За закрытыми дверьми...

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Настоящее: лето 2013 года » 25.08.13 — Неуправляемая тяга к прекрасному


25.08.13 — Неуправляемая тяга к прекрасному

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Время и дата: 25.08.13, с утра и далее.

Место: Швейцария, город Базель, художественная выставка — и далее по сюжету.

Участники: Стил Бриз и Девлин Асано.

Краткое описание: у Стила небольшой отгул во имя семейных ценностей. Как и любой отгул, он имеет свои последствия. Непредсказуемо, экспромт.

0

2

После того, как начальство внезапно озверело без видимых причин и решило утопить Службу Надзора в бумажной работе, Стил немного озлобленно пометался, как укушенный, но довольно быстро расправился с навалившимся головняком, и тут же подал докладную на пару дней отгулов. Вообще-то, ему нужен был один. Поэтому просил три дня. подписали ожидаемо, на два дня. Как и положено начальству. По большому счёту, Стилу и не нужны были отгулы, по крайней мере, так он себя уговаривал, но тут вмешалась неукротимая родня. Дали о себе знать родители, которые ужасно хотели купить какую-то картину для своей галереи, но лететь на выставку самостоятельно посчитали глупым, если сравнительно недалеко, практически в шаговой доступности, живёт и работает родной сын.

Не то, чтобы Стил был непочтительным сыном или не любил своих родителей. Нет, он вполне любил и отца, и мать, но взвесив и прикинув, какой бедлам начнётся в их галерее, если оба рванут в Базель, решил согласиться. Кроме всего прочего, Стил только прикидывался прагматиком. У человека, выросшего в художественной галерее, просто нет шансов оставаться безучастным, поэтому он просто принял пригласительный и поехал.

В Швейцарии всё сравнительно недалеко, этим и хорош Старый Свет. Стил выехал затемно, возможно, именно поэтому был ещё не в курсе внезапно нихрена не триумфального возвращения Шиллера, а никто не удосужился ему сообщить, или это было преднамеренное утаивание информации. Тем не менее, в Базель Стил приехал ещё до открытия галереи, с удовольствием погулял, с не меньшим удовольствием позавтракал в маленьком французском кафе — кофе и пара круассанов. Чуть было не свалился в окончательный разврат, потому что испытал огромное искушение отключить мобильный, но вместо этого только зарядил его под завязку и пошёл в только-только открывшуюся галерею. Впитывать искусство и разыскивать картину, которую так вожделела матушка.

Отредактировано Стил Бриз (2016-08-15 14:36:16)

0

3

- Жаль, очень жаль, - голос, звучащий с досадой тихим эхом отражался от кафельных стен ванной комнаты. Стоя перед зеркалом, полуобнажённый мужчина размышлял о статистике смертности. О своей собственной статистике. Сегодняшним утром последний дорогой скоропостижно покинул его дом с первыми лучами солнца, что неимоверно огорчило радушного хозяина. Всегда жаль расставаться с тем, с кем провёл несколько приятных часов вместе, кого узнал поближе, буквально заглянул в чужую душу. И вот человека не стало, и Девлин чувствовал себя лишённым чего-то жизненно необходимого, мучаясь непреодолимым желанием как можно быстрее восполнить этот пробел. Такое отвратное ощущение, когда у тебя есть всё, но чего-то не хватает…вернее, кого-то, рядом.
А для начала следовало хорошенько отмыться. О чём свидетельствовало залитое кровью лицо, скалящееся из зазеркалья на хищный манер, будто в безупречной глади отражался не человек, а кровожадный зверь…нет, чудовище, только что расправившееся со своей добычей.
- Ну, какое же я чудовище? – ироничная усмешка, а глаза с каким-то восхищением следят за тем, как подушечки пальцев оставляют размазанные разводы от пунцовых брызг на грудной клетке и прессе.
- Омерзительное чудовище. Кровожадный убийца, - знакомый голос за спиной звучит с издёвкой.
Мужчина замирает, не решаясь обернуться: гость вернулся? Только в мертвецки бледном лице сложно узнать того, кто был рядом ещё вчера. Темнеющие синяки под глазами; с протянутых к хозяину дома рук лоскутами слезает кожа; при каждом шаге мышцы съезжают с костей, бесформенными пластами шлёпаясь на пол. То, что было недавно человеком, рассыпается в прах, вихрем разметавшийся по кафелю.
Учащённо дыша, мужчина плеснул в лицо холодной воды и резко обернулся – жуткой  иллюзии, как и не было. Собственное воображение разыграло с ним злую шутку.
Смех отражается от стен:
- Да иди ты к дьяволу, – а именно к его пламенной персоне чаще всего отправляли Девлина недовольные приёмом гости. Так почему бы им самим не отправиться в пекло? Пусть и не по собственному желанию.
Тщательно оттираться полчаса под душем – не самое приятное времяпрепровождения, как и вычищать остатки крови из-под ногтей, сетуя на свою крайнюю неаккуратность сегодня. Расслабился. Напрасно. Если ослабит бдительность, то в другой раз кому-нибудь удастся сбежать, почти, как сегодня от него не ускользнул гость. А это ведёт к лишним проблемам, лишним тратам сил, времени и денег. Даже при любви расставаться с ними без сожаления.
Хотя, в таком состоянии никто далеко не ушёл бы.
Для поездки Асано выбрал невзрачный раритет, давно пылившийся в гараже, надел тёмные очки, а спустя три часа припарковался возле кафе. Расположился за дальним столиком возле стены, откуда хорошо просматривалось всё помещение, и битый час провёл за ним над одной чашкой кофе, так и не заметив ничего захватывающего внимание. Он, было, собрался расплатиться по счёту, как застал невероятное явление. А ещё более приятной неожиданностью оказалось то, что невысокий обладатель роскошной шевелюры был мужчиной. Не то чтобы Девлину не нравились женщины – нравились, на одной из них он был когда-то женат, - но особи мужского пола привлекали куда больше. Мужчина, занявший столик неподалёку, был особенно привлекателен на вкус Асано.
Заказав ещё одну чашку кофе другого сорта, телепат провёл время за наблюдением, подавляя острое желание познакомиться здесь и сейчас, пока азиат не направился к выходу.
Проследить за объектом интереса было верным решением – так он мог немного узнать о нём.
Девлин озирался среди толпы, в какой-то момент упустив объект из вида, но в следующую секунду успел засечь тёмный затылок, промелькнувший в двери галереи.
Прекрасно.
- Редкая красота, - прозвучало за спиной брюнета, а после, обратившийся к нему оказался рядом, рассматривая ту же картину, что и он. Могло показаться, что речь о полотне (в общем-то, это не такая уж и не правда), в то же время он выразил восхищение и о стоящем рядом человеке. Только зачем тому об этом знать. Рано, рано.
- Не могу спокойно смотреть на то, как кто-то скучает в одиночестве в таком месте. К тому же, как вижу, смотреть тут больше не на что, – быстрый взгляд через плечо.
- Девлин. Ценитель...искусства,- с обаятельнейшей улыбкой «ценитель» развернулся, протягивая ладонь для рукопожатия. "Чертовски красив". На утончённые азиатские черты он мог бы долго любоваться, но ненавязчиво отвел взгляд. В скором времени ещё насмотрится.

Отредактировано Девлин Асано (2016-08-18 20:44:46)

+2

4

Есть что-то особенно волнительное в том, чтобы уехать в город, где тебя никто не знает, по нетипичному для себя делу. Стил наслаждался процессом. Художественная галерея оказалась маленькой, но гордой. Ему нравился стиль, способ подачи картин и скульптур. Остановившись перед картиной, о которой соловьём разливалась по телефону мать, Стил сосредоточился и погрузился в созерцание. Впрочем, во вкусе своих родителей он не сомневался, даже когда они выставляли сумасшедших абстракционистов.

— Редкая красота, — прозвучало рядом.

— Абсолютно с вами согласен, — негромко отозвался Стил, едва повернув голову в сторону незнакомого собеседника. В таких местах все были равны, тут можно было не связывать себя условностями. — Не знаком с автором, но эти колени просто что-то потрясающее. Физиология груба, порой она просто вопит об анатомии. Что можно сказать о коленях — суставы, хрящи, особая структура кожи. Но эти колени словно созданы для поцелуев.

Изображённая на картине девушка была едва намечена сплетением теней и полутонов, казалось, можно дунуть, и она улетит. Но при этом она была близкой, земной, отнюдь не феей. Воплощение свежести. Стил смотрел на картину со слабой зачарованной улыбкой.

— О, поверьте, я не скучаю. Вы... не совсем правы. Тут есть ещё кое-что, — Стил не без удовольствия ответил на предложение знакомства и пожал протянутую руку. — Коллега... Стил Бриз. Тоже ценитель. Не слишком вовлечённый, но всё-таки. Момент.

Он отошёл, чтобы подписать чек и указать адрес, по которому следует отправить эту картину, дождался, пока рядом появится скромная табличка «продано», благосклонно выслушал комментарии сотрудника галереи о том, что картина пробудет тут ещё пару дней до окончания выставки, чтобы люди могли на неё посмотреть. Стил выразил всяческое согласие и пригласил случайного знакомого пройти дальше.

— В качестве противоположности только что увиденной девы. Вы знаете, я не очень люблю пастельные оттенки. Они кажутся какими-то бесхребетными. Кроме того, редкие художники умеют обращаться с этими оттенками. А уж комбинировать технику, чтобы получить вот такое...

Стил остановился перед картиной, на которой опять была обнажённая натура. И только пристальный взгляд мог уловить отличия. Бриз снова подписал чек, написал сопроводительную записку с пояснениями и дал адрес, по которому отправить картину.

— Тут анатомия намекает. Видите?

Опять едва намеченный силуэт, похожая техника, но несколько более напряжённая. Тени глубже, на светлых частях острые блики, вызывающие напряжённое состояние. Красноватая подсветка этих бликов. Фигура была почти спрятана в чередовании теней и красных бликов. Кажется, то же самое, в полоборота к зрителю. Выставленное колено, линия бедра, рука, обхватывающая колено. Белая гибкая спина. Почти такая же волна волос, как на первой картине.

— Выдают стопы и кисти рук. Вот линия плеч не видна и из-за позы не выявить пропорции. Но это мужчина. И я бы сказал, не инфантильный андрогин, просто художник очень хитёр и выбрал позу так, чтобы можно было поиздеваться над зрителем.

Красивая, — прокомментировал женский голос из-за спины. — Только ноги крупные. Но это очень жизненно!

Стил сделал преувеличенно культурное выражение лица, дождался, пока посетительница отойдёт и тихо засмеялся.

+3

5

Такой простой общепринятый приветственный жест значил для Девлина чуть больше, чем предложение знакомства. Мимолётный тактильный контакт был в некоторой степени волнующим, в то же время подтверждающим согласие будущей жертвы на его присутствие рядом. Ничего не подозревающей жертвы, прикосновением к которой Девлин удовлетворил своё желание дотронуться, пусть момент длился недолго, а вид был равнодушным. Он вёл себя так, чтобы никто не заподозрил странность его интереса и отнюдь не к картинам.
Было нечто восхитительное наблюдать за ценителем, почти таким же, как ты сам. И не так важно, что сегодня Асано оказался в галерее совершенно случайно, под воздействием порыва, к искусству имеющего чисто номинальное отношение. Безусловно, выставленные здесь работы все без исключения заслуживали внимания, но мужчину интересовал только один единственный, «главный экспонат» вернисажа. К кому сейчас и было приковано его внимание. К каждому жесту, повороту головы, к движению кисти руки и пальцев, когда обладатель роскошной шевелюры подписывал документы на приобретение выбранной картины. Девлин изредка украдкой улыбался, с пониманием того, что его пристальное внимание остаётся незамеченным, ведь он не был навязчив и выражался сдержанно.
Между делом Асано обратил внимание на руку мужчины – кольца не было, а значит, тот предположительно не связан никакими обязательствами по части семьи. Для Девлина это являлось весьма удачным фактом. Исчезновение взрослого сына, друга, любовника и прочее-прочее заметят не так скоро, нежели отца семейства, который каждым вечером должен бы возвращаться домой уставшим, но счастливым. Конечно, отсутствие кольца не исключало гражданский брак с возможным наличием отпрысков, но какое-то чутьё подсказывало отсутствие всего перечисленного в жизни нового знакомого. В любом случае удостовериться в своих догадках Асано собирался в процессе общения с этим человеком.
А пока не спеша передвигался по галерее вслед за ним и рассматривал указанную картину, возле которой они оба сейчас практически синхронно остановились.
- И правда, мужчина, - после недолгого изучения полотна согласился телепат. – Автор оказался таким изящным обманщиком, - тёмные брови едва дрогнули, придавая лицу некоторое изумление от истинности отображённого на полотне. Если автор хотел обмануть зрителя, то сделал это весьма искусно. С картины взирало изящное создание на первый взгляд вовсе не похожее на мужчину, и только при детальном рассмотрении угадывались грубоватые черты, и волна волос уже не сбивала с толку придирчивые взгляды. Почти той же красотой обладал стоящий рядом с Девлином мужчина.
- Вам нравится? – лёгкий поворот головы; взгляд, ненадолго задержавшийся на лице собеседника, вернулся к изучению картины, по-прежнему изображая интерес к искусству.
"Так, может, заинтересует и нечто в похожем стиле?" - этой мыслью будто озарило. Ведь Асано так давно не вспоминал о продаже, а сейчас это пришлось весьма кстати. И почему не передать другому то, от чего он сам собирался избавиться? Пусть и весьма условно. Нужно только рискнуть предложить, а адресат сам решит, соглашаться или нет. Он, конечно же, рассчитывал на положительный ответ, а там видно будет.
- Возможно, у меня есть то, что могло бы стать достойным дополнением в вашей коллекции, - подчёркнуто выделил тоном голоса два слова, начинающихся на «д», выдержал краткую паузу, дожидаясь внимания собеседника к словам. И продолжил, добавив в речь немного извиняющейся тональности:
- О, нет, я вовсе не предлагаю вам сомнительную покупку. Вы можете просто взглянуть, и даже нет необходимости далеко ходить. Оно того стоит, - пока мужчина говорил, извлёк из кармана смартфон и почти невесомым прикосновением к сенсорному экрану пальцев перелистывал сохранённые на случай файлы, пока не прервался на искомых. Экран замер перед условным покупателем.
- Взгляните, - всего несколько медленных движений  пальца, чтобы продемонстрировать фотографии упомянутых картин. А речь шла именно о них. Немного мрачные; местами в экспрессивных мазках;  в пунцовых, не слишком тёмных, оттенках угадывались полуобнажённые фигуры…
- Безусловно, электронный формат не передаст всего колорита работ, но можно достаточно близко рассмотреть, - Асано продолжал так же медленно листать от первого к последнему файлу и обратно, иногда приближая некоторые кадры, чтобы сакцентировать чужое внимание на деталях.
- Порой они пугают, а иногда наоборот притягивают к себе, - сейчас он сам будто завороженный остановился на одном из изображений, на самом же деле отсранённо кое-что обдумывая. Всё складывалось удачнее, чем можно предположить. И вариантов было всего два – либо азиат захочет воочию лицезреть полотна, либо этого любителя обнажённой натуры придётся выслеживать и отлавливать где-нибудь в безлюдном месте. Асано устроил бы любой вариант. Первый был более затратный по силам и времени, но что не сделаешь ради удовлетворения собственной прихоти. Мужчина был не намерен останавливаться на полпути и отступать от намеченной цели. "Тем более, когда цель столь привлекательна".

Отредактировано Девлин Асано (2016-09-03 19:52:18)

0

6

Когда всё идёт по плану, спокойно и размеренно, в приятном окружении без поминутных ожиданий подвоха, нервы расслабляются. У Стила возникло абсолютное ощущение отпуска. Вокруг через край плещется прекрасное, собеседник оказался вполне мил и ненавязчив, ну а очаровательная недалёкость некоторых посетителей выставки воспринималась Стилом как нечто абсолютно естественное. Искусство и культура всегда будут окружены людьми, которые страстно хотят примкнуть, прослыть ценителями, и выставляют себя на посмешище. Сам он никогда не боялся сказать, что чего-то не понимает или ему не нравится. В частности, Стил Бриз не любил абстракционистов и примитивистов. Кто-то находил их работы интересными, но у Стила вызывали только уныние и зубную боль.

— Мне нравится, — Стил улыбнулся. — Не опасаясь прослыть слишком нетребовательным, я всё же предпочитаю, чтобы не приходилось гадать, что за объект изображён на полотне: женщина, автомобиль БМВ или гриб шампиньон с улиткой набекрень.

На предложение Стил отреагировал вполне благосклонно, правда, понял его немного по-своему. Он не спешил вставлять свои фразы, недаром начальник Службы Надзора считался хорошим слушателем, умение не перебивать это своеобразный, но всё-таки плюс. Вот он и слушал, пытаясь сообразить, кем же является его собеседник, и с некоторой досадой рассматривая фотографии картин. Наконец, Стил разочарованно покачал головой.

— Нет, это никуда не годится. Я согласен, что можно любоваться качественной репродукцией картины, но цифровой снимок это исключительное не то. В каком зале выставляется ваше протеже?

Стил с готовностью повернулся, ожидая, что менеджер, представляющий художника (а кому ещё взбредёт в голову отлов покупателей в галерее, не самому же художнику?!), проводит его к той части выставки, где и развешено всё это мрачное великолепие.

— Должен сказать, что я одобряю такой подход. Скромность и инертность — путь к безвестности и нищете. Давно вы занимаетесь продвижением талантливых живописцев? О, одну минуту, — он с бездумной непосредственностью взял собеседника под локоть и подвёл к триптиху «Звёздная ночь». Смотрел, задумчиво покусывая губы, невольно сравнил прорисованную россыпь звёзд с картами из школьного учебника по астрономии, а потом неожиданно увидел намеченный сияющими точками клыкастый оскал и от неожиданности моргнул. Оскал исчез. Стил в недоумении поискал рядом с триптихом хоть какое-то объяснение, полистал выданный на входе буклет и озадаченно протянул, — стерео что?

Он потратил ещё пару минут, пытаясь найти тот фокус в котором звёзды снова оскалятся в его сторону, нашёл и чуть снова не отшатнулся. Это Стил тоже купил, уже для себя лично, и тут же оправдался:

— Есть вещи, которыми хочется обладать, и ни с кем не делится. Такая маленькая невинная жадность. Итак, Девлин, в каком зале выставляется ваш подопечный?

+2

7

Асано прекрасно понимал чужую неприязнь к абстракционизму. Он сам не питал особой любви к подобному направлению в искусстве. Другое дело – сюрреализм, с его мистическими образами, подчас пугающими, вызывающими отвращение, но в то же время притягивающими настолько, что сложно оторвать взгляд. Такое уникальное сочетание прекрасного и омерзительного одновременно. Нечто близкое было в тех картинах, что Девлин продемонстрировал в электронном формате пред этим человеком, в надежде, что тот оправдает его ожидания и не сможет устоять перед тягой взглянуть на полотна в оригинале. Это согласие оказалось редкой удачей для Асано. Он не рассчитывал найти покупателя так скоро, тем более такого человека, кто по совместительству стал бы его жертвой, соответствующей его извращенному вкусу. Безусловно, редкое везение. И не так важно, что в скором времени картинам снова понадобится покупатель, и в следующий раз едва ли это будет кто-то соответствующий пристрастиям продавца, в связи с чем Девлин не мог сейчас позволить себе упустить этого азиата. Если добыча сама идёт к тебе в плен, то почему бы не удовлетворить её желание и не принять с распростёртыми объятиями?
Всё эти мысли вызывали невольную улыбку, для вида адресованную либо картинам, которые мужчина продолжал разглядывать, изображая заинтересованность, либо словам собеседника, который, в общем-то, оказался необделанным чувством юмора, а может, показался таковым. Но это тоже было не столь важным.
- Здесь вы не найдёте его работ, - несколько отстранёно отозвался, запоздало осознавая, к чему клонит потенциальный покупатель.
- Талантливых живописцев, - очень тихо повторил, кивая вслед тому, о чём говорил собеседник. Несколько секунд Девлин помолчал в легком недоумении, сдержанно улыбаясь. – Сравнительно недавно.
Подумать только, жертва сама придумала ему легенду, а он, было, не начал открещиваться. Почему бы Девлину действительно не оказаться тем, за кого его только что ошибочно приняли, почему бы не сыграть так удачно подвернувшуюся роль представителя молодого талантливого художника? Есть смысл после апеллировать тем, что визави сам так решил, приняв Девлина за того, кем он не является. Сам будет виноват, когда окажется в безысходном положении. Такая вольная фантазия собеседника была злодею только на руку.
- Стереограмма, я полагаю, - ненавязчиво подытожил чужое замешательство, не вдаваясь в причину заинтересованности картиной, которую Стил так тщательно рассматривал и не смог устоять перед приобретением.
- Понимаю. И владеть ими безраздельно. Боюсь, что его работ вы не увидите, - небольшая акцентная пауза, буквально пару секунд, чтобы заинтриговать оппонента, прежде чем продолжить: - ни в одном из этих залов. Но, если у вас достаточно времени, я готов отвезти вас туда, где он выставляется. Моя машина тут недалеко, около кафе, - легкий жест рукой в сторону, приблизительно в том направлении, где могло бы находиться упомянутое заведение, возле которого он и оставил свой внедорожник, пока преследовал этого мужчину до дверей выставки.
- Я организовал небольшую галерею. Далековато от центра, но для раскрутки этого пока достаточно,  - стоит ли говорить, как он приукрасил этот недофакт, его «галерея» находилась даже не на окраине города. Путь был неблизкий, и у Девлина зародились некоторые сомнения: не передумает ли ценитель живописи на полпути до цели поездки? Сложно было сказать, насколько силён чужой интерес, чтобы заезжать так далеко ради картин.
Согласия было достаточно, чтобы мужчина развернулся и направился к выходу из галереи, уводя вслед за собой азиата. Уже по пути к месту парковки, продолжил разговор, расписывая сложности бытия начинающих художников в современном обществе, имея смутные представления обо всём этом. Но что-то подсказывало, что собеседник в этом понимает не больше, чем сам Девлин. Последнему же лишь оставалось создавать видимость глубоких познаний в этой области, чтобы не вызывать подозрений.
- Видите ли, публика предвзято относится к начинающим художникам. Современное общество сложно чем-то поразить. Художников много, а талантливых среди них – единицы. И чаще всего именно этим единицам нужна помощь, чтобы как-то пробиться, получить признание, известность, если хотите... - откровенно говоря, сейчас Девлину стало немного смешно, но он мастерски поддерживал невозмутимый вид, этакий покерфейс, чтобы не выдать своего дилетантства в данном вопросе. Эта игра стоила того, чтобы взять на себя функцию менеджера, пусть и временно. Она станет ему без надобности, как только они окажутся на месте.
Возле своего авто Асано остановился, открывая дверь перед собеседником и уточняя:
- Если вы передумаете на полпути, только скажите, и я развернусь обратно,  - завершил фразу краткой улыбкой, занимая водительское сиденье, пристёгиваясь и протягивая руку к приборной панели, немного склоняясь вперёд, чтобы  нажатием пары кнопок включить музыку.
Звуки мелодии, заполнившей тишину, были тихими, спокойными, даже убаюкивающими. Асано абстрагировался от них, сосредоточившись на вождении, а вот пассажира вскоре могло клонить в сон. Он был осторожным водителем, машина под его управлением ехала плавно - Девлину некуда спешить, - а когда уже выедут на шоссе, тогда можно прибавить газу, чтобы как-то сократить время в пути.
- Вы не из Базеля, Стил? – мужчина невзначай поинтересовался с одной лишь ему известной истинной целью такого обычного на первый взгляд вопроса. Так и должно быть. Никто не заподозрит ничего неладного в таком безобидном любопытстве. А Девлин лишь удостоверится в том, что его без пяти минут гостя, если и начнут искать, то очень нескоро. К сожалению, о том, кто и сколькие в курсе об отсутствии этого мужчины в своём городе, Асано узнать не мог. «Это было бы слишком странно. Увы, о таком я не смогу его расспросить». Краем глаза водитель поглядывал на сидящего рядом человека. 
- И как часто колесите по миру в поисках шедевров? – прозвучало через несколько минут с полуулыбкой.
Возможно, за время поездки пассажир успел насладиться красивыми пейзажами, мелькавшими по обе стороны от дороги. Это могло скрасить длительное время в пути. Меж тем авто свернуло с дороги вправо и спустя несколько минут притормозило возле трехэтажного строения в современном стиле.
- Проходите к зданию. Внутри вас встретит мой секретарь, - дождался, пока мужчина покинет машину, и вылез сам, захлопнув дверь, чтобы направиться следом, к дому.
Внутри было просторно. В холле, выполненном в стиле, который можно определить как хайтек, - минимум мебели. Картины на стенах, но вовсе не те, о каких мог бы подумать гость, висели скорее для антуража. Нечто, напоминающее рецепшен, на самом деле представляло собой барную стойку, но ничем не выдавало этого обстоятельства. В принципе пространство первого этажа напоминало современную выставку.
Конечно, никакого секретаря там никогда и в помине не было, но об этом знал только хозяин дома. Азиата встретила иллюзия молодого человека, как только он открыл дверь и шагнул в помещение, а хозяин был уже за его спиной.
- Добрый день. Мы рады видеть вас в нашей галерее, - парень натянул дежурную улыбку, выражая всё своё внимание посетителю. – Устали с дороги? Быть может, кофе, чай? - поверх плеча того бросил взгляд на владельца «галереи», кивнул и прошёл за стойку.
С сумрачной улыбкой Девлин проследил, как гость проходит вглубь помещения, и прикрыл дверь.

Отредактировано Девлин Асано (2016-10-24 05:35:24)

0

8

Ох уж эти менеджеры. В принципе, Стил одобрял такую напористость — в самом деле, пока будешь сидеть, сложа руки, клиенты разбегутся, даже не успев собраться. Он вполне благосклонно согласился посмотреть работы неизвестного автора, и тот факт, что выставляется юное протеже Девлина где-то в другом месте, его не смутил. А где же выставляться начинающему художнику, ну не здесь же? Здесь и ценники начинались с несколько неприличных сумм, новичкам столько не платят.

— У меня вполне достаточно времени, — Бриз согласился на поездку, не слишком задумываясь над чрезвычайно малым сроком знакомства. В конце концов, что может быть более пристойным, чем знакомство на почве общего увлечения?

Девлин немного сбивчиво рассуждал о сложностях юных художников, а Стил не страдал излишней скромностью, чтобы просто кивать и поддакивать. Он даже в какой-то момент принялся возражать, и был вполне доволен тем, что его внимательно слушают. Высказав свои соображения по поводу методов продвижения талантов, Стил умиротворённо сделал паузу. Хороший автомобиль, аккуратный шофёр.

— Я бы даже сказал, что художников мало. Вот рисовальщиков — сколько угодно. Мало взять образ и удачно запечатлеть его на холсте. Сейчас и искусство фотографии низвели до ширпотреба, и каждый обладатель камеры самонадеянно считает себя фотографом. Нет, я приехал исключительно с целью приобретения нескольких картин для галереи. Потребовалось обновление коллекции, а я любезно согласился поспособствовать. К счастью, мне самому не приходится колесить, всё же я предпочитаю путешествовать ради удовольствия, а не по работе. Возможно, именно поэтому мне не так часто это удаётся.

Возможно, не стоило забираться так далеко без собственного автомобиля. теперь чтобы отсюда уехать, придётся либо просить Девлина отвезти его обратно, либо... а сюда такси вообще можно вызвать? Стил не очень любил оставаться без автомобиля в незнакомой местности, но. опять же, не придал значения.

— Если бы знал, что настолько далеко, поехал бы следом на своей машине, — всё же сказал он, выбираясь из автомобиля и с нескрываемым удовольствием осматриваясь. — Теперь будет неловко вас утруждать с трансфером обратно в Базель. Правда, вряд ли я буду стесняться.

Он ненавязчиво достал мобильный, пока Девлин закрывал машину, проверил — связь вполне ловит, не у чёрта на куличках. В крайнем случае вызовет такси, действительно, в чём проблема. Можно было даже спросить «Окей, Гугл, где я?», но он не спросил.

— Не очень удачное место для выставки малоизвестного художника, — отметил он, — сложно организовать сопровождение журналистами и вообще пропиарить. Мимоходом не зайдёшь. В таком месте, напротив, хорошо выставлять маститых, за которыми поедут откуда угодно.

Секретарь оказался дежурно любезен, Стил с лёгкостью отказался от чая и кофе, но спросил стакан воды. Сдержанный минималистический стиль галереи ему нравился, он вообще предпочитал минимум финтифлюшек. В этом смысле пока всё нравилось. Правда, картины на стенах мало походили на выставочные экспонаты, но Стил, поразмыслив, пришёл к выводу, что это даже не выставка. Пока ещё не она. В этом было небольшое дизайнерское упущение, но конкретизировать его он не смог бы.

Он повернулся в поисках того пресловутого стакана воды, непринуждённо улыбнулся Девлину.

— Ну что же, расскажете о своём протеже? Моя семья много лет занимается продвижением людей искусства, но в жёсткую конкуренцию не лезет. Знаете, нет ничего глупее и скучнее коммерческой борьбы. Когда начинается шелест купюр, искусство заканчивается.

Можно было бы присесть, но Стил уже насиделся за время пути, поэтому без лишнего смущения. хотя и без наглости, прогуливался вдоль стен, изучая развешенные картины. Они были вполне хороши, но являлись скорее элементом дизайна. Для галереи это плохо. Видимо, это был начинающий менеджер. Стил адресовал ему ещё одну лёгкую улыбку, на этот раз ободряющую и даже поощрительную. Ничего, не ошибается тот, кто ничего не делает. В конце концов, после просмотра коллекции Стил может дать Девлину несколько советов, не обязательных к исполнению, но достаточно полезных. Поможет не набить шишек на тернистом пути.

Отредактировано Стил Бриз (2016-11-06 05:29:16)

+1

9

«Не слишком ли легко?» - одолевала навязчивая мысль, пока мужчина пристально и с неподдельным интересом следил за посетителем взглядом в спину и слушал не только речь, но и чужие размышления, пока тот не развернулся к нему лицом. Девлин невольно засмотрелся на улыбку, подмечая, что у объекта его влечения красивые губы гармоничного размера и не менее привлекательный разрез глаз. В облике этого невысокого мужчины многое импонировало телепату, который сам не мог похвастаться ярко выраженными азиатскими чертами при том, что в его жилах текла азиатская кровь. Что тут скажешь, слишком многонациональна была его семья.
Отвлёкся, засмотрелся и чуть не пропустил пожелание на счёт стакана воды, который мог наполнить лишь он. К сожалению, при всей своей реалистичности, иллюзии не обладали материальной оболочкой и полезную функцию выполняли ровно до тех пор, пока с ними ничего не соприкасалось или их не пытались коснуться. Секретарь выслушал кае-какие указания от Асано, кивнул и скрылся на лестнице, ведущей на второй этаж. Более надобности в нём не было, только напрасный расход сил, как счёл хозяин ложной галереи.
- Вы правы. Не самое удачно расположение. Не всякий ценитель захочет ехать так далеко, чтобы взглянуть на творения руки молодого автора, - голос зазвучал несколько громче, чтобы его возможно было расслышать от стойки в конце зала, пока мужчина поднимал графин и наполнял стакан водой. Между тем свободной рукой опустив в карман нечто, что при удачном воздействии поможет собеседнику отключиться часа на два. Этого было бы достаточно для дальнейшей транспортировки в какой-нибудь укромный и надёжный угол дома.
- Я планирую перенести галерею в более выгодное место, как представится такая возможность, - дополнил он, уже приближаясь к гостю со стаканом, который протянул ему, оказавшись рядом.
Он был готов к тому, что потенциального покупателя, помимо картин, заинтересует личность художника. И сейчас, не мешая собеседнику изучать обстановку его нескромного жилища, лишь наблюдая издалека, делился сведениями о молодом человеке, плоды чьего таланта и воображения висели этажом выше:
- Молодой парень, примечательный на вид. Познакомился с ним совершенно случайно, - прервался на краткую паузу, прослеживая перемещение собеседника вдоль стены. – Представляете, продавал на улице одну из своих картин. Нечто потрясающее. Кому-то показалось бы отвратной мазнёй, но лично я был восхищён его талантом. Знаете, сразу заметно, если человек действительно одарённый. Только как бы он не старался, а без известного публике имени и пиара вряд ли хоть одна галерея приняла бы его творчество…
Девлин продолжал вещать о трудностях, с которыми столкнулся молодой талант, и как тому повезло встретить, можно сказать, покровителя в его лице.
- Стоящих практиков, совершенствующих свои навыки, много, а талантов раз-два и обчёлся. А именно они заслуживают быть замеченными, - эти слова прозвучали совсем близко. Мужчина медленно настиг гостя и, как только тот снова отвернулся, без излишних промедлений вжал ему в спину электрошокер, выдавая по телу мощный разряд на несколько секунд, дожидаясь подходящей кондиции.  Единственное, за что Девлин мог придержать содрогающееся тело падающего на пол человека - это его длинные волосы, за которые он рванул, следом припечатав увесистой рукоятью шокера по голове, чтобы наверняка достигнуть необходимого результата.
- И не волнуйтесь, доставлю вас в любое удобное для вас место. Мне как раз нужно вернуться в город, - безмятежно произнёс, склоняясь к бесчувственному азиату с улыбкой, напоминающей оскал хищника, наконец настигнувшего желанную добычу.
- Но позже, - небрежным жестом пальцев смахнул с бледного лица контрастно чёрные пряди, не в силах отказать себе в желании прикоснуться, провести тыльной стороной кисти от скулы к подбородку. Что ж, ещё насмотрится. А пока жертву, и правда, нужно было переместить в более уютное местечко.
Телепат ненадолго оставил лежащего на полу мужчину, чтобы подняться наверх за верёвками. Сначала связал его ноги, потом руки, скрестив за спиной и перемотав верёвкой поперёк. Затем, приподнял и взгрузил себе на плечи, чтобы доставить в удобное место. И что может быть лучше для ценной жертвы, чем глухой металлический ящик, куда маньяк уложил азиата набок и закрыл на замок: Спи. Пальцы отбили глухую дробь по металлической крышке; краткий взгляд на часы. Теперь у него было достаточно времени, чтобы и приготовить, и пообедать, а жертва никуда не денется за то время, что он проведёт возле плиты и за столом.

+1

10

Девлин интересно рассказывал — вроде ничего особенного, но Стил был вполне счастлив заниматься не работой, а чем-то совершенно иным. Даже мелькнула нелепая мысль бросить всё и вернуться к родителям. Они давно звали, разрываясь на несколько галерей, а Стил всё-таки с детства привык находиться среди картин и скульптур, его чутьё хвалили.

Он взял стакан с водой, выпил — пить хотелось очень сильно — поставил пустой стакан на столик. Успел согласно кивнуть, ведь действительно, таланты часто обнаруживаются просто на улице... Адская боль, скрутившая тела в какой-то судорожный узел, оказалась для него совершенно неожиданной, и от этого ещё более страшной. Единственное, что удалось распознать в первый же миг, так это происхождение — электричество. Стила когда-то било током, но сейчас это было слишком много. Рывок за волосы был такой, что можно было бы и крикнуть, если бы горло не перехватывало спазмом. А потом свет вырубили мощным ударом по голове, и Стил потерял сознание.

Перед глазами была темнота. Всё тело болело так, как будто по нему проехался асфальтоукладчик, особенно голова. Абсолютно чужое тело, не ощущается, не двигаются руки и ноги, не осознаётся положение в пространстве. Во рту почему-то металлический привкус и совершенно потерялось ощущение времени. Что вообще произошло? Стил с трудом пошевелился, с горем пополам разобрался, что руки связаны за спиной. Вообще, всё тело перемотано верёвкой так, что выпутаться будет сложно. Не невозможно, но трудно. Он попытался выпрямиться и перевернуться — на спину или на живот, всё равно. Не вышло, ноги упёрлись во что-то, голова тоже, и он снова скорчился — в голове яркой белой вспышкой так загорелось, что чуть слёзы не выбило.

«Где я? Почему это произошло, и что конкретно произошло?»

Раньше времени не стоило впадать в панику. Стил перестал дёргаться и отдышался. Рот не заткнули. Это неплохо. Глаза не завязали — а вот это очень плохо... это просто смертный приговор. Если этот тип покажется на глаза, значит полагает, что Стилу отсюда не выйти живым. Губы сами скривились в злой усмешке.

«Это мы ещё посмотрим, малыш... не знаешь, с кем связался. Кто же ты? Чьи приказы выполняешь?»

Он было подумал, что это шуточки Шиллера, но по здравому размышлению это было слишком изящно для Дитриха. Нет, это не он. А кто тогда? И где этот кто-то? Сколько вообще времени он тут провалялся? Стил прислушался к себе. Пить хотелось весьма слабо. Он выпил стакан воды, и ещё не мучается от жажды. Но при этом не хочет в туалет. Прошло часа два, максимум — три. Вряд ли больше.

Первое правило поведения попавшего в переплёт — будь предсказуемым, пока не разобрался в ситуации. Стил снова приподнял голову, попытался толкнуть панель над головой. Безуспешно. Не поддавались ни стенки, ни крышка. Какой-то ящик?

— Господи, — наконец выдавил Стил вслух, стараясь быть натуральным. Старания не понадобились — голос звучал так себе. Какое-то вялое дезориентированное хрен пойми что. — Выпустите меня отсюда? Выпусти... Какого чёрта?! Девлин?

«Да, точно! Девлин, больше никого не было!»

— Девлин, открой ящик и выпусти меня отсюда! Слышишь?! — Стил повысил голос. — У меня клаустрофобия, немедленно выпусти меня!!!

Клаустрофобии у Стила отродясь не было. Зачем соврал? Матерь божия, а почему бы и нет? Кто сказал, что он обязан говорить правду?

«Просто покажись мне на глаза. Просто дай мне  тебя увидеть».

Боялся ли Стил? Совсем не боятся только идиоты. Но его страх был зверюшкой ручной, многократно кормленной, вычесанной, сытой и ухоженной. Всё было намного проще — пусть Девлин просто даст себя увидеть, и это приключение закончится так же быстро, как началось. Никто не может сопротивляться чёрной воле. Никто.

+1

11

Процесс приготовления пищи занял несколько больше времени, чем мужчина планировал. Он нарезал овощи, иногда поглядывая на часы и с упоением предаваясь размышлениям о том, как поведёт себя жертва после пробуждения. Ему нравилось представлять, как воспримет каждый новый пленник заточение в ящике. А что бы делал он сам? Над этим Девлин редко задумывался. Наверное, злился бы и возмущался таким положением дел, а потом – кричал бы, чтобы выпустили, проклиная и угрожая неминуемой расправой, как только он оттуда выберется. Угрозы в таких обстоятельствах тоже одна из форм проявления страха. Но это всё фантазии, на деле же может сложиться иначе, нежели кажется.
А что касается помещения кого-то в ящик, это напоминало некий ритуал упаковки ценного подарка. А процесс вскрытия ящика - то, как дети открывают свои подарки, с вожделением извлекая на свет желанную игрушку. С таким же восхищением Девлин смотрел на растерянные или испуганные лица при первом взгляде на него, когда крышка приподнималась.  Оно стоило того, чтобы повторять эту процедуру практически каждый раз, с каждым гостем.
Первые звуки застигли мужчину на лестнице, когда он поднимался наверх. Он замедлил шаг, поднялся ещё на одну ступеньку и замер в таком положении, прислушиваясь, чтобы разобрать слова. Жертва ожидаемо кричала, но как-то без надрыва и особого энтузиазма, что ли. Может, злится, не понимая, в чём дело. Испуг тоже явно присутствовал, должен был быть. Не каждый день запирают в ящике, и неизвестность должна бы пугать. Мужчина повёл бровью и хмыкнул, не сдержав усмешку, и продолжил подъём на третий этаж, направляясь именно к той уютной комнате, где томился азиат в ящике, откуда и доносился крик. Возле двери он остановился и кратко почти беззвучно рассмеялся, припоминая момент, когда вырубил ничего неподозревающего человека электрошокером. И шокер у него всё ещё был при себе – мог пригодиться. Прекрасное средство для дезориентации в пространстве, если вдруг в случае чего снова понадобится долбануть  им гостя. Ведь от жертвы в приступе паники можно ожидать чего угодно.
Аккуратно открыл дверь и осторожным шагом, мягко ступая по ковру, прошёл внутрь небольшой комнаты. Так же аккуратно опустил на стол чашку кофе, что прихватил с кухни. Послушал ещё немного жертву, стоя у окна, прежде чем явно выдать своё присутствие в помещении:
- Мистер Стил Бриз, рад, что вы наконец проснулись, - непринуждённо произнёс, выдерживая вежливый тон и допуская немного мягкости в голосе.
- Ну конечно, клаустрофобия, -  постарался не выдавать откровенной насмешки.
- Простите моё любопытство, а почему, скажем, не ахлуофобия? - и тон голоса был почти извиняющимся, если бы губы не разошлись в улыбке. - Боязнь темноты довольно распространенное явление, - Девлин попытался припомнить, кто вот так же мог когда-то кричать о своих фобиях, жертвы порой попадались ему достаточно изобретательные в своих безысходных попытках высвободиться из плена. Взгляд, направленный в сторону ящика, периферийно уловил, как рядом материализуется образ из воспоминаний. Стоявший рядом безмолвно смотрел на ящик, а Девлин замер, не решаясь обернуться, - он знал, что этот человек мёртв. «Убирайся». Исчезали спонтанные иллюзии куда красочнее, чем появлялись: распадаясь на части и рассыпаясь в прах, в зависимости от того, что из себя могло представлять тело умершего человека на данный момент времени. Телепат припомнил, когда примерно тот умер, отстранённо кивнул и более не  отвлекался на посторонние мысли, сейчас его занимал тот, кто скрыт под крышкой, которую он не торопился открывать. «И зачем же ты так хочешь меня увидеть? Так нетерпится выразить в лицо, все, что ты об этом думаешь?» - не произносил вслух, неуверенный, что эти слова на самом деле звучали от запертого визави, а не в его мыслях. Было бы слишком вот так выдавать свой необъяснимый дар первому встречному, хоть собеседник мог бы этого и не заметить. 
Тем временем мужчина взял стул, подвинул ближе к металлической коробке и, присев рядом, изредка поглаживая ладонью её шероховатую поверхность.
- Попробуйте меня убедить, что действительно страдаете таким расстройством, и может быть, я подниму крышку, - постучал по металлической плоскости, тем самым побуждая жертву приступать к объяснениям. Девлин, конечно же, не собирался держать мужчину там долго, и вскоре открыл бы, но такая небольшая игра могла позабавить за время, пока он раздумывал, стоит ли открывать сейчас или ещё немного помучить визитёра. И себя, кстати, тоже. Так хотелось увидеть, что происходит с человеком внутри.

+1

12

Едва только Девлин заговорил, Стил моментально заткнулся. Слушал внимательно, стараясь не упустить ни малейшего нюанса. Интонация могла выдать многое, и она выдала. Первая же фраза оказалась настолько ёмкой, что Стил моментально расслабился. Напряжение мешало ему думать и сопоставлять. Да, лежать было неудобно, и в голове то и дело начинали трезвонить медные колокола, но лучше думать о важном и анализировать, чем бестолково колошматиться в темном ящике.

Всё дело было в опыте. Он, как сын ошибок трудный, у Стила был вполне объёмным. Так что он сразу прикусил язык.

«Поздравляю тебя, дорогой, ты достукался. Первоначальный простейший диагноз — психопат и маньяк. Слишком спокоен, нет ни дрожи предвкушения в голосе, нет попыток запугать сверх имеющегося. Волшебно...»

— Почему не ахулифобия? — переспросил Стил, намеренно коверкая название в нецензурную сторону. — Вероятно потому, что я не знаю этого слова и его значение. Тем не менее, чрезвычайно вам благодарен, что вы меня просветили, я всегда с интересом узнаю что-то для себя новое.

Возможно, спокойный и рассудительный голос из ящика звучал для Девлина несколько непривычно, но Стил мало задумывался над тем, чтобы произвести приятное впечатление. Ну, небольшая завуалированная грубость...

«Я никогда не ругаюсь грязным матом. Мой мат всегда чист, свеж, опрятен и пахнет альпийскими лугами».

Стил беззвучно фыркнул и заносчиво посмотрел в густую темноту. Голос Девлина прозвучал ещё ближе, лёгкий стук по крышке гроба... ладно, не гроба, ящика, побуждал действовать в направлении, указанном хозяином положения.

— А может быть, не поднимете. Какая увлекательная беседа. Девлин, что вам нужно? К чему этот детский сад? Естественно, у меня нет никакой клаустрофобии, иначе я уже давно зашёлся бы истерике настолько же бесполезной, насколько и унизительной. Давайте не будем разводить балаган и пойдём по протоколу. Итак. Что вам нужно? Деньги? Сильно сомневаюсь, что вы решили таким удивительно оригинальным методом продать мне картины вашего юного протеже, да и вообще... а был ли мальчик?

«Довольно смешно осознавать, что я купился на такую развесистую клюкву. Ах, поехали, я вам картины покажу. У меня есть редкая пластинка, коллекция лютневой музыки шестнадцатого века... Боже мой, это никому нельзя рассказывать, засмеют же. На моей совести будут массовые смерти скончавшихся от смеха — Стил Бриз позволил заманить себя чёрт знает куда самым примитивным образом, и умер от обезвоживания, запертый в железный ящик».

— Открывайте ящик, Девлин, — Стил позволил себе усмехнуться и вкрадчиво добавил. — Я ничего вам не сделаю.

+1

13

Такое неожиданно странное затишье вынуждало прислушиваться, хотя находился Девлин  так близко, что распознал бы малейший шорох. В ящике недолго, но молчали, приходя не к таким уж и неверным выводам. А звучали ли они? Пожалуй, нет – никто же не станет в здравом уме так откровенно и  нелепо рассуждать вслух о том, что признал в оппоненте маньяка. «Блестящие догадки», - края рта дёрнулись в сдержанной усмешке. Мужчина был поражён спокойствию человека, который, судя по тишине, просто лежал внутри, не предпринимая даже маломальских попыток высвободиться, и вёл диалог, пусть некое раздражение и присутствовало в его речи. Что ж, тем стало интереснее.
- Приятно поговорить с умным человеком. А вы, как вижу, личность незаурядная. «О, какая язва.», - не без удовольствия с расползающейся на губах улыбкой подметил маньяк. Пленник так очаровательно огрызался - и на словах, и в мыслях, слушать бы и слушать.
- Мальчик…был, - звучало коротко и утвердительно именно в такой формулировке. Естественно, Девлин не собирался распространяться  о тонкостях их знакомства и о том, как в дальнейшем поступил с тем пареньком. Впрочем, почему мальчик? То был вполне мужчина, достаточно взрослый для того, чтобы отвечать за свои поступки и платить по счетам, но, надо признать, он был чертовски талантлив. «Надо дать себе обещание больше не губить такие редкие таланты. Может и правда стоит заняться их продвижением?» Однако Асано прервал поток воспоминаний, так как это вело к спонтанному расходу сил, а он не желал так напрасно растрачиваться и каждый раз видеть слишком реалистичные лица покойников.
- И картины существуют. Я вам их покажу, - с этими словами мужчина подался вперёд, меняя положение на стуле, упираясь локтями в колени, и скрестил пальцы, на которые опустил подбородок. Взгляд в сторону крышки выдавал растерянность относительно спокойствия, с каким проходила беседа. Похоже, пленник ему попался выдающийся, с талантом, только он пока не мог понять, с каким. Чувствовалось, что жертва почему-то его не боится, более того, судя по манере речи, расположена к переговорам. Впрочем, и Девлин пока не сделал ничего жутко предосудительно, чтобы азиат начал  хотя бы опасаться. Всего лишь запер в ящике, какие мелочи. Для кого-то этого достаточно, чтобы довести до истеричных воплей с сопутствующими попытками выломать крышку. А на кого-то, как этого  человеку, требовались иные меры воздействия. Если ему пока не было страшно, то это вопрос времени. А времени у Асано на этот счёт было предостаточно.
- Мне нужны вы, Стил. Интересна ваша личность, - наконец сакраментально признался, не намереваясь скрывать от пленника факт влечения к нему, пальцами отбивая дробь по поверхности крышки. - С того самого момента, как увидел вас в кафе, - задержал многозначительную паузу и отпрянул, позволяя собеседнику осмысливать сказанное.
Затем Девлин поднялся со стула и отошёл  к двери, по пути прихватив чашку недопитого кофе. Схватившись за ручку, он обернулся, не сдержав смешки, на этот раз безошибочно определяя неординарный мысленный монолог. «Ну, какая прелесть».
- Конечно, не сделаете, - произнёс в полголоса, скорее для себя, подтверждая слова заключённого визави. В самом деле, что может предпринять связанный человек? Разве что ударить лбом в лоб, и только в том случае, если Девлин неосторожно склонился бы к нему слишком близко, после того как приподнял бы крышку. А этого он делать пока не собирался.
- Если вам там так спокойно и комфортно, полежите ещё немного. Прошу меня простить, вынужден вас оставить ненадолго, - мужчина задержался возле открытой двери, снова обращаясь к азиату:
- Может, хотите пить или выпить? Не сочтите за приступ альтруизма, - проступившая на губах улыбка не была издевательской, как и тон голоса. Вряд ли собеседник оценил бы, но хозяин дома, который уже нет нужды выдавать за галерею, был готов обеспечить пленника самым необходимым на время его пребывания здесь. Ведь если он и собирался помучить человека, то обходился менее банальными методами, нежели голод и жажда. Дал шанс пленнику высказать пожелания, если таковые имелись, и направился на первый этаж. Целью были уборка и любопытство по отношению всё к тому же гостю. На барной стойке внизу остались лежать вещи, изъятые из чужих карманов, к чему и был направлен интерес мужчины.
Он прошёлся по залу на первом этаже, убрал стакан, из которого пил гость, перебрал содержимое его карманов, осмотрительно отключил чужой мобильный и спрятал вместе с прочими причиндалами. Ещё раз осмотрел поле деятельности и, убедившись, что всё в порядке, вернулся обратно к ящику. Уже не терпелось его открыть.
У Девлина даже дыхание немного перехватило, когда щелчок отпирающегося замка оповестил о том, что крышку можно приподнять.
- Вам придётся принять тот факт, что останетесь здесь и, возможно, надолго. Нет, не в ящике. В этом доме, - стоило ли скрывать от такого проницательного пленника свои намерения поступить с ним так. Вместе с тем Девлин по-прежнему был непроницаемо спокоен, только коварный взгляд, направленный в чужое лицо мог выдать его маньячную натуру.

Отредактировано Девлин Асано (2016-11-15 03:23:36)

0

14

Нет ничего глупее, чем вести светские разговоры, лёжа при этом в железном ящике, да ещё и связанным по рукам и ногам. Тем не менее, суровые обстоятельства толкают на суровые меры.

— Польщён вашей высокой оценкой, — весьма светски огрызнулся Стил в ответ на комплимент собственной незаурядности.

Значит, художник действительно был. В прошедшем времени. Почему-то Стил был абсолютно уверен, что художника нет в живых. Если картины действительно есть, и они существуют не только в воспалённом воображении Девлина — он же должен был их каким-то образом сфотографировать? — значит тут дело было поставлено на весьма широкий и проверенный поток. Стил почувствовал законное возмущение. Сам отнюдь не белый лебедь, Стил Бриз, тем не менее, закон чтил. В общих чертах.

— И в качестве кого именно я вам нужен? — на этот раз вполне искреннее удивление просочилось в голос. Пусть он дважды не белый лебедь, но докатиться до того, чтобы в каждом встречном подозревать сексуальные мотивы к своей персоне — до этого было ещё ой как далеко.

«Значит, он выпасал меня от самого кафе. Что это со мной? Расслабился и потерял былую хватку. Надо будет на досуге заняться этим».

— Крепкий и сладкий чёрный чай, без бергамота и прочих отдушек, — сообщил Стил из ящика до такой степени великосветски, как будто сидел за столом, покрытом белой скатертью. — Кроме того, я не отказался бы перекусить. Без изысков.

Судя по всему. Девлин ушёл, как и собирался, а Стил со всей дури пнул боковину ящика, в которую упирались ноги, и тут же скрючился от новой вспышки головной боли. Когда Девлин вернулся, звон в голове ещё не унялся, но крышка всё-таки поднялась.

— И всё же, в качестве кого? — собственный голос сейчас звучал как через слой ваты. Вот ведь подлость, и головой не помотаешь, чтобы прийти в себя. Стил медленно повернул голову и попытался сесть. Безуспешно, слишком неудобная поза, и связанные за спиной руки не способствовали.

— Девлин, вынужден вам попенять, — с укоризной отметил Стил. — У вас своеобразный способ заводить друзей. Вы причинили мне как минимум лёгкое сотрясение мозга, но я прогнозирую средней степени тяжести. Помогите мне сесть, а лучше развяжите меня.

Он не спешил. После темноты смотреть было больно, возможно, дело не обязательно в темноте, а действительно в сотрясении мозга. Стил осторожно проводил ревизию собственного физического состояния, при этом напряжённо вцепившись взглядом в лицо Девлина. Фигурально выражаясь, взял на прицел, чтобы он не посмел снова захлопнуть крышку гроба.

«Гроб? Почему снова эта банальная ассоциация, чёрт бы меня побрал?»

Теперь Стил был уверен, что посмей Девлин хотя бы дёрнуться в сторону причинения вреда, он успеет перехватить господство над его телом. Но сотрясение — это опасно.

— И таблетку аспирина, — выдохнул Стил, поморщившись. — Я надеюсь, у меня волосы кровью не заляпаны? Вы не рассекли кожу?

Нужно было что-то лёгкое, для проверки, чтобы ни в коем случае не с места в карьер. Если удар по голове чем-то навредил, а это нельзя было исключать, то не стоит рисковать сбоем чёрной воли после того, как он сделает первый рывок. Всё должно быть проверено, просчитано, а для этого нужен простой тест-драйв, на полукасаниях, мягким шёпотом исподволь, чтобы Девлин даже приблизительно не заподозрил подвоха.

Нужно просто вытянуть руку Девлина и убрать прядь волос, которая прикрывает лицо. Глупый пример, не чувствуется. Возможно, он сам захотел это сделать. Стил признался себе, что на месте Девлина сам бы так сделал.

— Итак. Вы меня развяжете? Мне не кажется эстетичной поза и сама манера обвязки, кроме того, вы предложили мне воспользоваться вашим гостеприимством, — Стил потерял терпение и сел сам. Он не должен был, не та поза. Садился не мышечными усилиями, а исключительно приказом чёрной воли собственному телу. В голове тут же откуда-то зацвели яркие фейерверки, мешавшие смотреть, но отвести взгляд сейчас — проиграть. И так шло тяжело. Стил поощрительно улыбнулся, перехватывая управление телом Девлина в собственное распоряжение. Глаза сразу пересохли до боли, он чувствовал, что даже моргать сейчас нельзя. Пережил вытаскивание из ящика и достаточно покладистую возню к верёвками. Нет, надо было начинать с рук, чёрт, отвлёкся! Но теперь он хотя бы стоял на ногах и ждал, пока послушный захваченный чёрной волей справится с этой верёвкой, размотает её и развяжет ему, наконец руки.

+1

15

Чашка осталась стоять на столе возле окна. С паром какое-то время по небольшому помещению распространялся приятный аромат свежезаваренного чая, пока тот остывал. Хозяина дома не затруднило выполнить такие маленькие прихоти гостя, при том, что морить его голодом он всё равно не собирался. Так почему бы после и не накормить, если его пленник того желает? Пока может хоть что-то желать.
- В качестве дорогого гостя, - коротко озвучил с полуулыбкой, не вдаваясь в подробности того, зачем на самом деле ему понадобилось общество этого человека, надо сказать, красивой наружности, на вкус Асано. Гостю только предстояло узнать, для чего он здесь, и в полной мере испытать на себе степень «гостеприимства» хозяина по чьей прихоти он оказался в этом доме. 
-  Вы же не ждёте извинений за это? – с долей насмешки обратился к гостю, едва шевельнув бровями вверх. - Если бы потребовалось, я бы поступил так снова, - засмотрелся на лицо с восточными чертами, на разрез глаз – кажется, что-то мешает любоваться ими, - медленно опускаясь рядом, упираясь в пол одним коленом. Пальцы поддевают длинные пряди, растрепавшиеся и скрывающие часть лица, отводят их к виску и двигаются дальше, переходя к затылку, ощупывая область, на которую вероятнее всего пришёлся удар по голове. Ничего. Подключил к осмотру головы вторую ладонь, лёгким прикосновением пальцев проводя от макушки ко лбу.
- Удар был не таким сильным, - подытожил отсутствие крови на волосах, что так беспокоило азиата.
-  Но, похоже, приличная шишка, - спокойно констатировал он, завершив осмотр чужой головы. – А не оттого ли, что вы таранили крышку, пытаясь её выбить головой? – всё же не сдержался от саркастичного предположения, заглядывая в глаза визави, на которых сейчас его взгляд на короткое время застывает.
Такое странное ощущение, когда спонтанно принимаешься за то, чего делать не планировал, когда мысли ещё не оформились в желание, а пальцы уже распутывают ноги пленника. Видимо, задумался, отвлекся. Тем не менее ноги уже высвобождены, мужчина помогает пленнику подняться, но особа не фамильярничая, буквально вздёрнув того с пола, резко разворачивает к себе спиной и принимается за связанные руки  – и останавливается. На лице отражается весь спектр сомнений на этот счёт: а стоит ли его сейчас развязывать? Но пальцы уже распутывают узлы, сравнивают концы верёвки. Девлин оценивает надёжность связки, немного ослабляет её и, вместо того чтобы освободить конечности, завязывает другой узёл по типу одного так называемых морских. Так надёжнее. Чего бы не предпринял бы Стил, со связанными руками это было бы ой как затруднительно - не далеко бы он ушёл в попытках выбраться.
- Если у вас действительно сотрясение, это может скверно отразиться на общем самочувствии, - в чём сам Девлин откровенно сомневался. Такой каприз гостя мог быть ничем иным как уловкой. Ранее Асано уже оценил, какой непростой экземпляр ему попался.
- Вам лучше прилечь, - ненавязчивым касанием плеч направил мужчину к дивану.
К совершенно обычному дивану в простой комнате, выполненной в том же минималистском стиле, что и основная часть дома. Ни в какие казематы Девлин  азиата не затаскивал; в этом доме даже подвал был предназначен всего лишь под тренажёрный зал. Чтобы задержать человека на своей территории, достаточно было бы запереть его, а для надёжности - банальнейшим образом приковать к чему-нибудь. Никакие зловещие интерьеры в духе киношных хорроров для устрашения не требовались.
- Такая поза будет смотреться эстетичнее, - усадив гостя на диван, стоящий возле стены, Девлин отступил вправо к другой стене.
- Это – «Ночь», - обернулся, бросив быстрый взгляд с выразительной улыбкой, в сторону сидящего на диване, и обратно к картине, чтобы обратить чужое внимание на полотно. – Одна из тех, что вы так хотели увидеть.
Асано мог подолгу  разглядывать их. Картины притягивали как магнит, вызывая подспудное ощущение необычайной странности, будто бы автор обладал неким даром создавать нечто, способное настолько глубоко завораживать зрителя. Может, поэтому хозяину хотелось от них избавиться? А может потому, что иногда ему казалось, будто бы люди, изображенные на холсте, оживают, следят за ним и пытаются проникнуть в реальный мир.
- Я принесу аспирин, - задержался возле двери, потянув за ручку. Выйдя, мужчина намеревался запереть гостя. Мало ли что тому взбредёт в голову. Ведь ранее он успел оценить незаурядность этого человека.

+1

16

Всё шло хорошо. Не так хорошо, как могло бы быть, но более-менее. Особенно если учесть, что это действительно было сотрясение мозга, что Девлин не без самодовольства подтвердил.

— Вы же не ждёте извинений за это? Если бы потребовалось, я бы поступил так снова.

— О, не стоит извинений, — любезно отозвался Стил таким тоном, каким обычно предлагают собеседнику засунуть свои извинения в задницу.

Ему было тяжело удерживать глаза всё время открытыми. Обычно можно было не только моргать, но и отводить взгляд — достаточно видеть фигуру жертвы периферийным зрением, чтобы рассчитывать на послушное выполнение воли управляющего мозга. Но сейчас... И говорить не стоило, от этого Стил почему-то быстро терял концентрацию.

— Головой — не пытался, — с не меньшим сарказмом отметил Стил. Не удержал язык за зубами, отвлёкся, да ещё и моргнул. Этого Девлину хватило, чтобы повернуть его за плечи спиной к себе. Да, остатков приказа хватило на то, чтобы он взялся за верёвки на руках, и Стил даже приготовился рвануть руки, едва только путы начнут ослабевать, но тут же все планы пошли прахом. Верёвки стянулись заново, пусть и не настолько туго, и всю оставшуюся волю Стилу пришлось пустить на то, чтобы не показать своё разочарование слишком явно. Он даже зубами не скрипнул.

Вместо возмущения он предпочёл продолжить кропотливую работу по собственному освобождению, и проследовал на предложенный диван. Ладно, у него хотя бы свободны ноги. Но вёл себя Стил так, как будто и руки у него свободны. Затравленных взглядов по сторонам не бросал, не сутулился, мамочку не звал, отпустить не умолял.

— Не думаю, что мне будет удобно со связанными за спиной руками, но я полагаю, что мы что-нибудь придумаем по этому поводу, — прозвучало двусмысленно. Он устроился на диване со всем возможным комфортом и благосклонно обратил внимание на картину. Сейчас, когда не нужно было удерживать Девлина чёрной волей, голова начала постепенно приходить в норму. Приходилось признавать, что воздействие может быть строго дозировано, и пока никак иначе. Всю настороженность он упрятал поглубже. Пока было лучше потянуть время, чтобы накопить силы. Картину Стил изучал достаточно долго, чтобы признать несомненный талант художника, о чём и сообщил хозяину дома.

— Небольшая поправка, Девлин. Одна из тех, что вы так хотели мне показать. До такой степени сильно, что решили позаботиться о том, чтобы я не сбежал. Что же, у вас получилось. Должен отметить, что такие радикальные методы не обязательны. Картина действительно хороша, и я готов её купить за неплохие деньги.

Стил сидел на краю дивана с напряжённой прямой спиной. Опереться на спинку мешали руки. Он легко выдохнул, сдвинулся так, чтобы сесть чуть боком, и закинул ногу на ногу. Время от времени взгляд перебегал с картины на Девлина и обратно. Чашку с чаем он заметил, пожалуй, лишь потому, что по комнате распространялся запах. Это и всё, что принёс его весьма настойчивый визави. Как-то слабовато расстарался для дорогого гостя.

— Девлин, постойте, — окликнул его Стил, когда тот взялся за дверную ручку. — Если вы собираетесь оставить меня на этом диване на достаточно длительное время, захватите пару подушек и плед. Стакан с водой. Коктейльную трубочку. Да, не забудьте аспирин. У меня нет особых кулинарных капризов, но омлету я предпочитаю обычные варёные вкрутую яйца. Или кусок любым способом приготовленного мяса. Или рыбы. Кусок хлеба, два свежих помидора, немного соли. Никаких соусов не требуется. Заранее благодарю вас, ступайте. Аспирин и вода в приоритете.

И утомлённо закрыл глаза, привалившись боком к подлокотнику. Дорогой гость... Стил фыркнул одновременно со звуком закрывающейся двери. Судя по звуку, Девлин его запер. В ту же секунду Стил оказался на ногах. Голова закружилась, но тут уже ничего не поделаешь. Он проверил, насколько серьёзно связаны руки, убедился в том, что небрежностью и не пахнет, и прекратил портить кожу на запястьях. Обошёл комнату по периметру, мысленно пнул железный ящик, в который был заперт, постоял рядом с чайной чашкой. Пить, наклонившись к ней, было бы слишком смешно. Закончилось тем, что Стил остановился у окна, сдвинул плечом портьеру и принялся пристально изучать пейзаж на предмет путей к отступлению. Устраивать внезапную инсценировку из остросюжетных боевиков, когда главный герой со связанными руками выбрасывается из окна, Стил не собирался. Не с его везением — это была бы слишком глупая смерть. Забить Девлина ногами до потери сознания он, пожалуй, смог бы. Но для этого нужно было как минимум унять головокружение, как максимум — подождать, пока остынет чай. Заработать ожог при невинном стремлении получить хотя бы один достаточно острый осколок, которым можно перерезать верёвку — тоже фарс.

Да и зачем такие сложности? Он выпьет аспирин. Съест что-то, во что не так просто подмешать наркотик (можно, но сложнее), по возможности заморочит Девлину голову, восстановит силы и снова возьмёт его под контроль. Более качественно. Девлин его развяжет, а потом принесёт ему ключи от двери. Ползком на коленях. Стил хищно улыбнулся в окно. А потом, пожалуй, Девлину можно будет мстить. Достаточно долго и достаточно больно, чтобы гордыню так не саднило.

+1

17

Задержавшись возле двери, Девлин снова взглянул на картину. Напрасно. Вдруг показалось, что изображённые на холсте лица уж очень зловеще скалятся в его сторону. Слишком реалистичные галлюцинации. Скорее всего, виной тому недосып за последние трое суток. Ещё полночи накануне пришлось гоняться за полутрупом среди лесного массива, окружавшего дом. Как ему вообще удалось сбежать? Слишком ненасытная тяга к жизни отмерила столько сил на последний рывок? «Едва живых тоже нужно надёжно фиксировать». Асано не заметил, как задумался, стоя возле двери и не моргая, отрешённо  глядя, будто сквозь темноволосого гостя, даже со связанными конечностями вольготно устроившего на диване.
- Одна из тех, что вы так хотели мне показать…Картина действительно хороша, и я готов её купить за неплохие деньги.
- Пусть будет так, - одобрительно согласился, тряхнув головой. С этим кратким движением самопроизвольные иллюзии рассеялись.
- Я продал бы вам эту картину. «А остальные даже подарил бы в придачу, лишь бы поскорее от них избавиться»,  - но последнее мужчина вслух не высказал, придерживаясь делового тона. Картины телепату нравились, даже очень, но в последнее время от них было больше негативного, чем созерцательно-привлекательного, поэтому было принято обдуманное решение избавиться от серии полотен. Может, это такое проклятье по наследству? Кто будет следующим счастливым обладателем шедевров, того будут преследовать те же кошмары, что и владельца этого дома.
Чертовски клонило в сон, но сначала нужно было с «комфортом» устроить жертву. Стоило выпить кофе, что Девлин и собирался сделать, как только выйдет за дверь. Но пришлось немного задержаться из-за обнаглевшего гостя. «Какая наглость», - мужчина усмехнулся. Связанный азиат вёл себя так, будто это Девлин пришёл к нему домой, и не просто с дружеским визитом, а как минимум прислуживать и выполнять малейшие прихоти возомнившего себя хозяином.
- Я всё принесу. Готовка не займёт много времени,  - ещё один взгляд в восточное лицо гостя. – Надеюсь, в вас влезет, - приторно-сладкая улыбка, прежде чем Асано открыл дверь и покинул помещение, естественно, заперев снаружи. Пока этот человек мог развлекаться в своё удовольствие в одиночестве.
Пару-тройку минут Асано бесшумно постоял за дверью, прислушиваясь ко всему происходящему в комнате, казалось, даже не дыша, чтобы не выдать своего присутствия. Уголки рта дёрнулись в стороны. Тот, кто там заперт, в любом случае никуда не денется, если только не наделён талантом прохождения сквозь стены.  Да (и сигать в окно со связанными руками с третьего этажа)и со связанными руками сигать с третьего этажа в окно – маловероятно - узкоглазый не был похож на идиота. Безмятежно размышляя обо всем выше изложенном, Девлин спустился вниз.
Обжаривая на сковороде рыбу, добавляя специи, Асано самозабвенно представлял то, что могло бы происходить наверху, чем занят его дрогой гость. Наверняка ломает голову над тем, как вырваться из этого дома. «И ты прекрасно понимаешь, что я тебя связал не ради продажи картин», - о, в воображении это выглядело настолько забавно, что мужчина рассмеялся, при этом, чуть не полоснув себя ножом по пальцу, вовремя опомнился. Пожалуй, стоило признать, что лучше претендента на покупку картин ему не найти. Но, увы, придётся искать другого ценителя, так как этот не выйдет отсюда ни с картинами, ни без них.
Девлин всего на пару минут опустился на стул и не понял, как заснул. Очнулся он через десять минут, когда из расслабившейся руки выскользнул нож и с глухим стуком воткнулся в пол. «Яйца…помидоры, что там ещё? Кофе».  По крайней мере, выпитый кофе взбодрил.  Ничего, когда он накормит гостя, а после надёжно зафиксирует, то сможет уделить какое-то время на сон. Главное, чтобы Стил выпил аспирин. Как тому будет казаться, только аспирин.
Выпущенная из сжимавших её пальцев таблетка снотворного канула на дно наполненного водой бокала в сопровождении хищной улыбки на губах мужчины. «Будет достаточно нескольких глотков. Надеюсь, тебе очень хочется пить». Если азиат хочет пить, – сколько времени уже прошло, с тех пор, как он пил? – то, вероятно, опустошит стакан, и действие снотворного продлится дольше. Это было бы весьма кстати.
Отсутствовал Девлин минут тридцать, а может, и дольше. Было бы быстрее, если бы он случайно не заснул, прервав готовку. Но не критично. В конце концов, единственное, что оставалось гостю, - скучать, пока он ждёт возвращения Девлина. А тот уже вошёл в комнату с подносом, сервированным всем желаемым по заказу азиата.
- Заскучали тут без меня? – усмехнулся, приближаясь к мужчине, и, ухватив того за плечо, подвёл к столу и усадил на придвинутый ближе стул.
- Ваш аспирин, - пододвинул ему стакан и указал на таблетку на краю тарелки. – Ах, да, - воткнул в стакан трубочку.
Пока мужчина увлечён или нет приёмом лекарства и созерцанием еды, принялся распутывать ему руки, но не торопясь высвобождать до конца. 
- Я бы не советовал делать резких движений, если только не хотите повторения того, что сделал внизу, - насмешливо предупредил, рассчитывая, что в чужой памяти ещё свежи воспоминания об электрическом разряде, парализовавшем тело; а прежде чем окончательно развязать чужие руки, нацепил на одно запястье наручники и приковал между перекладинами стула.
- Ешьте. Одной руки вам достаточно, - сам же расположился где-то за спиной, в паре-тройке шагов от стула, чтобы не смущать уж слишком назойливо и быть готовым что-то предпринять в случае любых поползновений в свою сторону.

Отредактировано Девлин Асано (2016-12-07 00:13:18)

+1

18

Девлин отсутствовал не так долго, чтобы Стил успел полезть на стену. Впрочем, он успел несколько раз обойти комнату и изучить её непредвзятым взглядом сначала человека, причастного к искусству, а потом человека, который достаточно продолжительное время работал в силовых службах Центра. Здесь было чем прибить владельца особняка. Если он, конечно, владелец. Судя по гонору, этот гражданин вполне мог прибить владельца и нагло захватить чужую собственность. А что? У него на лице не написано... Стил вздохнул. Действительно, на лице не написано. Можно было сколько угодно страдать по поводу собственной легковерности и неосторожности, но склонности к самоедству и рефлексиям у Бриза и раньше не наблюдалось, да и сейчас не было стремления приобщаться.

— Самодостаточность человека легко проверяется по способности не скучать наедине с собой, — философски заметил Стил в ответ на вступительный пассаж вернувшегося Девлина. — Поверьте, я совершенно самодостаточная личность.

Он выразительно потянул носом запах. Довольно аппетитный. Стил умел по запаху определить, разогревали рыбу или поджарили свежую. Он вообще на обоняние не жаловался, для курящего человека оно было феноменально острым.

Стил не вынуждал Девлина проявлять грубость, и повиновался его первому же жесту, проследовав к столу. Получалось, что не отвёл, а пригласил.

— Трубочка была нужна на тот случай, если вы всё же не решились бы развязать мне руки. Девлин, постойте, — Стил поморщился, когда он пристегнул руку к стулу. — Я понял по поводу резких движений. Зачем вы так нервны, как будто это я на вас напал, и теперь вы боитесь. Окажите мне любезность, и проводите в туалет. Кроме всего прочего, я привык мыть руки перед едой.

Бриз ждал, повернув голову так, чтобы через плечо видеть Девлина хотя бы краем глаза, как расплывчатый силуэт. ещё было не время действовать, он не настолько хорошо себя чувствовал, чтобы геройствовать. Кроме того, оно всё же не верил в какие-то фатальные для себя последствия. Если бы Девлин хотел его убить, уже убил бы. Давно сорвался бы от первой же шпильки. Признаться, он вообще не понимал, что происходит и к чему все эти длинные ритуалы.

К чести любезного владельца дома, он не стал корчить из себя вселенское зло со склонностями к физиологическим пыткам, и отвёл Стила в туалет. Причём не присутствуя при процессе. Что же, стоит сказать спасибо и за малые милости. Стил, конечно, не отличался вселенской стеснительностью, но не считал даже очень близкое знакомство поводом беседовать во время визита в туалет.

Он придирчиво проверил, действительно ли нет крови на голове, умылся, отпер дверь и с самым рассеянным видом шагнул ближе к Девлину.

— Вы очень любезны, — Стил настойчиво поймал его взгляд, мягко захватывая его тело в собственное распоряжение. Проверял свои возможности. Качнулся в сторону, сразу в другую, как кобра, покачивающаяся в боевой стойке. Стандартная проба синхронизации захваченного тела с контролирующим разумом, азы использования чёрной воли. Связь с телом Девлина была, но она ощутимо тормозила. Так что планы по получению собственного телефона пришлось отложить.

Стил глубоко задумался над проблемами с контролем способности, и разорвал связь. Что же, Девлин вернул его в исходное положение за столом, выразительно щёлкнул наручник. Стояние над душой несколько нервировало. Стил критическим взором оглядел сервировку, удовлетворённо кивнул. Осторожно кивнул, стараясь не тревожить голову лишний раз.

— Не стойте за спиной, сделайте одолжение. Присаживайтесь, Девлин. Обещаю не бросать в вас солью.

Он ещё подумал, сделал глоток воды, и занялся едой. Сам Девлин готовил, или у него был штатный повар, какая разница. Главное, что готовил этот человек неплохо.

— Вкусная рыба. Вы знаете, рыбу очень просто испортить в процессе приготовления. Девлин, я пока не могу вас раскусить. Вы... странный человек, — Стил отпил глоток воды, проглотил таблетку и снова обратил внимание на рыбу. Помидоры тоже были свежими, хорошего качества. Он ел без спешки, время от времени задумываясь. Отсутствием аппетита Стил не страдал даже в стрессовых ситуациях.

— Скажите, Девлин. Если я начну сейчас вам угрожать, это возымеет действие? — Стил подсолил помидоры, взвесил на руке солонку, задумчиво поставил её на место и взял в руку вилку. Обычная столовая вилка при необходимости становится серьёзным оружием. В руках того, кто умеет им пользоваться. Стил умел, но всё ещё не мог полагаться на своё тело, как и на свою способность.

— Вы же понимаете, что меня будут искать. Знание обычного полицейского протокола логически подсказывает, что нас видели вместе на выставке. Внешность у меня запоминающаяся, кроме того, подписанные чеки документально подтверждают, что на выставке я был. А с кем был — полагаю, что в залах ведётся видеонаблюдение. Логическая цепочка понятна? — Стил доел и спокойно пил воду. Неладное он заподозрил, когда комната слегка покачнулась и поплыла перед глазами. — Вы меня всё-таки чем-то накачали. Господи, как примитивно...

Пришлось сдвинуть тарелку, чтобы положить голову на стол, когда она станет совсем тяжёлой.

— У вас ещё есть время отстегнуть наручник и довести меня до дивана, — Стил критически прищёлкнул языком. — Пока я ещё могу идти, разумеется. Так за мной ещё никто... не ухаживал.

Он ненадолго прикрыл глаза ладонью, чтобы комнату так сильно не штормило, и положил всё-таки голову на стол. Ещё Стил хотел сказать Девлину, что он сволочь, но не успел.

+1

19

- Какая восхитительная колкость, - констатировал в полголоса, практически по слогам выговаривая слова в ответ на саркастичное обещание собеседника не бросаться солью в хозяина дома. Восхищение. Это именно то, что в какой-то мере сейчас испытывал к этому человеку Девлин. Не мог сказать, почему. Только убеждался, что не ошибся в выборе новой жертвы своих пристрастий. Красивый, молодо выглядящий мужчина, с яркой внешностью, а значит, не похожий на других и явно наделённый каким-то незаурядным талантом – всё, как любил Асано.
Он ещё на пару шагов отступил от стула, на котором сидел азиат, неторопливо прошёлся по комнате из стороны в сторону.
- Вы чего-то боитесь? – в этот момент он остановился и развернулся, направив чуть насмешливый взгляд в спину гостя.  – Слышали когда-нибудь, что соль отпугивает злые силы? Солью посыпали порог, чтобы демоны не могли проникнуть в дом.
Девлин немного постоял, поглядывая на человека сидящего за столом и безмятежно потребляющего еду, бросил краткий взгляд в сторону картины и всё же решил опуститься на диван, неотрывно смотря на гостя.
Девлин наблюдал за тем, как мужчина ест, за его движениями, как чужая рука берётся за стакан с водой и подносит его к губам. Поощрительно отметил, что пьёт дорогой гость безо всяких подозрений. Впрочем, если вода и имела вдруг какой-нибудь привкус, то тот перебивался вкусом поступающей внутрь пищи. Что к еде прилагалось кое-что ещё, станет ясно, лишь, когда снотворное уже подействует, и азиата начнёт клонить в навязанный сон, тогда, может, и наступит запоздалое озарение.  Мысли об этом вызвали невольную улыбку, как и только что прозвучавший комплимент его кулинарным навыкам. Пусть он никогда не считал их чем-то выдающимся. Почему бы мужчине просто не уметь готовить? Делать это хотя бы для себя.
Ещё  это умение решало проблему поиска подходящего персонала. К тому же Асано не был уверен, что желание убивать, не возобладало бы над желанием получать вовремя вкусные завтраки, обеды и ужины и что-нибудь в перерывах между ними. Это было не просто умением, это было спасением. Спасением ценных кадров. Асано справедливо полагал, что тем самым его навыки спасли жизни как минимум десятку поварам, ведь ему было бы сложно сдерживать порывы к насилию, если бы время от времени кто-либо находился рядом с ним. В принципе было не безопасно подолгу находиться вблизи него. Всё равно, что попасть в западню, смыкающую свои смертоносные объятия, едва кто переступит порог этого дома.
- Приятно, что вам нравится, - украдкой он снова улыбнулся, дёрнув бровью, когда гость очередной раз притронулся к стакану. – Испортить можно всё, что угодно, если допускать ошибки в процессе приготовления, - едва пожал плечами, откинувшись на спинку дивана и, небрежным жестом закинув руку за голову, немного растрепав волосы на затылке. Казалось, что мужчина расслабился, но между тем всё-таки не переставал наблюдать за Стилом. Тот продолжал трапезу, не замечая ничего подозрительного в том, что поступало в организм вместе с едой.
«О, да». Веки моментально сомкнулись, а края губ шире разошлись в улыбке, даже послышался еле сдерживаемый смешок. Чужие слова звучали как давно знакомая мелодия, которую был готов слушать из раза в раз с тем же восторгом, что она вызывала впервые.
- Смотря, чего хотите этим добиться, - спокойно отозвался.
Собеседник не угрожал, даже не предупреждал, подбирал слова так, словно выстраивал защиту и одновременно выносил вердикт. У Асано возникло логичное предположение: а не является ли оппонент сотрудником соответствующих структур?  Построение речи отличалось, но суть всегда была одной и той же: их будут искать. Будут, их всегда ищут, но шанс найти невелик, и его можно свести до минимума.
- Конечно, вас будут искать, - Асано кивнул, открывая глаза, а наполнившаяся ехидством улыбка так и не сходила с губ. – И я так же понимаю, что произойдёт это очень нескоро. Может пройти несколько дней, прежде чем кто-нибудь придёт к выводу, что вы пропали. Мне хватит времени…насладиться вашим обществом, - телепат поднялся с места, как только заметил, что гостя повело, его тяжелеющая голова опускается на стол, и чёрные пряди съезжают по плечам, скрывая лицо.
- А зачем ломать голову над чем-то другим, когда есть такой простой и безболезненный способ, - говорил ласково, но таким тоном, будто визави непременно должен быть признателен за то, что он угостил его снотворным, а не разрядом высокого напряжения.
Подойдя к нему, Девлин  прежде всего, сдвинул тарелку дальше, отодвинул от края стакан, отцепил наручники от стула и сковал ими обмякшие кисти за спиной. Аккуратно потянул мужчину за плечи назад, и пока почти расслабившееся тело было способно на какие-то движения, помог ему дойти и опуститься на диван. Подождал минут десять, чтобы убедиться, что жертва пребывает в глубоком сне и не пробудится от прикосновения. Пока дожидался укрепления эффекта, занимал себя изучением красивого лица. При близком рассмотрении спящий мужчина выглядел старше, чем Асано изначально думал, но всё ещё сложно было в точности определить его возраст. Пальцы коснулись бледной скулы, прочертили по коже до губ, коснулись их. Слишком мягко для проверки. Девлин схватился за волосы и потянул голову вверх – такой жест точно вызвал бы бурный протест у обладателя этой роскошной шевелюры. Отпустил пряди, разжав ладонь, самодовольно отметив, что клиент крепко спит.
Теперь начиналась самая увлекательная стадия маниакального гостеприимства.
Девлин присел на край дивана и принялся раздевать бесчувственного азиата. Расстегнул на нём брюки и приспустил с бёдер, переворачивая тело, как удобнее для разоблачения. Прежде чем окончательно избавить от брюк, снял с него ботинки и носки, трусы тоже отправились к остальным вещам, – не церемонясь, закинул их в ящик, в котором до этого был заперт одетый гость. Оставил на нём только рубашку, чтобы кожей не ощущалась прохлада, хотя это было нелогично, ведь на улице 25-е августа, да и в доме было достаточно тепло. Это скорее походило на иллюзорную защиту, прикрытие. Так как только полностью обнажённый человек мог в полной мере почувствовать себя беззащитным и уязвимым перед лицом опасности, целиком и полностью прочувствовать этот момент. Конечно, зависело и от личностных качеств и восприятия. Насколько смутит положение этого человека, будет видно, когда он проснётся.
А пока Девлин, подхватив тело под подмышки, перетаскивал его в другое помещение, обставленное ещё более минималистично. В комнате присутствовало всё необходимое…необходимое маньяку, включая теперь и жертву, кого он уложил грудью на стул так, что голова оказалась продета под перекладиной спинки, вторую перекладину мужчина закрепил под шеей. Так, чтобы на горло не давило, но и голова оказалась зафиксирована между ними так, что просунуть не удастся при всём желании.  Обнажённые бёдра примотал к ножкам верёвками, надежно, но чтобы не перетягивало мышцы, чтобы просто крепко держало без вреда для конечностей. Запястья за спиной сдерживали наручники.
Всё же голова спящего была наклонена вниз, перекладина наверняка давила на шею, что могло затруднять дыхание - это небольшое упущение было исправлено подставленной табуреткой. Асано аккуратно повернул чужую голову, чтобы уложить набок, и смахнул длинные волос со спины.
«Прекрасно», - мужчина восторженно вздохнул, поддев  край рубашки ладонью и обводя ею обнажённый бок под тканью, усмехаясь тому, как воспримет новое положение проснувшийся азиат. Вторая ладонь прошла между ног к промежности, бережно приласкала мошонку. Как сложно сдержаться, лицезря столь будоражащий воспаленное воображение вид. Асано не сдерживался, надавливая пальцами на сфинктер и протискивая один вглубь. Мышцы у спящего человека были расслабленны, так что не приходилось прилагать особых усилий, после нескольких фрикций присоединил к первому второй палец, напористо повторяя возвратно-поступательные движения. Свободной рукой потянулся к своим брюкам, расстегнул молнию и остановился, убрав руку от тела. Трахнуть бесчувственного человека – заманчиво, но не так волнующе, как если бы он был в сознании и во всех красках выражал бы реакции на притязания в свой адрес. Стоило подождать, чтобы добиться этого. Ещё несколько фрикций, и Девлин поднялся, оставив связанное тело в покое…лишь на время. Ему же в этом случаем мог помочь успокоиться только холодный душ.
Телепат покинул комнату, напоследок бросив взгляд через плечо. Запирать эту дверь не было необходимости – уж из такого положения жертва никуда не уйдёт, даже толком сдвинуться не сможет. Со спокойным упоением думая об этом, Девлин  принял душ, накинул халат и только сейчас вернулся к ощущению, когда невероятно клонит в сон. Но ему было сложно уснуть, когда в соседней комнате, буквально за стеной то, что не даёт покоя, вызывая фантазии сексуально-извращённого характера. Асано пришлось принять снотворное, чтобы хоть сколько-нибудь поспать. Извращения – прекрасно, но пусть весь мир пока подождёт, пока мужчина не выспится. А у незадачливой жертвы пока будет шанс в одиночестве прочувствовать всю прелесть сложившихся обстоятельств, если азиат проснётся раньше маньяка.

+1

20

Пока ещё было возможно, Стил успел подумать, что желать нужно как-нибудь поаккуратнее. Он ведь мечтал как следует выспаться? Вот, пожалуйста. Сначала он благополучно спал после удара шокером, а теперь получил неизвестную дозу неизвестного вещества с отчётливым снотворным эффектом. Надо будет взять на вооружение. Медики Центра будут в восторге, когда к ним заявится начальник Службы Надзора и попросится в медикаментозный сон. Желательно, в охраняемую палату. Одиночку. А почему нет?

— Старые методы — лучшие методы? — не слишком выразительно поинтересовался Стил, еле передвигая ноги по направлению к дивану. Девлин любезно поддерживал его и даже помог лечь. Лучше всего, конечно, было притвориться спящим, и когда его изобретательный визави потеряет бдительность, устроить ему целенаправленный персональный геноцид. Проблема заключалась в том, что притвориться Стил не успел — он на самом деле отключился, да так качественно, как и не чаял.

Что конкретно происходило дальше, он бесславно пропустил. Сложно упрекнуть в этом человека, которому скормили такое количество химии, да ещё и со специальной целью выключить. И просыпался Стил долго и сложно. Он вообще не ориентировался в пространстве, попытался открыть глаза и повернуться набок, почему-то не получилось ни первое, ни второе, и он снова заснул. Следующая мысль выкристаллизовалась из тягостного ощущения затёкшего тела и дискомфорта. Он привык спать укутавшись в одеяло по самые уши, сейчас этого не было. Снова хотелось пить. Он сглотнул и снова попытался повернуться набок, не преуспел и только тогда понял, что лежит на чём-то жёстком, почему-то на животе. И не очень-то лежит, и не совсем на животе. Руки свело неприятной судорогой, за спиной звякнули наручники. А ещё появилось неприятное и крайне подозрительное ощущение, что категорически не хватает кое-каких деталей одежды.

Стил поёжился, понял, что он хотя бы в рубашке, заключил, что кроме рубашки на нём нет ничего, и поза крайне отличается от приличной. Он был расположен в каком-то любопытном аналоге... а как вообще называется это изобретение, когда голова зажата в деревянной доске с прорезью? Из головы выскочило. Любой нормальный человек испугался бы, начал бы кричать, звать на помощь, требовать или умолять (опционально) чтобы его отпустили. Стил тоже не стал соблюдать торжественную тишину.

От взрыва хохота по полупустой комнате даже эхо шарахнулось. Стил смеялся до слёз, с трудом затыкался, чтобы перевести дыхание, и снова начинал хохотать. Успокоился он только когда живот начал болеть от смеха. Ну что же, это было даже на пользу — не имея возможности сменить позу, он хотя бы размялся слегка.

— Сука, — негуманно отозвался Стил о затейнике Девлине и, наконец, перевёл дыхание. было время оценить серьёзность положения. Он по-прежнему не верил, что находится в безвыходной ситуации, и даже припомнил, что снилось. Снилась какая-то очень белая и совершенно пустая комната. Возможно, эта комната была тут, в доме, и он видел её в одно из предыдущих пробуждения? Стил прислушался к себе внимательнее и скептически пожал плечами. Вряд ли. Значит, порождение одурманенного мозга.

Как мог, размял руки, подвигал плечами, осторожно повернул голову и прошипел сквозь зубы проклятье — шея хрустнула. Попытался распрямиться, понял, что голова просто не пролезает назад и понял, что едва касается коленями пола. Касается, конечно, но без надёжной опоры. Широко раздвинутые ноги были прикручены к ножкам стула, а стул попался достаточно тяжёлый. Идиотизм положения заключался в том, что сдвинуть стул он не мог. Вообще. И даже не потому, что это было какое-то монументальное дубовое сооружения позапрошлого века, а просто по причинам физического характера — нет точки опоры, нельзя даже согнуть или разогнуть ногу. Конечно, он попробовал заставить тело совершить невозможное и мышцы тут же дружно заорали, уходя в отказ. Включение чёрной воли по отношению к себе, любимому, было ошибкой, и Стил тут же спохватился, даже утешительно забормотал себе под нос что-то типа «Ну всё, всё... всё, успокойся, вообще мораторий объявляется на экстрим».

Почему-то сразу после этого представил, как выглядит со стороны и снова прыснул смехом. На этот раз невесёлым, и даже мрачным. Как-то уж очень красноречиво выглядела поза в сочетании с раздетостью.

— Всё равно странно. Слишком много телодвижений ради банального полового акта. Избыточно длинная цепочка действий.

Он прислушался с подозрением покривил губы. Кажется, его похититель где-то рядом. По крайней мере, кто-то дышит. Судя по состоянию тела, пока покушение на его предполагаемую невинность не состоялось.

— Скажите, Девлин, — вкрадчиво промурлыкал Стил. — А ваши предыдущие жертвы прохаживались по поводу вашего мужского здоровья? Потому что мне кажется, что именно им я обязан столь неприятным и уже поднадоевшим положением тела... Проще говоря: какого хрена, Девлин?! Это что, какая-то изощрённая пытка? Пытка ожиданием неизвестно чего, неизвестно зачем, с неизвестными последствиями?Я могу преподать вам мастер-класс на заданную тему, совершенно безвозмездно. То есть, даром.

Он снова повернул голову, с раздражением отметив, что в роли «похищенной принцессы» как-то не слишком убедителен. Больше всего бесило то, что он даже разгневаться не мог, не чувствуя себя смешным. В самом деле, что он мог предъявить? Гневно вздрагивающую задницу? Очень грозно.

Отредактировано Стил Бриз (2017-01-06 05:02:51)

+1

21

Мужчина открыл глаза, чувствуя невероятный прилив сил и бодрости. Его переполняло самое восхитительное ощущение, что он испытал за последние несколько часов, не считая того, что накануне, перед тем как ехать в город в незапланированных поисках очередной жертвы, отправил на тот свет человека, с которым успел ранее вдоволь наиграться.
На Асано был только халат, в чём он и отключился на диване в соседней комнате; в принципе, будучи в собственном доме можно было больше ничего и не надевать, но мужчина машинально натянул брюки, будто собирался куда-то выйти, либо решил принять приличествующий вид перед гостем. Хотя какая разница, как его внешний вид воспримет пленник? В столовой Девлин выпил кофе, пролистывая свежий каталог Сотби`с, не акцентируя внимание ни на одном из представленных лотов. Сейчас его интересовала лишь новая жертва, дожидающаяся его наверху. Несколько минут походил  по верхнему этажу, прислушиваясь к звукам из той-самой-комнаты, когда проходил мимо. Когда его путь лежал обратно, Девлин остановился возле приоткрытой двери. По этажу буквально прокатился до дикости громкий смех, который вызвал смешок и у него. Значит, пленник проснулся и осознал всю бедственность своего положения, что подкрепил ёмкий и нелестный отзыв о хозяине дома. О, мат в его адрес ещё никогда не звучал так приятно, пожалуй, приятнее, чем положительные характеристики. Так ласкает слух. Заметно, что мистер Бриз злился, но всё ещё не боялся, к какому выводу пришёл Асано, проанализировав реакцию проснувшегося мужчины. Что ж, гость имеет полное право злиться, учитывая, где находится и в какой позе располагается. Хозяина дома поза устраивала  чуть более чем полностью - обеспечивала удачный подступ к тылам.
Когда пленник ненадолго замолк, засмеялся переступивший порог Асано, тихо и сдержанно, но так чтобы его слышали.
- Рад, что вас забавляет ваше нынешнее положение, - несколько шагов, обходя пленника.
- О..простите, - остановился, медленно опуская взгляд вниз. На концы волос он наступил совершенно случайно, чему усмехнулся и медленно убрал ступню, отступая на шаг назад, при этом прослеживая реакцию визави на каждый жест. Асано отодвигает табуретку – пленнику больше не нужна опора, так как он проснулся и способен держать голову навесу самостоятельно - и садится напротив. Кончики пальцев, коснувшиеся чужого подбородка, твёрдым движением вздёргивают лицо вверх.
- Хорошо спалось? Голова не беспокоит? – не то чтобы Асано интересовало состояние азиата на данный момент, была любопытна реакция на вопрос, и какой взгляд будет направлен в лицо похитителя.  От подбородка он проводит пальцами по щеке, по скуле, подцепляет выбившиеся пряди и бережно отводит их за ухо. Не слишком результативно, волосы жертвы всё равно растрёпаны. Девлину просто хотелось к нему прикоснуться.
Он пожимает плечами параллельно репликам об избыточности действий перед грядущим насилием.
- Вам хотелось перекусить и принять таблетку,  я всего лишь дал вам то, что вы просили. Могу заверить, что ни голодом, ни жаждой морить вас не собираюсь. Как только вы захотите есть или пить, я выполню эти пожелания. Туалет в этом доме также в вашем распоряжении, - последнюю фразу он произнёс, с усмешкой глядя в лицо связанного человека, и спокойно добавил:
- Душ, кстати, тоже. - Насиловать и применять любые другие противоправные действия, было приятнее по отношению к чистому и хорошо пахнущему человеку; Асано, конечно, был извращенцем, но не из тех, для кого некто источающий дурные запахи вдруг стал бы привлекателен для полового контакта. Соблюдение гигиены никто не отменял. К тому же это обеспечивало некоторую безопасность в плане здоровья, которое с таким ехидством в интимном ключе упомянул собеседник. Пока что собеседник, почему бы и нет? Девлину нравилось разговаривать с жертвами. Среди них попадались интересные личности, впрочем, иные за редким исключением привлекли бы внимание маньяка.
- Думаете, что до вас были другие? – уголки рта едва дрогнули, выдавая краткую улыбку. – Может, вы первая…жертва, - он не подтверждает и вместе с тем не опровергает предположений оппонента, не собираясь признаваться ни в чём из того, что могло его ещё больше скомпрометировать. При любом раскладе Девлин всегда придерживался правила: не быть излишне откровенным с жертвами. Ведь случись так, что кому-то из них удалось бы сбежать (а такого Асано не допускал), то у полиции оказался бы очень ценный свидетель. Было бы крайне глупой ошибкой просвещать жертв о том, что они здесь не единственные, что до них были другие и как маньяк с ними обошёлся.  Ведь ничего не знающая о других преступлениях жертва, смогла бы поведать лишь о своих злоключениях. Обо всех тех действиях насильственного характера – кажется, так указывают в протоколе?
Лишь на минуту задумался о побеге, которого не допустил бы, а губы растягиваются в красноречивой улыбке. Телепат поднимается, оттолкнув ногой табуретку в сторону, и произносит несколько слов, стоя над собеседником:
- Я не могу загадывать, какие последствия вас ждут, но могу с уверенностью сказать, что они будут, - по язвительной интонации голоса ясно, как мужчину забавляет вся эта ситуация. Он делает несколько неторопливых шагов и останавливается за спиной Бриза.
- Мастер-класс на тему того, в какой позе вас эстетичнее отыметь? – сдерживая смех, Девлин распахивает халат, спускает его с плеч и опускается на колени медленнее, чем предмет одежды съезжает на пол, обнажив крепкую спину. – Я с удовольствием послушаю. Приступайте, и в процессе можете ни в чём себе не отказывать, мистер Стил Бриз, - мужчина с нетерпением вздохнул, пальцами расстегивая молнию и приспуская брюки с бёдер, предвкушая тот момент, когда овладеет этим телом, не испытав при этом ни грамма угрызения совести. Это осознанное преступление, и он вменяем, будучи готовым, совершить его ни раз, пока ему не надоест и не возникнет желания избавиться от жертвы. А пройти могут недели.
Одна ладонь ощупывает обнажённое бедро пленника, вдавливаясь подушечками пальцев в кожу, оценивая её упругость, пока второй рукой мужчина ласкает собственный твердеющий член. Дыхание за спиной Бриза становится частым и шумным. Девлин немного запрокидывает голову, прижимаясь пахом к азиатским ягодицам, потираясь меж ними эрегированным органом.  Приложившись в шлепке к обнажённому бедру азиата, свободная рука смещается к его паху, деликатно ощупывая мошонку и обхватывая член, стимулируя размеренным движением от основания к головке.
- Не переживай, я всегда использую презервативы, - приглушённо-интимный голос. Мужчина произносит это со спокойной мягкостью, склоняясь и сжимая зубами ткань, скрывающую чужую спину, синхронно с неспешным движением руки скользя членом по ягодицам. Пока что Девлин не приступал, как ранее выразился Стил, к банальному половому акту, чтобы жертва прочувствовала этот момент собственной беспомощности и неизбежности насилия.

+1

22

Есть неплохой способ проверить того, кто временно является хозяином положения. Стил это прекрасно знал — он сам в подавляющем большинстве случаев был именно хозяином положения, и тщательно следил за тем, чтобы не прослыть закомплексованной злобной тварью. Ну, быть тварью он был ещё согласен. Злобной тварью — тоже. Но вот в закоплексованности его никто не смог бы обвинить. Сколько раз он стоял вот так рядом с пленником, который всячески старается вывести из себя тюремщика? И не сосчитать. Так вот. Если хозяин положения в ответ на хохот жертвы кидается с побоями, то о сохранности лица можно уже не упоминать. Этим тюремщик расписывается в своей полнейшей никчёмности. Что же. Девлин решил посмеяться. Вполне достойно.

— Это на самом деле довольно забавно, — почти светским тоном ответил Стил, и тут же увидел, что Девлин наступил ему на волосы. Не столько увидел, сколько почувствовал. И тут же поймал себя на том, что от подступающего к горлу гнева вот-вот сорвётся.

«А вот за это я тебя, пожалуй, убью».

Что же, по крайней мере, он убрал ногу и озвучил ни к чему не обязывающие извинения. Стил молча проглотил желание высказать угрозу вслух. Нет, конечно, можно было укусить Девлина за руку, когда он брал табурет, но привычка рассчитывать коэффициент полезного действия не подвела Стила — он поднял голову, не мешая ему отодвигать табурет, и молча дождался, пока упивающийся властью Девлин сядет. Он ведь упивался? Наверняка. Иначе это было бы слишком нелогично.

На хозяйское прикосновение к подбородку Стил отреагировал сравнительно спокойно — не поморщился, не стал метать взглядом испепеляющие молнии. Только вопросительно приподнял одну бровь, от чего она выгнулась, придавая его лицу довольно ироническое ядовитое выражение.

— Я привык спать в более комфортных условиях. Однако голова не беспокоит совершенно.

Прозвучало двусмысленно, то ли он признавал, что голова не болит, то ли расписывался в полном отсутствии её ценности. Он пристально смотрел в глаза Девлина, примериваясь и размышляя на более насущные темы. А именно — получится ли сейчас? Чёрная воля была с ним, но она почему-то вела себя нестабильно. Наверное, сказывался удар по голове и последующий электрошок. Или остатки снотворного ещё не выветрились? Чёрт возьми, да и положение дурацкое. Заставить его освободить себя — отойдёт отвязывать за спину и выйдет из зоны контроля. Плохо. Очень плохо. Чтобы выпускать жертву из поля зрения и быть уверенным, что все приказы будут выполнены, нужно вернуть нормальное состояние рассудка. Что-то было не так — как будто синхронизация расстроилась, и теперь работала с перебоями.

— Вы, вероятно, плохо расслышали, Девлин, — сухо сообщил Стил. — Я просил не только еды, воды и таблетку от головной боли, но также подушку и тёплый плед. Впрочем... — он попытался отстраниться от довольно ласковых прикосновений, в чём не преуспел, — должен отметить, что если кому-то сейчас взбрело бы в голову проверить ваши действия на соответствие с Женевской конвенцией по обращению с военнопленными, вам, возможно, выдали бы какую-нибудь премию за повышенный гуманизм. Не исключаю такой вероятности.

Несмотря на свою весьма красноречивую позу, Стил не стал корчить из себя пленного партизана и дёргаться. Напрасная трата сил. Стоило перейти в экономичный режим, и как можно быстрее восстановить свой контроль над чёрной волей, не тратить силы ни на что больше. Наивысший приоритет. Но вот недоверчиво фыркнуть, когда Девлин назвал его первой жертвой, Стил себе позволил. Он сам был «коварным злодеем», «похитителем», «виновником всех бед», «тираном и мучителем»! По крайней мере, подопытные так считали. Господи боже, ну какой же профессиональный тюремщик поверит, что похититель-дебютант так тщательно подготовится? Ни одной критической ошибки в действиях Девлина Стил не заметил.

«Это была бы самая идиотская рекомендация для отдела кадров. Зато частично решил бы кадровую проблему. Господи, конечно нет. Только этого мне не хватало. Не сработались бы ни за что, после такого-то... Хотя...»

Идея определить Девлина в надзиратели Центра показалась до такой степени нелепой, что в порядке бреда даже была тщательнейшим образом рассмотрена. И отвергнута, разумеется. Отвергнута, отвергнута! Даже и речи быть не может!

— Отыметь?! — крайнее изумление в голосе Стила могло показаться нелогичным. Как будто поза не наводила на мысли, и потом, сам же упомянул половой акт. Он даже попытался оглянуться на Девлина, который обошёл его и уже стоял где-то в непосредственной близости к совершенно незащищённым тылам.

— Я имел в виду мастер-класс по другой части, но не думаю, что стоит вообще об этом заговаривать. Чтобы не наталкивать вас на, мягко говоря, максимально нежелательный поворот событий.

Сам заикнулся на тему изощрённых пыток, тоже, преподаватель нашёлся. Следовало немного придержать природное ехидство, которое внезапно принялось продвигать идею независимости языка от мозга. Зато красноречивый звук расстёгивающейся молнии на брюках как бы подтвердил намерения. Впрочем, Девлин не стал на него кидаться, и Стил с усилием расслабил пальцы скованных за спиной рук — невольно согнул, как будто собирался кое-кому выцарапать глаза. Впрочем, собирался. Немного позже. Когда руки будут свободны.

— Итак, — занудным голосом прокурора, зачитывающего суть уголовного дела, начал Стил, — вы утверждаете, что решили меня отыметь. Какое грубое слово. Поделитесь своими соображениями, Девлин, меня снедает любопытство. Вы ведь не знали меня раньше, до встречи на выставке?

Он всё же дёрнулся, когда к бедру прикоснулась чужая ладонь. Подался бы вперёд, пытаясь избежать прикосновения, но некуда. Только мышцы напряглись, причём все и сразу.

— Хотелось бы знать, — процедил он сквозь зубы, — стоит ли мне чувствовать себя польщённым таким вниманием. Было бы крайне обидно осознавать себя первым встречным, подвернувшимся под руку.

Стил подумал, что если бы был более скромным и приличным мужчиной традиционной ориентации, сейчас его мир с грохотом бы рушился, погребая под собой самоуважение, гордость и так далее. Но он не был ни скромным, ни приличным. Репутация у Стила была, откровенно говоря, отвратительная. Если выразиться культурным языком — неразборчивость в интимных связях, так, кажется, звучало бы. Правда, немного обидно, что половина сексуальных подвигов, которые ему приписывали злые языки, существовала исключительно в воображении тех, кто распускал слухи. Ладно, хоть блядью не называют открыто. Великое дело — профессиональная репутация. От всего прикроет.

Судя по тому, как дышал Девлин, а так же по недвусмысленно прижавшемуся к нему сзади твёрдому члену, его действительно собирались отыметь. Возможно, без куртуазных «могу ли я». К собственному удивлению, Стил достаточно благосклонно принял этот знак несомненного внимания и собственной сексуальной привлекательности. Без попыток использовать потом его служебное положение, кстати. Само по себе занимательно. В ответ на шлепок Стил только поморщился — недолюбливал это откровенно порнографическое движение, но пока Девлин только тёрся членом об его зад и в такт движениям бёдер умело его возбуждал. Можно было высказаться по этому поводу с ядерным сарказмом и растереть в порошок его возбуждение, но... чёрт, вот это было бы совершенно ни к чему. Потому что ощущение абсолютной беззащитности и беспомощности действительно заводило. У Девлина хватило наглости не спрашивать его согласия.

Стил не собирался проявлять стойкость характера и бороться с возбуждением, разве что сдерживался, стараясь дышать ровно и бесшумно. Из-за этого получалось с перебоями и немножко нервно. Услышав про презервативы, Стил только процедил сквозь зубы «господи» и закатил глаза.

— Вы на что рассчитываете, Девлин? Что я начну рыдать и просить пощадить мою девичью честь? Или похвалю вас за разумность и предусмотрительность при случайных половых связях?

Пришлось покусать губы, чтобы немного восстановить сбившееся дыхание. Пальцы Девлина оказались вкрадчивыми и умелыми, Стил откровенно наслаждался прикосновениями. Кроме всего прочего, рассудок подсказывал: радуйся, пока всё хорошо, возможно, скоро станет очень плохо. Существуют менее хлопотные способы затащить в кровать понравившегося человека любого пола. Значит, дело не только в «отыметь». Стил нервно выругался сквозь зубы. Этот поворот мыслей едва не стоит ему эрекции.

— Я всецело одобряю использование презервативов, Девлин, — величественно сообщил Стил, сдавленно зашипел, подавив неуместный томный вздох, и проглотил банальную фразу «делай, что собирался».

Похоже, скоро снова появится повод над собой посмеяться. Нападение насильника могло закончиться тем, что затраханный до потери пульса насильник храбро убегает под прикрытие кустов. Что же, Стил мог расписаться в собственной несостоятельности, как любовника. Всё было просто, как веник — ему ещё не доводилось попадать к кому-то на член просто потому, что он такой весь распрекрасный и привлекательный. Возбуждающим фактором выступало что угодно, только не он сам — положение, адреналин, злость, желание отомстить, гордыня, дальний расчёт. Впору пожалеть себя. Или поздравить, опционально — среди толпы незнакомых людей Девлин выбрал именно его. Чтобы привязать к дубовому стулу и трахнуть без разрешения. Стил скривил губы, стараясь хотя бы не дышать ртом, это слишком быстро перешло бы в недвусмысленные звуки. Нет, конечно, есть что-то приятное в ситуации. Можно позволить себе всё, что угодно, поскольку его согласия, вообще-то, никто не спрашивал.

+1

23

Болтливость жертвы ни сколько не раздражала мучителя. Более того это привносило приятный диссонанс в ситуацию, пусть немного и отвлекало от намерений. Азиат не кричал, ни о чем не умолял, не взывал к милосердию и не угрожал, немного агрессировал (особо восхитительной была мысленная агрессия), но это только прибавляло ему притягательности. Девлин откровенно любовался этим любопытным субъектом, который, похоже, не ощущал себя жертвой в полной мере, несмотря на то, что это он был не в двусмысленной позе привязан к стулу и непременно будет подвергнут сексуальному насилию.
- Ве-ерно. Вы же не станете подсказывать, чтобы не усугублять своё положение, - протянул вкрадчивым полушёпотом. Безусловно, никому не захочется ухудшать и без того незавидное положение. Логичный ход.
- То есть такой поворот для вас наиболее желателен? – озвучил не то чтобы интерес сквозь тихий краткий смех, а скорее уточнение. 
- Если бы не этот тон, то я решил бы, что у вас комплексы, и вы сомневаетесь в своей сексуальной привлекательности, - пока звучала выразительно ласковая речь, мужчина наклонился вперёд и практически прилёг на жертву сверху, опираясь согнутой в локте рукой поперёк спины. Пальцы другой поддели тонкую чёрную прядь, вытягивая её из общей массы волос и разглаживая по всей длине. Такие гладкие и блестящие, и даже концы не секутся. Было отчётливо заметно, что обладатель смоляной шевелюры с особой тщательностью следит за состоянием своих волос. Это было любопытно – видеть мужчину с такими длинными и настолько ухоженными волосами, когда как далеко не каждая представительница прекрасного пола могла таковыми похвастаться.
- Нет, никогда не видел вас прежде. Сегодня мы встретились впервые. - Пальцы разжались, выпуская концы ускользающей пряди волос. Позже ещё успеет изучить по всем интересующим его параметрам этого человека.
Ладонь легла на плечо, обвела спину, минуя скованные наручниками запястья, огладила прикрытую краем рубашки поясницу, когда Девлин приподнялся. Другая после нескольких томительных секунд вернулась к обласкиванию чужих гениталий. Ладонь легко обхватила затвердевший член и издевательски медленно переместилась от основания к головке и обратно, повторив эти движения несколько раз. А едва почувствовался отклик азиатского тела, пальцы разжались, и прикосновение ускользнуло.
- Как интересно, - позволил себе усмешку параллельно с возбуждённым вздохом. – Никогда раньше не задумывался:  польстит ли жертве недвусмысленное внимание насильника. Я наблюдал за вами в галерее. Вы же не стали бы брать первую попавшуюся картину, которую увидели? А предпочли бы выбрать соответствующую вашим вкусам, - в этом метафорическом высказывании мужчина, в самом деле, сравнивал человека с произведением искусства, выбранного им по сиюминутной прихоти. Может, не такой уж сиюминутной, но непременно требующей удовлетворения. И в данный момент Асано ничто не мешало воплощать свои желания.
- Точно так же я выбрал вас, Стил. Вы оказались в моём вкусе, льстит вам это или нет,  - едва ли хищническая улыбка, отразившаяся на губах маньяка, понравилась бы азиату, имей тот возможность хотя бы обернуться и увидеть происходящее за своей спиной. – Я не стал бы приглашать в свою кровать первого встречного.
“И не обязательно, что дело дошло бы до банального полового акта”, - усмехнулся мужчина.  Далеко не к каждой своей жертве маньяк испытывал сильное сексуальное влечение. Но когда возникала необходимость удовлетворения потребности, а рядом всё время находился кто-то, чьим ртом можно было воспользоваться с этой целью, Девлин так поступал. И это было не одним лишь актом сексуального насилия, но и морального. Вряд ли кому-то из пленников нравилось, что незнакомый мужчина, удерживающий их против воли в своём доме, ожесточенно кончал им в глотку. Одни эти воспоминания невероятно заводили, наравне с видом беспомощности жертвы. Изрядно возбуждённый Асано упивался этим волнующим моментом.
- И даже кричать совсем не собираетесь? – тон был насмешливым безо всякого сожаления по поводу отсутствия громких звуков. Мужчина поглаживал азиата по обнаженным бёдрам одними подушечками пальцев.  – В этом плане вы вольны выражаться так, как вам заблагорассудится, - с напускным снисхождением телепат подчёркивал единственно доступное для жертвы в таком положение – всё, что тому оставалось – издавать звуки. 
Девлин прервал все действия в отношении привлекательного тела, чтобы воспользоваться презервативом, который уже достал из кармана спущенных брюк и вскрыл. Сейчас перед маньяком встала дилемма: сделать процесс для жертвы болезненным или хоть как-то подготовить вынужденного партнёра к контакту. Непроизвольно склонив голову набок, мужчина недолго всматривался в прикрытую рубашкой спину перед собой, пока губы не разошлись в откровенно похотливой улыбке.
Так как в ближайшее время он собирался повторять акт и не раз, перевесил второй вариант. Сейчас можно побыть немного аккуратным для собственного комфорта. Пальцы уже надавили на судорожно сжимающийся проход, массируя круговым движением и, преодолевая сопротивление мышц, настойчиво проталкивались вглубь до последних фаланг и медленно тянулись обратно, раздвигая поддающиеся стенки. Пульсирующие мышцы плотно обхватывали поступающие внутрь пальцы. Поза располагал немного поизводить невольного партнера, таким образом, но от столь будоражащего зрелища недолго и кончить, не приступая, что было бы крайне досадно для мучителя сейчас, когда заполучил желанное в своё пользование и мог не отказывать себе в извращениях. И раз сама Женевская конвенция в лице жертвы ранее одобрила действия маньяка, то тем более не следовало отказываться от вожделенного удовольствия.
Томительно медленные действия продолжились упирающейся в анус головкой, с напором проталкиваемой вглубь тела. Полностью вошёл рывками, перетекающими в ритмичные толчки бедрами, не допуская передышки ни для себя, ни для насилуемого пленника. Замер буквально на несколько секунд, глубоко с наслаждением вздыхая, сомкнув веки, насыщаясь ощущениями горячей тесноты чужой задницы и напряжения в собственном теле. Подушечки пальцев чувственно прошлись по влажной коже на пояснице, подныривая под липнущую к телу ткань единственной детали одежды, оставшейся на азиате.
- Не больно? – процедил с издевательским наслаждением. – Сплошное удовольствие -  растрахать твою холёную задницу, - жестко высказался, в следующую секунду рывком за бедра направляя на себя, одновременно засаживая почти до упора и снова замирая, плотно прижавшись пахом к тёплой коже. Не слишком результативное взаимодействие – фиксация тела не позволяла резких маневров, равнозначно препятствуя любым активным сопротивлениям, если таковые возникли бы. Но так и придушить недолго, поскольку высвобождать мужчину в процессе маньяк не собирался, что не мешало повторить те же телодвижения с меньшим напором, болезненно вцепившись пальцами в упругие азиатские ягодицы. Не передать, как приятно было оставлять на теле жертвы следы, которые в дальнейшем приумножатся. Между тем поначалу набравшие темп толчки замедлились, стали плавными и изнуряющее тягучими. Асано не мог отказаться от желания немного помучить вынужденного партнёра,  медленным движением почти полностью выходя  и так же медленно проталкиваясь в жаркое нутро, придерживая того за бедра, изредка смещая одну ладонь к паху жертвы огладить крепкий ствол.
- Жаль, что я не могу сейчас видеть выражение вашего красивого лица, Стил, - выдохнул медовым тоном, поглаживая по бедру, после отвесив шлепок в том же месте, и ускорил возвратно поступательные движения бёдер.

Отредактировано Девлин Асано (2017-05-19 01:41:02)

+2

24

Не самая лучшая поза для выслушивания дифирамбов, но дареному коню в зубы не смотрят. Итак, они раньше не виделись. Стил мрачно усмехнулся. Это было хорошо. Пожалуй, это было очень хорошо. Ничего, видятся не в последний раз, ведь можно же нанести ответный визит вежливости. В компании друзей. В компании многочисленных друзей. Ради такого визита Стил озаботился бы вопросом трасфера и выгрыз бы зубами содействие у Сархема, чтобы отпустил самых молодых и безголовых ящеров поразвлечься.

Но для мыслей о сладком возмездии будут и другие моменты. Сейчас же Стил не только усмехнулся, но и отчётливо фыркнул.

— Кричать? Ну, если будет повод...

Двусмысленно прозвучавшая фраза была проста, как палка. Кричать можно по-разному. Некоторые во время секса кричат так, что уши закладывает. Стил уже очень давно не кричал в таких ситуациях, предпочитая цепляться за контроль и не терять самообладания. Пока что, если не считать возмутительного похищения и лишения свободы, некоторого физического, морального и материального ущерба, плюс вынужденной неподвижности в неглиже, у него не было повода разражаться проклятьями. Девлин не устраивал каких-то спектаклей с кнутами и прочей художественной резьбой по коже, прикосновения были вкрадчивыми и вполне ласковыми, а язвительные выражения отскакивали от Стила, как от стенки горох — работа в Центре сделала его невосприимчивым к попыткам оскорбить.

Да и стоило ли обращать внимание на такие мелочи, раз уж Девлин на самом деле проявлял максимальное внимание его персоне? Стил не собирался сопротивляться — было бы глупо выражать протесты, будучи намертво примотанным к стулу. Да и чему сопротивляться? Тому, что ему наговорили ворох комплиментов и принялись ублажать? Стил сосредоточенно вслушивался в собственные ощущения, провёл кончиком языка по губам и приоткрыл рот, когда чуткие пальцы начали ласкать член. На потенцию он никогда не жаловался, так что не удивился и не возмутился реакции собственного тела. Напротив, поощрительно улыбнулся, прикрыв глаза. Разве что голову повернул на легко узнаваемый звук — с таким тихим, едва слышным звуком надрывается упаковка презерватива — и прочитал себе короткую лекцию о том, что должен расслабиться. Хотя бы ради того, чтобы не причинить вреда себе самому.

Пальцы насухую — не самое приятное ощущение, но бывало и хуже. Стил быстро приноровился, время от времени покусывая губы, чтобы не отпустить язвительное замечание. Когда поймал себя на том, что пальцы рук то сжимаются в кулаки, то сгибаются как когти, готовые порвать наглеца в клочья, шёпотом выругался и недовольно нахмурился. Всё же не каждый день попадаешь в такое положение, вот самоконтроль и сбоит. А тут ещё последствия удара током, удара по голове, остатки снотворного в крови. Немудрено. Словом, он себя великодушно простил.

Наконец, томительная подготовительная фаза закончилась, и Стил невольно задержал дыхание. Прижавшаяся к анусу головка члена, затянутая в скользкий латекс, лёгкое давление... он не собирался зажиматься, только резко выдохнул, когда Девлин, наконец, ему вставил.

— Не больно, — в тон похитителю ответил Стил, только его издевательский тон был приправлен галлонами яда. — Ты нежнее, чем благовоспитанный жених в первую брачную ночь. Ещё раз замрёшь невовремя — порчу наведу.

Он быстро включился в ритм толчков, раскусил манеру Девлина чередовать медленные и плавные движения с резкими и быстрыми рывками до упора. Его даже болезненная хватка за бёдра не возмутила, а оставила смутные сожаления — мог бы и покрепче взять. Подумаешь, синяки. Прелесть этого соития заключалась в абсолютной индульгенции для Стила, который совершенно не признавал себя жертвой. Ему не нужно было заботиться об удовольствии партнёра, он прекрасно справлялся с этим сам, попутно умело разжигая похоть в том, кого полагал негодующим пленником. В какой-то мере Стил негодовал. Ему только что пообещали растрахать задницу — выражение грубое и совершенно некуртуазное, но по сути обещание заманчивое. За язык никто не тянул — выполняй, раз пообещал!

Стил закатил глаза, в ответ на сетование по поводу ограниченного обзора. У него уже сбивалось дыхание, а острое удовольствие заставило кожу покрыться мельчайшими капельками пота. Он дышал чаще, время от времени устало опуская голову и снова поднимая её, чтобы выхватить взглядом невыразительную стену в поле зрения.

— В следующий раз... зеркало поставь... — бездумно посоветовал он, дёрнулся всем телом от шлепка и уже в голос сообщил Девлину малую часть того, что о нём думает. Примерно в таких выражениях надзиратели выражали свою усталость под конец двойной смены. В этих выражениях превалировала обсценная лексика и примитивная брань генитальной направленности. Как ни странно, это помогло — Девлин прекратил философствовать и принялся добросовестно выполнять своё обещание.

Стил хорошо знал, как получать удовольствие от жёсткого секса. Он «поймал волну» и уже тихо откровенно постанывал. То расслаблялся полностью, то начинал яростно дёргать руки в безотчётном стремлении освободить их и немного поменять положение тела, сменить угол толчков, в конце концов, подвигаться самому. Время от времени вдоль позвоночника прокатывалась жаркая волна дрожи. По большому счёту, ему сейчас было откровенно плевать на цели и мотивы Девлина, Стил балансировал на предоргастическом состоянии, когда становится совершенно всё равно, как выглядишь и как себя ведёшь. Он обожал это состояние с болезненной тягой наркомана и умело его растягивал, чтобы подольше побыть «не здесь» и «не собой».

Пожалуй, да. Отсутствие зеркало — это было упущение. Стил нежно любил зеркала за их способность  создавать визуальный обман, раздвигающий пространство, и привык к тому, что у себя в кабинете или в своих комнатах мог практически в любой момент времени видеть своё лицо. Так было нужно. Это помогало самоконтролю, но не только. Это дополнительный возбуждающий фактор, когда видишь всю сцену целиком или хотя бы её часть... или хотя бы моментами.

Стил уже дышал часто, время от времени с наслаждением облизывая и покусывая губы. Его не целуют — ну и ладно, он может поцеловать себя сам. Ещё совсем немного, и его накроет... Стил яростно мотнул головой, да так, что волосы взвились в воздух. Наслаждение с хорошей порцией злости — своеобразный коктейль.

http://www.lizbellagency.com/content/909/IMG_1028_1070x1320.jpg

+2


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Настоящее: лето 2013 года » 25.08.13 — Неуправляемая тяга к прекрасному


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC