбирает исключительно опасных. По крайней мере, это уже не будет так неожиданно, как спица. По крайней мере, у него есть второй нож.
Гиш молча протягивает канцелярское орудие Дэни и думает о том, как быстро он сможет в случае чего вытащить свой. Но по всем параметрам- это займет слишком много времени. Нужно же не просто вытащить, но еще и открыть его- доли секунды, но черт…
Билл готов к мигрени. Билл готов к боли из пореза. Как будто со стороны видит себя, сидящим на диване, и его красная горячая кровь из разрезанного горла, заливает черный кожаный диван. Может быть…так оно и должно быть? Разве не для этого все затевалось? Гиш не знает, каких Богов он разгневал ,и почему они прислали ему такое наказание. В виде человека с зелеными глазами. Он не чувствует ни грамма раскаяния или сожаления. Обманчиво-расслабленно прикрывает глаза, чувствуя, как удачно расположился в кармане брюк второй канцелярский нож.
Ну давай…
Разве не ты говорил, что убийцам нельзя доверять?
- Везение, мальчик мой…порой принимает самые неожиданные формы.   

+1

21

http://s8.uploads.ru/t/LomOF.gif

Because you only need the light when it's burning low
Only miss the sun when it starts to snow
Only know your lover when you've let her go
Only know you've been high when you're feeling low
Only hate the road when you're missin' home
Only know your lover when you've let her go

- Ты говоришь, - слова перекатываются в бархатном ротике юноши, словно тридцать сребреников, окроплённые святой кровью, - что я должен сначала уйти отсюда, верно? Любым способом... - улыбка тает на губах, пряча порезы, кровь стоит смахнуть рукавом, но никто этого не делает и она течёт неизменно, словно река в далёкой долине меж гор. Спрятанная от людского ока, как и тайны мыслей юноши.

Взгляд устремлён сквозь мужчину, куда-то во внутрь мироздания, сквозь предметы к звёздам, к далёкому свету чужих планет. Мысли делятся на хорошие и чужие, люди на своих и плохих, смерть на убийство или самоубийство. Он охватывает взглядом унылую квартиру, думая, что она так же не завершена, как и прекрасная картина художника, которую он не дописывает по самой уважительной из всех причин - смерти.

Ему хочется тянуть этот момент вечность, но вечность штука короткая. Как нейронная вспышка. Сквозь открытые зрачки время просачивается, он откидывает голову назад, Билли исполняет свою часть уговора. Нож у него в руках, но по всему видно, что он ожидает удара. В горло? Он прицеливается, конечно, было бы логично, но наверняка Билл уже готов и больше его не подпустит к себе.

- Страшно или такие как ты не испытывают страха? - он ставит между ними разницу, разрывает пропасть, из-за которой к нему не протянутся, почему же всё так театрально затянуто? Всё кажется бутафорским, вызывает отвращение, мы с тобой словно понарошку, плод чужой больной фантазии, зачем тебе такой как я? Думаешь я смогу быть нормальным? Типичным партнёром? Билли Гиш, то,что ты ищешь во мне не существует, за красивой внешностью не скрывается нечто прекрасное, то, с чем бы ты хотел просыпаться по утрам и я кажется намекал тебе об этом спицей в горле. Я стану в твоей жизни той самой спицей, поперёк шеи, проткнут тебя насквозь... разве ты слышишь слова своего разума? Разве удача подводит тебя?

Он берёт нож крепче и смотрит в глаза любовника, словно спрашивая " Ну что, готов поиграть в кан-кан со смертью? " Ему вспоминается сказки их первой ночи, сладость чужих губ. И правда, жаль, что он не может быть нормальным, что никогда не сможет просто любить или пока на это не способен. Кто бы смог его спасти, да тольк не он сам. Он там ещё, в том переулке, со сломанными руками, медленно ползёт к смерти,дышит к ней, стремиться, жадно целует кровью асфальт. Красные цветы расцветают в его мыслях.

- Я ведь знаю, что ты всё равно мне не веришь, что ж, тогда остаётся только твоё везение. Что ж проверим его, - он сталкивает мужчину с себя сильным рывком, а затем, пока тот не опомнился, ведь ждал он чего-то иного, явно иного, он ударяет ножом себя в живот. Тот с лёгкостью проходит в тело, боль вспыхивает внутри, он не выдерживает и прокусывает себе губу. Он задыхается от боли, потому, что она вдруг неожиданно острая и из последних соображение дёргает нож внутри себя, кровь разливает полноводной рекой Нила, он судорожно хватает ртом воздух, закатывая глаза. Да, уйти любой ценой, даже если бренная оболочка останется здесь.

+1

22

Рациональная часть Билли Гиша заходится в крике.
В само деле, ему уже не восемнадцать и даже не двадцать. Прекрасный возраст, когда тебе обманчиво кажется, что ты со смертью на «ты» и готов принять ее в любой момент. Потому что жизнь-дерьмо и все такое. Но сейчас ему- тридцать пять. И обыденные проблемы, вроде отсутствия наследника, внятного завещания (в своем завещании Билли Гиш кратко и лаконично посылает всех в жопу и просит себя кремировать, потому что «не хватало мне еще бесплатно кормить своим прекрасным телом червей. Идите к черту. Увидимся в аду».) беспокоит его рациональную часть, и он понимает- ему есть что терять.
Может быть, больше чем самому Дэниелю.
Билли все же открывает глаза. Все самые прекрасные мгновения своей жизни он предпочитает встречать с открытыми глазами. В самом деле, чего ему бояться? Он видел смерть, он сам был ею…и если уж и встречать свою старую знакомую, то точно с открытыми глазами, разве нет?
Гиш со смешком думает «ну давай…умри как мужчина».
Разве мужчины так умирают?
Билл не знает. Его отец сгорел в пристройке, как какое-то дикое животное. Говард умер от сердечного приступа, у себя в кровати. Может быть, настоящие мужчины умирают так?
А может быть они умирают в тандеме со своим любовником, сталкиваясь как две звезды? И тут уже не важно место- Гиш это знает. Не важно, где ты умираешь. Важно- как.
Дэни примеривается к удару. Гиш все еще помнит этот цепкий, колдовской взгляд зеленых глаз. Странное дело, но сейчас они кажутся ему еще прекраснее, чем когда-либо. Интересно, его глаза тоже так выглядят со стороны?
Билли думает, что это очень смешно- задавать самому себе столько вопросов, зная, почти наверняка, что ты сейчас умрешь. Все люди так делают? Или у них просто времени не хватает? Он прислушивается к своим ощущениям, но понимает- страха нет. Даже мигрень еще до него не дошла. Может и не успеет дойти.
- Нет. Мне не страшно. – он улыбается уголком губ. Думает о том, что было бы неплохо снова накинуть на себя маску «весельчака Билли», но не выходит. Может быть, самое главное- это умереть таким какой ты есть? Не притворяясь тем, кем ты так привык притворяться. Он внимательно слушает Дэни, потому что это, возможно, последний их диалог. Все, что он говорит в ответ, это сухое и мрачное- Я понимаю.
И это честно. Он не пытается додумывать, расшифровывать…спица в горле ясно дала ему понять, угрозы Дэни о том, что «ты еще пожалеешь» гораздо действеннее любых других угроз со стороны чужих людей. Он верит чужим словам просто потому, что у нет ни одной причины ставить их под сомнение. Все было и будет так, как сказал Дэни. И от этого немного грустно, ведь Гиш в глубине своей души- романтик.
Билл не отвечает. Его везение и без того пашет в полную силу, но пока не имеет информации, в какую конкретную сторону пахать. Его дар- единственное, что никогда не подводила Билли Гиша. Единственное, что спасло его, пока Эрвин добирался до его квартиры.
Ему кажется, что он готов если не ко всему- то к многому. И как всегда при общении с Дэни- он ошибается. Спиной он неловко падает на подлокотник дивана. За ножом дотянуться он не успевает- слава всем Богам, он закрыт, иначе распорол бы Гишу бедро.
Расширившимися глазами, он смотрит на то, как ловко Дэни вонзает канцелярский нож себе в живот. И единственное, о чем он думает в этот момент «хорошо, что не скальпель». Билли реагирует быстро. Может быть даже быстрее, чем тогда…со спицей. Номер врача- и Эрвина, и другого, чья имя в слух не принято называть, просто потому, что доктор этот странный и мутный, но зато умеет держать язык за зубами- уже давно на быстром наборе его телефона.
Гиш звонит, называет адрес. Очень быстро и четко.
Получает приблизительное время и весьма четкие указания- что делать.
Он укладывает Дэни на пол, потому что весь диван залит кровью и Гиш, нервно хихикая, понимает, что это- тот самый цвет, которого он так хотел. Он снимает пиджак, прижимает его к ране и ткань очень быстро пропитывается кровью. Сейчас его дар, получив команду и направление бьет через край почти также сильно, как и тогда, в его спальне. В принципе, Билл рад, что Дэни потерял сознание. Если бы мальчишка попробовал бы сейчас что-нибудь сказать, Гиш бы точно ему врезал.
Врач приезжает быстро. Пробок на дороге нет, машина завелась с первого раза…Билли слушает в пол уха, а потом, по мере своих сил, помогает таинственному доктору вершить свои темные дела.

Конечно, Дэни выживет.
Останется красивый шрам.
Гиш в какой-то момент думает, что постарел за этот вечер на пару лет.

Эпизод закрыт. Центры начислены.

0


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Настоящее: лето 2013 года » 25.08.2013. Миледи не прыгают вниз головой.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC