За закрытыми дверьми...

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Настоящее: лето 2013 года » 01.08.13 "Аргетис Ди Келайно беспокоит".©


01.08.13 "Аргетис Ди Келайно беспокоит".©

Сообщений 1 страница 28 из 28

1

Ларс Йоханссон, Аргетис Ди Келайно.
Офис СБ.
На следующий день после этих событий.

Блиц-игра.

0

2

— Семь–ноль–два–девятнадцать.
— Не понял, повторите, — Ларс нахмурился.
— Повторяю: семь–ноль–два–девятнадцать.
Ба-а-а, эти координаты Локи помнил. Это немного-немало логово безумного Шиллера. Что он мог натворить на этот раз?
— Понял. Наблюдаю.
Йоханссон переключил внимание на экран, отображающий коридор жилого сектора, и не без удивления обнаружил, что новый руководитель поисковой распоряжается его людьми. На этом сюрпризы не закончились: Аргетис заручился помощью Стила Бриза, который в свою очередь притащил под двери комнат Шиллера целый полк. Да что за чёрт! Шиллер там что, убивает кого-нибудь что ли?
Локи скривил уголок губ в ухмылке. Подсел ближе к компьютеру, развернул картинку на весь монитор. На один из них. В этот момент раздался звонок.
— Герр Йоханссон.
— Добрый вечер. Слушаю вас, — ровно и бесконечно уверенно произнёс Ларс.
— Аргетис Ди Келайно беспокоит. Есть настоятельная необходимость в разговоре.
— Это срочно?
Казалось, собеседник уловил некоторое недоумение в голосе. Ах, да. Эмпат. Эмпат с его эмпатическим восприятием.
— Нет, не срочно, но и промедление меня, пожалуй, затруднит. Небольшое ЧП в моём ведомстве, частного характера, трупов нет, ничего непоправимого, но я хотел бы сразу переговорить с вами на тему моего вторжения в вашу юрисдикцию.
— Разделяю ваше желание, — с прохладцей обронил Локи.
В словах сквозила ирония. Снисходительная, беззлобная, но всё-таки ирония. "Вы без спроса вторглись на мою территорию, коллега, и теперь ставите меня перед фактом", — значила она.
— Не люблю шитые белыми нитками дела, они осложняют межведомственную коммуникацию. Ваши подчинённые не пострадали.
— Это их долг — помочь сотрудникам смежного ведомства.
— Спасибо. Поверьте, я очень удручён превышением своих полномочий и рассчитываю на ваше понимание.
— Думаю, ничего страшного не случилось. Давайте перенесём нашу беседу на завтра, на десять утра. Вас не затруднит навестить меня в офисе безопасности?

Ларс махнул головой, задумчиво поскрёб подбородок ногтями. Очень аккуратными, чистыми ногтями. Ещё не определившись с тем, как относиться к самодеятельности Аргетиса, Локи ждал его. Он ещё раз прокрутил в голове разговор, вспоминая, не упустил ли какую-нибудь деталь. По всему выходило, что нет. Йоханссон глотнул минералки из стакана и подумал, что гостя, наверное, не порадует офисный кофе. Ведь он весь такой из себя изысканный, утончённый. Аргетис. Не кофе.

0

3

Возможно, было к лучшему, что Дитрих послушно уснул. Визиты к начальнику СБ после бурной ночи могли бы стать фактором ненужного смущения. Или напряжения. Не суть важно. Аргетис утром  с трудом уговорил себя не остаться в постели до полудня, а всё равно пришлось встать. Впрочем, обычно он умел себя уговорить. Душ всё исправил, осталось довольно много времени на уход за собой, завтрак и даже немного поработать. Однако у кабинета Ларса Йоханссона он оказался за пару минут до назначенного времени. Более того — он не готовился к беседе, поскольку не счёл это необходимым, разве что тщательно подобрал одежду. Чтобы выглядеть без претензий, поэтому и украшения остались в комнате… впрочем, как почти всегда в последнее время. Это было даже грустно, потому что Аргетис страстно любил свои кольца. Без них руки казались какими-то особенно беззащитными и какими-то голыми.

Ларс Йоханссон был ему интересен хотя бы в силу того, что он явно обладал способностями, и Аргетис мог дать почти сотню процентов за то, что это стихийник, водящий особую дружбу с воздухом. Не зарегистрированный. Герр Йоханссон рисковал, устроившись на работу в такое место, но наверное это было логично. Если трупы лучше прятать на кладбище, то и мутанту лучше прятаться среди сотрудников Центра.

Ценитель правильности протокола, Аргетис спокойно дождался, пока о нём доложат. Он совершенно не чувствовал себя оскорблённым или униженным, и едва пригласили, с готовностью переступил порог.

— Доброе утро, господин Йоханссон, — он улыбнулся, и это была самая обычная дежурная улыбка, которой было уместно приветствовать равного или почти равного по полномочиям коллегу. Почти — потому что о себе лично Аргетис не обольщался. За ним всё равно будут присматривать, он был предупреждён и согласился с подконтрольностью. Следовательно, Йоханссон главнее, тем более что СБ. Даже несмотря на то, что он знает, что Аргетис знает и так далее.

— Позволите присесть? — он устроился достаточно удобно, но без развязности. — Прежде всего я хотел бы принести извинения. Я понимаю, что вот так с места в карьер начать распоряжаться, тем более в целях, которые можно истолковать как личные, это элементарно некрасиво с моей стороны. Да и недоброжелатели не преминут воспользоваться.

Можно было добавить сакраментальное «меня здесь не любят», но Йоханссон это и так знал.

— Это была моя попытка сделать так, чтобы и волки были сыты, и овцы целы. Хотя я не возьмусь сказать, кто в сложившейся ситуации волк, а кто овца. Как вы понимаете, а вы понимаете, я не могу не пользоваться своими способностями эмпата в фоновом режиме, поэтому когда моего заместителя начали убивать я пришёл на помощь. Как умел.

Да, колец не хватало. Аргетис машинально переплёл пальцы, неосознанно попытавшись погладить отсутствующее серебро, и поймал себя на том, что говорит слишком витиевато, как будто пытается нащупать правильный стиль диалога с главой СБ. Иметь его во врагах категорически не хотелось. Но враждебности от Ларса он пока не ощущал, и это несколько успокаивало. Зато Йоханссон наверняка не в восторге от того, что его чувства и ощущения становятся ему известны в режиме реального времени.

«Предложить ему для беседы нацепить на меня ошейник? Надеюсь, что сам он до этого не додумается».

0

4

— Доброе утро, коллега.
Ларс тоже изобразил самую что ни на есть обыденную улыбку, не выражающую ровным счётом ничего. Локи пребывал в спокойном расположении духа. Перед другими представителями разумного человечества — по крайней мере, перед большинством, — у Йоханссона было одно весомое преимущество. Умение держать себя в руках, настолько отточенное, что Ларс контролировал себя не только внешне.
— Позволите присесть?
— Да, конечно. Простите, — спохватился Йоханссон, поймав себя на том, что просто залюбовался красивым гостем.
Настолько ухоженных мужчин Локи встречал редко, хотя и себя держал в идеальном порядке.
— Прежде всего я хотел бы принести извинения.
Ларс сделал неопределённый жест ладонью, который значил что-то вроде "не стоит беспокойства". Стоит, но выговаривать человеку, который и так понимает, как неприятно и неуместно его поведение — глупо. В конце концов, Локи имеет дело не с ребёнком.
— Я понимаю, что вот так с места в карьер начать распоряжаться, тем более в целях, которые можно истолковать как личные, это элементарно некрасиво с моей стороны. Да и недоброжелатели не преминут воспользоваться.
— Это так. Вам следует быть осторожнее. Что заставило вас привлечь охрану?
— Это была моя попытка сделать так, чтобы и волки были сыты, и овцы целы. Хотя я не возьмусь сказать, кто в сложившейся ситуации волк, а кто овца. Как вы понимаете, а вы понимаете, я не могу не пользоваться своими способностями эмпата в фоновом режиме...
"Ещё бы мне не понимать... Как приятно знать, что рядом с тобой живой сканер — словами не передать. Центр становится всё более открытым, прозрачным. Как будто Сая нам всем было мало".
—... поэтому когда моего заместителя начали убивать я пришёл на помощь. Как умел.
— Убивать? — расхохотался Ларс. — Право слово, в отношении Шиллера это звучит диковато. Ну да ладно, не буду ломать комедию. Тем более перед человеком, который знает моё подлинное отношение к случившемуся. Мои люди поставили меня в известность. Я ценю вашу отзывчивость, герр Ди Келайно. Вы поступили правильно. Инцидент исчерпан.
Соседство с эмпатом, которому разрешили быть эмпатом, интригану Локи не нравилось ещё больше, чем самоуправство.
"Предложить ему для беседы нацепить на себя ошейник? Если он сам до этого додумается, может претендовать на более обстоятельную беседу. Пока же мысли — единственное, что он не читает, я откровенничать не собираюсь. Если на то пошло, я вообще не собираюсь откровенничать. Молчание золото. В случае с Аргетисом — палладий, иридий... Это страшно дорогие металлы, в десятки раз дороже золота!"*

*"День выборов".

0

5

— Это так. Вам следует быть осторожнее. Что заставило вас привлечь охрану?

— Скорее не привлечь, а устранить. Попросить их не присутствовать. Конечно, это не отменяет наличия видеонаблюдения, но не мог же я попросить дежурных закрыть глаза.

«Заставить — мог. Но не стал».

Смеющийся Ларс выглядел почти живым человеком и Аргетис не удержался от улыбки.

— Наверное, вы знаете, что удар по голове может вызвать изменения личности. Шиллер пал жертвой собственной неосторожности — купленный им подопытный упал, получил черепно-мозговую травму. Насколько мне объяснили, осколок кости впился в мозг. Это лечится, а мальчика я перекуплю, так будет лучше для всех.

Аргетис заинтргованно смотрел в глаза Ларса, пока тот размышлял. Конечно, телепатом он не был, но ощущения, желания и настроения он распознавал с ювелирной тонкостью. Ди задумчиво поднял руку, обхватил пальцами свою шею.

— В вас ощущается желание ограничить собеседника. Единственное ограничение, которого на мне сейчас нет, это ошейник. Я думал об этом, но вы не телепат, иначе я почувствовал бы это — это очень интересно, совпадение матрицы эмоций у телепатов… но к теме разговора это не относится. Мне неприятно это, господин Йоханссон, но я понимаю, что вам сложно доверять человеку, который считывает ваше настроение, желания и даже тональность размышлений. Поверьте, не вы первый. Я готов пойти навстречу вашему желанию восстановить статус-кво на время нашей беседы. Возможно, когда мы сработаемся, эта необходимость отпадёт сама по себе.

Аргетис неторопливо собрал волосы в тяжёлый узел на затылке, придерживал рукой, демонстрируя свободный доступ к шее. При этом, конечно, успел подумать о том, что было бы логично предложить Ларсу симметричную любезность, ему не улыбалось умереть в этом кабинете от внезапного приступа асфиксии — стихийник это мог устроить. Но враждебности по-прежнему не было, готовности убивать тоже.

— Прошу, — пригласил он, сопровождая слова понимающей лёгкой улыбкой. — Соглашаясь на этот пост я обещал, что мои способности не станут препятствием к выполнению профессиональных обязанностей. Но я рассчитываю на неразглашение и выйти отсюда хочу всё же без этого украшения.

Ему было нужно если не доверие Йоханссона, то хотя бы профессиональное содействие. Конечно, позвать на помощь Бриза было проще, но иметь в вижу что Ларс тоже не враг было бы неплохо. А для этого требовалось пойти на уступки.

0

6

— Скорее не привлечь, а устранить. Попросить их не присутствовать. Конечно, это не отменяет наличия видеонаблюдения, но не мог же я попросить дежурных закрыть глаза.
— Не буду обманывать, мне это не понравилось. Но если вы считаете, что это было необходимой мерой...
— Наверное, вы знаете, что удар по голове может вызвать изменения личности. Шиллер пал жертвой собственной неосторожности — купленный им подопытный упал, получил черепно-мозговую травму. Насколько мне объяснили, осколок кости впился в мозг. Это лечится, а мальчика я перекуплю, так будет лучше для всех.
— Я вас не совсем понимаю, — осторожно отозвался Локи. — Упал этот юноша, Наис, если мне не изменяет память. Но вы говорите, что пострадал Шиллер. Изменения личности? Любопытная история. Что, экс-подопытный набросился на своего владельца?
Ларс лукавил. Осведомлённый лучше, чем демонстрировал, он просто изящно пытался вытянуть из Аргетиса дополнительные подробности. Те, которые безопасник не мог получить, аппелируя к человеческому восприятию коллег. Аргетис, несомненно, знал гораздо больше, чем зафиксировали камеры и охранники.
— Я понял, — заключил Йоханссон. — Я не стремлюсь знать подробности до мелочей. Если вы хотите знать моё мнение, Дитрих Шиллер виноват сам в том, что с ним произошло. Отключать ошейник у того, кто обладает опасным талантом убивать без всякого контакта с телом, — верх беспечности. Особенно, когда этот кто-то ещё и питает к тебе крайне... негативные эмоции. Меня это не касается до тех пор, пока не угрожает Центру. Наис — его вещь. Я не могу и не хочу контролировать его взаимодействия с вещами. Не моя компетенция.
— В вас ощущается желание ограничить собеседника. Единственное ограничение, которого на мне сейчас нет, это ошейник. Я думал об этом, но вы не телепат, иначе я почувствовал бы это — это очень интересно, совпадение матрицы эмоций у телепатов... но к теме разговора это не относится.
"Есть у нас в Центре мутанты, глушащие чужие способности и при этом достаточно лояльные? Обязательно прикуплю парочку".
— Мне неприятно это, господин Йоханссон, но я понимаю, что вам сложно доверять человеку, который считывает ваше настроение, желания и даже тональность размышлений. Поверьте, не вы первый.
— Если вам видны мои желания и мотивы, которыми они продиктованы, будьте милосердны: хотя бы не говорите обо всём этом мне, — Локи сумрачно улыбнулся.
— Я готов пойти навстречу вашему желанию восстановить статус-кво на время нашей беседы. Возможно, когда мы сработаемся, эта необходимость отпадёт сама по себе.
Ларс не без интереса понаблюдал за действиями собеседника, машинально отмечая эстетическую притягательность картинки. Эта белая шея кого угодно с ума свела бы, но только не Локи. Слишком блестяще этот человек-нечеловек владел собой, своими помыслами и стремлениями. Вульгарно броситься с головой в эротические фантазии перед эмпатом? Это слишком.
— Прошу. Соглашаясь на этот пост я обещал, что мои способности не станут препятствием к выполнению профессиональных обязанностей. Но я рассчитываю на неразглашение и выйти отсюда хочу всё же без этого украшения.
Йоханссон ещё раз обласкал глазами точёную шею. Потом открыл первый ящик стола, второй и нашёл блокатор только в третьем, под синей папкой с чертежами систем безопасности. Ларс покрутил ошейник в руке, покачал головой, словно сам не верил в свои действия, и вернул блокатор на место.
— Это лишнее, — ровно очертил дистанцию Локи. — Я постараюсь как-нибудь примириться с тем фактом, что кто-то видит меня насквозь. Это так... дисциплинирует.
Он усмехнулся, поднял голову и посмотрел на Аргетиса уверенным открытым взглядом. Весь этот цирк с конями и хомутами мог только навредить. Надеть блокатор значило ровным счётом "я трус, мне есть, что скрывать, и я тебе не доверяю настолько, что унижусь открытым пресечением твоих возможностей".

+1

7

— Что, экс-подопытный набросился на своего владельца?

— Атака была внезапной, никто не справился бы. Мальчик перерезал ему сухожилия в плечах, это надёжнее связывания. А потом принялся ломать кости. Вы правы, это полностью вина и ответственность Шиллера, и если бы мальчишка не ограничился им а вышел бы в коридор, чтобы выкосить всех, кто попадётся под руку, это явно было бы не частное дело. Но – обошлось.

— Если вам видны мои желания и мотивы, которыми они продиктованы, будьте милосердны: хотя бы не говорите обо всём этом мне.

Да, ему было неприятно. Однако Аргетис его не трогал, он просто не мог не воспринимать то, что Ларс живо транслировал в окружающую ноосферу. Поэтому продолжал ждать ошейника, что уж там… провоцировал, пусть и ненавязчиво.

— Это лишнее. Я постараюсь как-нибудь примириться с тем фактом, что кто-то видит меня насквозь. Это так... дисциплинирует.

Аргетис медленно выдохнул, разжал пальцы и позволил волосам рассыпаться по плечам, опустил руки на стол и неторопливо сцепил пальцы в замок.

— Благодарю вас. Это очень… впечатляет. Есть иной способ уравнять наши шансы на  понимание — я могу пообещать вам, что не трону вас любым из активных аспектов моей способности, а также сделаю вас почти эмпатом, — он наконец перестал дёргаться. — Всего лишь буду откровенен с вами. Поверьте, это почти то же самое. Что до дисциплины, вы замечательно держите себя в руках, я не часто встречаю качественное самообладание в людях. Меня устроит обычное взаимопонимание между нами, как между коллегами почти равными в степени ответственности.

Это было так. СБ могло копать под него, и там были некоторые косвенные моменты, которые, вероятно, стоило выкопать. Но и он со своей стороны мог и даже обязан был копнуть под Йоханссона. Это работа службы поиска — надеть ошейник на мутанта, даже если этот мутант глава СБ. Интересная ситуация.

+1

8

— Благодарю вас. Это очень... впечатляет. Есть иной способ уравнять наши шансы на  понимание — я могу пообещать вам, что не трону вас любым из активных аспектов моей способности, а также сделаю вас почти эмпатом. Всего лишь буду откровенен с вами. Поверьте, это почти то же самое.
— Могу лишь поблагодарить вас ответно. Я рассчитывал на эту небольшую любезность. Доверие — необходимый компонент для построения плодотворного сотрудничества. Кому-то я это совсем недавно говорил... Ах, да. Бризу.
— Что до дисциплины, вы замечательно держите себя в руках, я не часто встречаю качественное самообладание в людях. Меня устроит обычное взаимопонимание между нами, как между коллегами почти равными в степени ответственности.
— Приятно слышать, спасибо. Но ситуацию с моими людьми мы разрешили. У вас возникли другие вопросы?
Локи скользнул взглядом по столу, заметил свой недопитый стакан минералки и спохватился, что так ничего и не предложил гостю. Неудобно получилось. Чёрт подери, неудобство на неудобстве прямо таки. Интересно, как с этим мирится неугомонный Шиллер? Бриз весьма прозрачно намекнул, что эти двое состоят в тесной связи. С другой стороны, Ларс не хотел в это лезть: личные взаимоотношения, которые его не касаются.
— Простите мою невежливость. Могу я предложить вам чай? Кофе? Минеральную воду? Кофе, правда, варит кофемашина. Не на самый взыскательный вкус.

Отредактировано Ларс Йоханссон (2015-07-19 21:57:17)

0

9

Они обменялись любезностями, этого было вполне достаточно в качестве официального «пакта о ненападении». Однако Аргетис не спешил уходить и согласился на любезное предложение.

— Слухи о взыскательности моих вкусов весьма преувеличены. Я вполне пью обычный кофе из кофемашины. Благодарю вас, выпью кофе.

Он дождался, пока перед ним поставят чашку, не стал добавлять туда сахар и неторопливо отпил глоток. Кофе как кофе, без восторга, но  не откровенный ужас-ужас.

— У меня действительно есть к вам вопрос, и мне, к моему собственному удивлению, довольно сложно его сформулировать.

Они остались вдвоём, вряд ли кто-то прослушивал кабинет главы СБ.

— Вы простите мне повторное упоминание, но вот что поставило меня в тупик. В вас не чувствуется злости или подозрительности, присущей человеку, попавшему в щекотливую ситуацию. В то время как я испытываю изрядное удивление и даже лёгкое беспокойство. Признаться, господин Йоханссон, я вас боюсь.

Мягкая улыбка не была напуганной, но Аргетис не преувеличивал. Он действительно опасался, но ходить и дальше строить предположения, проверяя не закончился ли внезапно воздух, он не мог.

— Вы не спрашиваете меня ни о чём, и у меня создаётся ощущение, что за мной наблюдает огромный паук. Очень некомфортно. Простите за это сравнение, но именно так. Вы знаете, что я знаю. Мы оба молчим. Прошу вас, я не знаю, что мне делать с этим знанием, это абсолютно патовая ситуация. Если я выполняю свои обязанности главы службы поиска, то я рискую. Вряд ли вы мне это позволите. Если я молчу, то я тоже рискую — вы с полным правом скажете, что я не выполняю свои профессиональные обязанности, и будете правы.

Ни единого обвнения. Ни оттенка осуждения. Аргетис пил кофе, прекрасно осознавая, что в мире интриг даже этот простой напиток может оказаться отравлен. Ну пусть не так драматично, но всё же…

— Я не боюсь вашего таланта. Скорее вашего характера.

0

10

Ларс потратил десяток секунд, чтобы передать пожелания гостя секретарю. Он рассчитывал, что придёт мисс Ивори Андрэ, но вспомнил, что та заинтересовала учёных, и белые халаты прибрали её к рукам. Что ж, Локи и первого секретаря не уволил. Вот он-то и принёс гостю тонкостенную фарфоровую чашечку, доверху наполненную горячим ароматным напитком. Для самого Йоханссона подали второй стакан минеральной воды.
— У меня действительно есть к вам вопрос, и мне, к моему собственному удивлению, довольно сложно его сформулировать.
— Я весь внимание, — без намёка на сарказм обронил безопасник.
— Вы простите мне повторное упоминание, но вот что поставило меня в тупик. В вас не чувствуется злости или подозрительности, присущей человеку, попавшему в щекотливую ситуацию. В то время как я испытываю изрядное удивление и даже лёгкое беспокойство. Признаться, господин Йоханссон, я вас боюсь.
— О какой щекотливой ситуации идёт речь, герр Ди Келайно? В последнее время я и моё ведомство действовали чётко и слаженно, как швейцарские часы. Мне не на что злиться, нечего подозревать. Я делал то, что должно.
— Вы не спрашиваете меня ни о чём, и у меня создаётся ощущение, что за мной наблюдает огромный паук. Очень некомфортно.
— Вы преувеличиваете. Паука тем более, — мягко возразил Локи.
— Простите за это сравнение, но именно так. Вы знаете, что я знаю. Мы оба молчим. Прошу вас, я не знаю, что мне делать с этим знанием, это абсолютно патовая ситуация. Если я выполняю свои обязанности главы службы поиска, то я рискую. Вряд ли вы мне это позволите. Если я молчу, то я тоже рискую — вы с полным правом скажете, что я не выполняю свои профессиональные обязанности, и будете правы.
— Чем вы рискуете, выполняя обязанности руководителя поисковой структуры, коллега? — уточнил Локи.
Он медленно глубоко выдохнул, сожалея о том, что Аргетис узнал его секрет. Насколько всё было бы проще, если бы этого не произошло! В первую очередь, ему, Ди Келайно, проще! Сам-то Йоханссон давно научился относиться к своему таланту как к чему-то незначительному. Не кичиться своими способностями, не считать себя выше других, не использовать аэрокинез во вред и главное! Не пытаться спасти всех, кому этот его талант мог помочь. Это как в притче с морскими звёздами и мальчишкой, который одну за другой бросал их обратно в море. Локи сделал свой выбор. Положить жизнь на то, чтобы бросить в море тысячу из миллионов — на это Ларс не был готов и не подписывался.

0

11

Аргетис наблюдал за реакцией Ларса, всё же кто его знает, может и решит быстренько устранить.

— Чем вы рискуете, выполняя обязанности руководителя поисковой структуры, коллега?

— Как вам объяснить… Предположим, я ревностный служака и обязан выполнить свои обязанности. Я без труда докажу наличие у вас… таланта. Думаю, что на это и рассчитывали люди, которые предложили мне этот пост. Методы есть, вы их наверняка знаете. Тут есть несколько тонких аспектов. С огромной степенью вероятности вы будете защищаться. Всем живым существам нужно дышать. Вы успеете задушить меня ещё до того, как я среагирую на ваши эмоции. Однако кроме того, что я глава службы поиска, я ещё и один из создателей Центра. Вы, именно вы нужны на этом посту, и я не возьмусь искать вам хотя бы удовлетворительную замену.

Он сделал паузу, давая Ларсу время подумать, пока уделил внимание кофе, неторопливо смакуя горький напиток. Если прислушаться к вкусовому букету, можно уловить незабываемый оттенок горячей пластмассы — неотъемлемый вкус кофеварки.

— Вы говорили о дисциплине. Не один вы практикуете, моё знание ваших талантов не считается даже телепатами, поэтому Сай через меня до вас точно не доберётся, как и другие. Я хотел бы, чтобы вы поняли моё молчание правильно. Профессионализм не зависит от наличия или отсутствие подобного рода талантов. Вы нужны здесь, в СБ. Но я не хочу испытывать этот страх, он базируется на простом инстинкте самосохранения. Надеюсь, мы в этом вопросе тоже достигли взаимопонимания?

0

12

— Как вам объяснить... Предположим, я ревностный служака и обязан выполнить свои обязанности.
— Допустим, это так, — кивнул Локи.
— Я без труда докажу наличие у вас... таланта. Думаю, что на это и рассчитывали люди, которые предложили мне этот пост. Методы есть, вы их наверняка знаете.
— Привлечёте любого сканера — и подтвердите. Далеко ходить не надо.
— Тут есть несколько тонких аспектов. С огромной степенью вероятности вы будете защищаться. Всем живым существам нужно дышать. Вы успеете задушить меня ещё до того, как я среагирую на ваши эмоции.
— Успею, — бесстрастно подтвердил Йоханссон таким тоном, словно Аргетис декларировал шарообразную форму Земли.
"Почему когда говорят об аэрокинетиках, только и думают, что об асфиксии? Воздушная эмболия не менее опасна и куда более незаметна".
— Однако кроме того, что я глава службы поиска, я ещё и один из создателей Центра. Вы, именно вы нужны на этом посту, и я не возьмусь искать вам хотя бы удовлетворительную замену.
— Я вас не понимаю, коллега. Вас устраивает моя личность на этом посту, не так ли? Вы не собираетесь предавать огласке тот факт, что я располагаю несколько более редким талантом, чем умение организовать работоспособный коллектив. Ради чего мне вступать с вами в конфронтацию? 
— Вы говорили о дисциплине. Не один вы практикуете, моё знание ваших талантов не считается даже телепатами, поэтому Сай через меня до вас точно не доберётся, как и другие.
— Это меня радует. От любопытства Сая меня спасает одно: я почти никогда не думаю о своих навыках. Однако это не мешает мне держать с ним дистанцию.
— Я хотел бы, чтобы вы поняли моё молчание правильно. Профессионализм не зависит от наличия или отсутствие подобного рода талантов. Вы нужны здесь, в СБ. Но я не хочу испытывать этот страх, он базируется на простом инстинкте самосохранения. Надеюсь, мы в этом вопросе тоже достигли взаимопонимания?
— Разве я угрожал вам? — удивился Ларс. — Неужели вы обо мне такого низкого мнения? Я не опущусь до шантажа. Если на то пошло, это у вас все козыри в руках. У меня — одни лишь шестерки. При некотором раскладе шестёрка бьёт туза. Но далеко не всегда и не во всех играх. Я смирился с тем, что рано или поздно моя тайна станет достоянием общественности. Моя задача — максимально отсрочить этот момент. Хотя бы до того времени, когда к сотрудничеству допустят мне подобных. Уверен, в моей лояльности никто сомневаться не будет.
Локи сделал глоток минералки, кинул короткий взгляд на мониторы и добавил:
— Простите моё любопытство, но... что меня выдало? Я хорошо помню тот день в пекле. Я был спокоен, собран, я делал свою работу и немного больше, чем работу.

+1

13

По крайней мере, он не спорил. Ларс начинал ему нравится отсутствием выразительно звенящих понтов, это приятная черта в человеке, обладающим определённым объёмом власти.

— Успею.

Конечно он успеет. Для этого даже не нужно обдумывать действия. У людей с превосходно развитыми способностями действия могут опережать осмысление.

— Ради чего мне вступать с вами в конфронтацию?

— Теперь причины нет. Мне проще спросить, чем устраивать утомительные и деликатные тесты с целью выяснить ваши настроения относительно моей скромной персоны. Это возможно, но требует много сил и много времени.

— От любопытства Сая меня спасает одно: я почти никогда не думаю о своих навыках. Однако это не мешает мне держать с ним дистанцию.

— Он паталогически нелюбопытен и сам только рад держать дистанцию как с вами, так и с кем угодно другим. Кроме того, субординация решает всё. Прекрасный исполнитель.

— Разве я угрожал вам? Неужели вы обо мне такого низкого мнения?

Аргетис только покачал головой. Кажется, удивление не было поддельным. Кроме всего прочего, блиц-диалог полностью удовлетворял его своей несомненной результативностью.

— Я вообще невысокого мнению о людях до тех пор, пока они не проявят себя с лучшей стороны, а о вас я почти ничего не знаю. Согласитесь, что у меня был повод опасаться.

— Я не опущусь до шантажа. Если на то пошло, это у вас все козыри в руках. У меня — одни лишь шестерки. При некотором раскладе шестёрка бьёт туза. Но далеко не всегда и не во всех играх…

Он с удовольсвтием улыбнулся. Шантаж не сработал бы, даже если бы Ларсу пришла идея заняться. Чем его можно шантажировать? С его-то репутацией.

— Хотя бы до того времени, когда к сотрудничеству допустят мне подобных. Уверен, в моей лояльности никто сомневаться не будет.

— Сомнений не будет, но сначала придётся внести дополнения в положение о сотрудничестве. Стихийники на особом положении и пока это не изменилось.

— Простите моё любопытство, но... что меня выдало? Я хорошо помню тот день в пекле. Я был спокоен, собран, я делал свою работу и немного больше, чем работу.

— О, это… Всего лишь опыт. Я общался с людьми, наделёнными аналогичными талантами, и хорошо помню эффект. В тот день я был занят сразу несколькими делами, ситуация оказалась неподъёмной, и я был рад, что могу попросить вас о поддержке. Я впервые попал в роли руководителя в такое пекло, — Аргетис невольно потёр переносицу, вспоминая своё напряжение. — И я серьёзно злоупотребил собственными резервами. Они велики, но не безграничны. Вы совпали по психоэмоцональной матрице с… Видите ли, я бережно храню чужие эмоции, ощущения, необычные схемы, присущие определённым талантам. Вы совпали, а кислородное голодание частично поймал и я. А потом у вас начался откат, который я поспешил объяснить иными причинами. Не один я такой внимательный, всем известны внешние проявления симптомов отката. Вы себя выдали, хотя и очень аккуратно. Должен сказать, что вы прекрасно держите себя в руках в экстремальных ситуациях, мне над этим ещё работать и работать…

0

14

— Сомнений не будет, но сначала придётся внести дополнения в положение о сотрудничестве. Стихийники на особом положении и пока это не изменилось.
— Знаю. Знаю более того: никаких поправок не предвидится, и в этом есть рациональное зерно. Я в высшей мере не уверен, что стихийники безопасны. Стихийник — это проводник. Ему нетрудно подключиться напрямую к источнику, если такое умение сформировалось. Честно признаюсь: это просто. Естественно, откат чудовищный, но стихийные проявление есть всегда и везде. Боюсь, если будут поднимать такой вопрос — о сотрудничестве стихийников — я первый буду голосовать против и приложу все усилия, что эта директива не прошла раньше времени. Раньше, чем общественность будет готова нести за неё ответственность в полном объёме. Последствия веерного отключения блокаторов могут быть... катастрофическими, — Ларс вздохнул.
Он почувствовал себя пойманным в капкан этой двойственности. Его личная сущность и деловая активность, готовые вступить в конфликт, всё ещё умудрялись мирно сосуществовать в одной-единственной персоне.
Выслушав любезные пояснения Аргетиса по поводу того, где Локи себя скомпрометировал, безопасник содрогнулся. По всему выходило, он уязвим гораздо больше, чем себе надумал. Не самое приятное открытие, право слово. Словно голым оказался в толпе.
— В таком случае я обязан поблагодарить вас, герр Ди Келайно. Спасибо за то, что моя тайна не ушла дальше вас. Хотелось бы верить, что вы и дальше будете хранить её со всей возможной аккуратностью. Вы понимаете: правда положит конец моей карьере. Поскольку я в своём уме и не собираюсь никому вредить, то скорее приму ошейник, чем буду сопротивляться. Я благодарен вам и за честность. Что ж, откройте мне ещё один секрет, прошу вас. Наш общий коллега, ваш заместитель, Дитрих Шиллер — эмпат? Я подозревал за ним этот талант. Подозревал давно, очень давно. Слишком много косвенных признаков свидетельствовали об этом. Но в некоторых вопросах мой добрый друг Шиллер проявляет чудеса чёрствости, непростительной, немыслимой для эмпата. Уверен, вычислить мутанта, обладающего таким же талантом, как ваш собственный, не составит для вас труда. Что вы думаете о Дитрихе Шиллере?

0

15

Пока ожидаемое постучит в твою дверь, непредсказуемое тебе уже кофе сварит©

Общественность не только не готова, но даже ещё и не в курсе. Я вас категорически поддерживаю в этом вопросе, это небезопасно. Лучшим подтверждением этого является тот самый пожар — многие стихийники не в состоянии совладать со своим даром. Они могут хотеть добра, но результат не воспоследствует. К сожалению.

— В таком случае я обязан поблагодарить вас, герр Ди Келайно. Поскольку я в своём уме и не собираюсь никому вредить, то скорее приму ошейник, чем буду сопротивляться.

— Я не буду настаивать, но вам не помешало бы сменить матрицу, господин Йоханссон. Это как бросить курить, не сложнее. Мне самому пришлось её менять, и только поэтому я получил рекомендацию на тот пост, который занимаю сейчас. До этого я попадал в ошейник именно потому, что следовал простейшей матрице эмпата и диктатора. Это беспечно и небезопасно для всех. Если вы примете мою помощь, то я буду рад посодействовать.

— Я благодарен вам и за честность. Что ж, откройте мне ещё один секрет, прошу вас. Наш общий коллега, ваш заместитель, Дитрих Шиллер — эмпат?

Сложно было назвать более неприятный вопрос, трудно было ответить сразу. Аргетис только резко выдохнул короткий смешок и изобразил мимикой что-то типа «о господи, какой вздор».

— Я подозревал за ним этот талант. Подозревал давно, очень давно. Слишком много косвенных признаков свидетельствовали об этом.

— Вы подозревали? — Ди подчеркнул прошедшее время. Он был убеждён в том, что подозрения остались в прошлом, а сейчас имеет место твёрдая уверенность. Да что там убеждён — он это видел.

— Вы упомянули мою честность… Так вот, вы подозревали, а сейчас уверены. Я это чувствую. При этом вы не расставляете мне ловушек. Что до чёрствости, господин Йоханссон, эмпатия не равна всепоглощающей доброте и человечности. Я знал эмпатов, которым место на электрическом стуле. Способность не наделяет человека определёнными чертами характера, это личностное. А если оставить личность Дитриха Шиллера в покое, то в сухом остатке остаётся профессионализм. Как ни крути, а кадровые проблемы в отделе поиска крайне серьёзны, я не отдам Шиллера в ошейник, пока это вообще возможно. Он нужен на этом посту. Что до вычисления таланта, то да, это от меня даже не зависит — мутанты с одинаковыми способностями чувствуют друг друга. Всё остальное является следствием накопленного опыта, умения анализировать и сохранять полученные эмоциональные и психические образы. А это уже пси-диктатура. В моей коллекции хранятся матрицы телепатов, стихийников, гипнотизёров, эмпатов и диктаторов, ещё нескольких видов… талантов. Самый страшный опыт, пожалуй, это Отто Келлер. Пожалуй, я был бы должен появиться у вас раньше, когда он сбежал, но тогда я только-только избавился от ошейника второй раз и не горел желанием возвращаться в Центр. Кроме того, Келлер собирался мною поужинать, и я полагаю, что мне была простительна моя слабость… О Дитрихе Шиллере я думаю буквально следующее: это сволочь высочайшей пробы с ущербной психикой, возможно, с тяжёлой физической травмой в прошлом, что тоже объясняет многое. Но без этой сволочи отдел поиска загнётся очень быстро. Он сейчас… как бы это аккуратно объяснить… Моя аватара в глазах поисковиков. Посмотрите на меня, господин Йоханссон.

Аргетис вытянул вперёд изящные руки практически скульптурной работы, откинул голову назад в жесте подчёркнуто красивом и бессильном. Усмехнулся.

— Представляю, как Ноэль намучился, пока получил поддержку подчинённых, с его-то потрясающими внешними данными милой душечки в рубашечке в цветочек. Я пошёл более простым путём.

Ответ получился уклончивым, но подтверждением сообщения. Что до аглокинеза, то Аргетис не просто знал, что он есть. Ноэль был аглиокинетиком. Общая матрица способностей выдала и Шиллера. Но сообщать об этом Ларсу он считал излишним, и это не было ложью. всего лишь молчанием. Своё обещание быть честным Аргетис сдержал.

0

16

— Бесполезно, — ответил Ларс. — Я настолько заядлый "курильщик", что не брошу и в случае рака лёгких. Могила меня исправит.
Он сухо неприятно рассмеялся. Говорить о своих способностях не доставляло Локи никакого удовольствия. Это как говорить о члене. Ну, вот он у тебя есть, и это прекрасно. Но неприлично вываливать своё достоинство и тыкать им в думающую общественность. Не оценит.
Ларс был не только отличным аэрокинетиком, но и прекрасным физиогномистом. Кроме того, он в некоторой степени являлся эмпатом. Весьма однобоким, так как обладает не эмпатией — только аэрокинезом. Изобличить ложь Йоханссон мог по некоторым косвенным признакам. Таким, как участившееся дыхание.
— Вы подозревали?
— Да.
— Вы упомянули мою честность… Так вот, вы подозревали, а сейчас уверены. Я это чувствую.
"Я знаю гораздо больше, чем мне хотелось бы знать доподлинно. Некоторые сведения весьма... неудобные, я бы сказал".
— При этом вы не расставляете мне ловушек.
— Зачем мне это?
— Что до чёрствости, господин Йоханссон, эмпатия не равна всепоглощающей доброте и человечности. Я знал эмпатов, которым место на электрическом стуле. Способность не наделяет человека определёнными чертами характера, это личностное.
— Личностное, — осторожно подтвердил Ларс.
Он всегда остерегался давать оценочные характеристики.
— А если оставить личность Дитриха Шиллера в покое, то в сухом остатке остаётся профессионализм. Как ни крути, а кадровые проблемы в отделе поиска крайне серьёзны, я не отдам Шиллера в ошейник, пока это вообще возможно. Он нужен на этом посту.
"Выходит, Стил прав. Эти двое любовники. Я закрыл глаза и не хотел этого видеть, замечать. Брезговал лезть в чужую постель".
— Что до вычисления таланта, то да, это от меня даже не зависит — мутанты с одинаковыми способностями чувствуют друг друга.
"Неоднократно подтверждённый тезис. Наши эскулапы целую вечность бились, чтобы подвести под доказательную базу то, что и так понятно на интуитивном уровне".
— Всё остальное является следствием накопленного опыта, умения анализировать и сохранять полученные эмоциональные и психические образы. А это уже пси-диктатура. В моей коллекции хранятся матрицы телепатов, стихийников, гипнотизёров, эмпатов и диктаторов, ещё нескольких видов... талантов.
Ларс позволил себе полуулыбку. Аргетис почти хвастался, это не могло не вызвать у Локи лёгкой иронии. Настолько же "полу-", насколько обозначилась на его губах улыбка.
— Самый страшный опыт, пожалуй, это Отто Келлер. Пожалуй, я был бы должен появиться у вас раньше, когда он сбежал, но тогда я только-только избавился от ошейника второй раз и не горел желанием возвращаться в Центр. Кроме того, Келлер собирался мною поужинать, и я полагаю, что мне была простительна моя слабость...
— Более чем, — Йоханссон допил забытую минералку.
— О Дитрихе Шиллере я думаю буквально следующее: это сволочь высочайшей пробы с ущербной психикой, возможно, с тяжёлой физической травмой в прошлом, что тоже объясняет многое. Но без этой сволочи отдел поиска загнётся очень быстро.
— Шиллер прекрасный лидер. Но он посредственный организатор. Скорее, исполнитель, чем руководитель. Предпочитает сделать работу сам, чем делегировать полномочия. Что вам до него?
— Он сейчас... как бы это аккуратно объяснить... Моя аватара в глазах поисковиков. Посмотрите на меня, господин Йоханссон.
Ларс охотно скользнул взглядом по собеседнику. Без лишней наглости, не злоупотребляя приличием и доверием, без оценки. Просто ровно осмотрел, без всякого пристрастия.
— Представляю, как Ноэль намучился, пока получил поддержку подчинённых, с его-то потрясающими внешними данными милой душечки в рубашечке в цветочек. Я пошёл более простым путём.
— Да? И на что вы его купили, герр Ди Келайно? Я хорошо знаю Шиллера: он постоянно в поиске денег, но деньги — далеко не главное, что его интересует. Это, условно говоря, его побочный интерес. На деньги гордость не купишь. Недовольство вашим назначением было написано у него на лице. Я бы сказал, что Шиллер был в ярости. Впрочем, кратковременной, как и любая другая его эмоция. Поймите меня правильно: Шиллер должен уйти. Его время прошло. У меня есть копии исследований доктора Бладера. Я не очень понимаю всю эту научную лебеду документацию, но исследователь весьма заинтересован в изучении такого феномена как эмпатия. Уверен, Шиллер ему прекрасно подойдёт. Это как раз тот случай, когда вам следует. Выполнить. Свою. Работу.

0

17

Следить за тем, как Ларс реагирует на его небольшую речь, оказалось очень интересно. Аргетис с нескрываемым одобрением улыбнулся, отмечая его сдержанность в эмоциях. Ларс Йоханссон не отличался излишним эмоционированием, но тонкие переливы был куда интереснее, чем проявления крайности. А вот тут пошла дальше вторая часть Марлезонского балета игры «я знаю, что ты знаешь». И Аргетис едва не спросил, откуда Ларс Йоханссон в курсе его личной жизни, но тут имелся ещё один нюанс. О личной жизни Аргетиса Ди Келайно не знал только ленивый, рано или поздно выползали сплетни, ввинчивались таблоиды, жёлтая пресса радостно рылась в его белье. Это был не тот случай, чтобы можно было негодовать или стесняться.

— Шиллер прекрасный лидер. Но он посредственный организатор. Скорее, исполнитель, чем руководитель. Предпочитает сделать работу сам, чем делегировать полномочия. Что вам до него?

Я хороший организатор, поверьте. Иначе я не создал бы такое состояние. Но для лидерства нужно быть своим среди контингента. Я пока чужой. Пока. К тому же я диктатор, они боятся, и это правильно. Делегированием полномочий занимаюсь я. Что до последнего вопроса — вы знаете, что мне до него, хотя не это играет тут решающую роль. Мне любопытно, чьими стараниями вы в курсе.

— Да? И на что вы его купили, герр Ди Келайно? Я хорошо знаю Шиллера: он постоянно в поиске денег, но деньги — далеко не главное, что его интересует.

Аргетис снова продемонстрировал мягкую улыбку. Вопросы его не возмущали.

— Мои возможности весьма широки, господин Йоханссон. Финансовые в том числе. Я купил его деньгами и тем, о чём вы думаете с лёгким оттенком брезгливости.

Ему легко было говорить об этом, хотя слишком откровенных формулировок Аргетис избегал. Впрочем, без особого насилия над собой — он привык говорить обтекаемыми фразами.

— Недовольство вашим назначением было написано у него на лице. Я бы сказал, что Шиллер был в ярости.

— Я знаю это. И поверьте, он действительно был в ярости.

— Поймите меня правильно: Шиллер должен уйти. Его время прошло. У меня есть копии исследований доктора Бладера. Я не очень понимаю всю эту научную документацию, но исследователь весьма заинтересован в изучении такого феномена как эмпатия. Уверен, Шиллер ему прекрасно подойдёт. Это как раз тот случай, когда вам следует. Выполнить. Свою. Работу.

— Он уйдёт. Но не сейчас. Не раньше, чем он выполнит свою работу. Что до доктора Бладера, то у него есть один эмпат, заинтересованный в сотрудничестве куда больше, чем любой другой эмпат Центра, украшенный или не украшенный ошейником. Во время совещания, на котором Георг Файз меня представил, я гарантировал Дэву Бладеру свою заинтересованность в любых исследованиях, которые ему заблагорассудится провести. Эти исследования в моих интересах, я готов приплатить герру Бладеру из собственного кармана, если он согласиться работать только над исследованиями эмпатии и диктатуры. Но Дитрих Шиллер уйдёт не раньше, чем…

Вот тут Аргетис стёр с лица улыбку. Это были не шутки. Не очередной сеанс невинного кокетства человека, осознающего собственную сексуальную привлекательность. Аргетиса Ди Келайно могли считать кем угодно — чудаком, идиотом, избалованной куклой, но в первую очередь он был дельцом, и более чем успешным. Его состояние выстояло в кризис 2008 года, выдержало попадание в Центр, выдержало передачу в руки Аллардайса и обратный отток к законному владельцу. И дело было не в удаче.

— Дитрих Шиллер уйдёт не раньше, чем я выжму из него всё, что только возможно. И он об этом если и не знает, то чувствует — я это знаю. С точки зрения Службы Безопасности, как я вижу, его время пришло. Раз вы так говорите. Но с точки зрения Службы Поиска его время не пришло. Я предлагаю приступить к поискам компромисса, господин Йоханссон. Покупать вас я не вижу смысла, вряд ли вы соблазнитесь деньгами или более… натуральной оплатой. Вы можете предложить мне альтернативную замену Дитриху Шиллеру? — вот теперь улыбка вернулась на лицо Аргетиса. — Или предлагаете мне впридачу к уже имеющимся проблемам разбираться ещё и с бунтующей группой поисковиков, а бунт будет, плюс резкое снижение и без того ущербной работоспособности Службы Поиска? Я богат, господин Йоханссон. Но никакие деньги мира не помогут мне вытащить из кармана обученных людей для СП.

Отредактировано Аргетис Ди Келайно (2015-07-23 23:59:46)

0

18

— Что до последнего вопроса — вы знаете, что мне до него, хотя не это играет тут решающую роль. Мне любопытно, чьими стараниями вы в курсе.
Локи устало опустил глаза. Как будто это имело значение! Как будто это он хотел узнать правду! Как будто это он, в конце концов, спал с подчинённым! Ларс не хотел обладать этими сведениями. Вообще. Он никогда по-настоящему не умел использовать такого рода знания. Информация просто болталась в голове, создавая пресловутый информационный шум, и Йоханссон не решил, куда её пристроить. Под конец решил, что это не его дело, кто с кем спит.
— Мои возможности весьма широки, господин Йоханссон. Финансовые в том числе. Я купил его деньгами и тем, о чём вы думаете с лёгким оттенком брезгливости.
К просьбе не выказывать собственные способности Аргетис не прислушался. Он мог ответить на вопрос Локи более прямо, мог отклонить его, но подчеркнул то, что распознаёт все чувства собеседника, в том числе самые потаённые. Плохо.
Усталость нарастала. Никогда ещё Ларс не чувствовал себя таким уязвимым. Уловки, обманные манёвры — всё то, что Локи формировал и оттачивал годами, — с Ди Келайно не работали. Общество Аргетиса становилось для Локи всё менее желанным.
— Он уйдёт.
— Так "уйдите" его.
— Но не сейчас. Не раньше, чем он выполнит свою работу.
— Как руководитель он бесполезен. Его работа — работа координатора "дельты–2". Вот с этим Дитрих Шиллер справляется на все двести процентов. Правда, всё за всех делает, но это не важно. Главное результат.
— Что до доктора Бладера, то у него есть один эмпат, заинтересованный в сотрудничестве куда больше, чем любой другой эмпат Центра, украшенный или не украшенный ошейником. Во время совещания, на котором Георг Файз меня представил, я гарантировал Дэву Бладеру свою заинтересованность в любых исследованиях, которые ему заблагорассудится провести. Эти исследования в моих интересах, я готов приплатить герру Бладеру из собственного кармана, если он согласиться работать только над исследованиями эмпатии и диктатуры.
"У меня есть основания полагать, что Бладер руководствуется личными мотивами, когда хочет исследовать Шиллера".
— Но Дитрих Шиллер уйдёт не раньше, чем...
— Договаривайте.
Кровь вежливо постучала в виски и спросила, не хватит ли с него, Йоханссона, таких бесед? Потом влупила ещё разок и куда более настойчиво повторила вопрос. Ларс взял на глубокий вдох медленный выдох, после чего — себя в руки. Оставалось только надеяться, что не-аглиокинетик Аргетис не чувствует физическую боль. Насколько помнил Йоханссон, эмпаты распознают только душевную.
— Дитрих Шиллер уйдёт не раньше, чем я выжму из него всё, что только возможно. И он об этом если и не знает, то чувствует — я это знаю.
— Вы недооцениваете Шиллера, — почти искренне рассмеялся Локи.
— С точки зрения Службы Безопасности, как я вижу, его время пришло. Раз вы так говорите. Но с точки зрения Службы Поиска его время не пришло.
— Вы ослышались, герр Ди Келайно. Я сказал "прошло". "Про-шло". С вашей точки зрения — возможно, но говорить за всю поисковую излишне, пусть вы её и представляете. Здесь есть и другие люди, которые расставляют приоритеты. Что вы предлагаете?
— Я предлагаю приступить к поискам компромисса, господин Йоханссон. Покупать вас я не вижу смысла, вряд ли вы соблазнитесь деньгами или более... натуральной оплатой.
Боже, каким титаническим усилием воли интриган Локи удержал лицо! Его самоконтроль мог сделать честь любому. Но отменить недоумением на эмоциональном уровне Ларс не мог. Зачем было вообще упоминать пресловутую оплату натурой! Это что, деловые отношения?
"Боже мой..."
— Вы можете предложить мне альтернативную замену Дитриху Шиллеру?
— Могу. Рондо Фрамм. Лютер Сполл. Кто угодно, не зарвавшийся настолько, насколько Дитрих Шиллер. Я сыт по горло его выкрутасами.
— Или предлагаете мне впридачу к уже имеющимся проблемам разбираться ещё и с бунтующей группой поисковиков, а бунт будет, плюс резкое снижение и без того ущербной работоспособности Службы Поиска?
— Вы сумеете решить эту проблему, — с нажимом на слова "вы" и "решить" проговорил Ларс.
— Я богат, господин Йоханссон. Но никакие деньги мира не помогут мне вытащить из кармана обученных людей для СП.
— Вы наберёте новых. Если на то пошло, я переведу несколько своих людей из сотрудников внешней безопасности. Надеюсь, их профессионализм вы под сомнение не ставите? Непродолжительное перепрофилирование даст вам прекрасно подготовленных специалистов. Я гарантирую вам это. Гарантирую.
Локи поднял глаза цвета сумрачных небес и вперил взгляд в лицо Аргетиса. "Да, я настаиваю, — говорил этот взгляд. — До какой черты вы позволите себе упрямиться? Вступите в прямую конфронтацию?"

0

19

35— Так "уйдите" его.

Ответом на это прямое высказывание послужила ещё одна улыбка.

— Как руководитель он бесполезен. Его работа — работа координатора "дельты–2". Вот с этим Дитрих Шиллер справляется на все двести процентов. Правда, всё за всех делает, но это не важно. Главное результат.

— Он не руководитель, руководитель я, — в голосе Аргетиса отчётливо переливался мёд. Кое в чём Ларс ошибался. Чужую боль Аргетис не чувствовал, но прекрасно воспринимал эмоциональный и психический оттенок, присущий боли.

— Вы недооцениваете Шиллера.

У начальника Службы Безопасности оказался прятный смех. Ещё более приятным этот смех делал лёгкий оттенок лицемерия.

— Вы ослышались, герр Ди Келайно. Я сказал "прошло". "Про-шло". С вашей точки зрения — возможно, но говорить за всю поисковую излишне, пусть вы её и представляете. Здесь есть и другие люди, которые расставляют приоритеты.

— Здесь? — Аргетис неторопливо обвёл взглядом комнату и с интересом поднял бровь. — Я имел в виду «пришло время уходить».

А вот сейчас Ларс Йоханссон явно пытался дать ему понять, что его пост главы Службы Поиска считается чисто номинальным, раз какие-то другие люди имеют приоритетное решение перед его распоряжением внутри подведомственной ему службы. Сам Аргетис полагал, что расстановка приоритетов предполагает чётко очерченную вертикаль власти — над ним стоял Файз с его замами, а сам Йоханссон мог влиять только по своему профилю безопасности. А ещё он потрясающе предсказуемо отреагировал на предположение натуральной оплаты. Фраза была двусмысленной, а Ларс Йоханссон не был горностаем, чтобы в белой шубке прыгать по грязи. Он должен был обляпаться той грязью, которой был переполнен Центр, и с готовностью показал свою обляпанность.

—  Натуральная оплата, — мирно и с видимым удовольствием пояснил Аргетис, — это практикующиеся в виде взяток подарки. От машины до полезных связей, которыми переплетены коррумпированные в той или иной степени власть имущие.

«А вы что подумали? Плохой, плохой испорченный мальчик!»

Нейтральной доброжелательности лица Аргетиса могли бы позавидовать мраморные статуи времён Эллады.

— Могу. Рондо Фрамм. Лютер Сполл. Кто угодно, не зарвавшийся настолько, насколько Дитрих Шиллер. Я сыт по горло его выкрутасами.

— Я рассматривал эти кандидатуры. Рондо Фрамм не тянет документацию, а Лютер Сполл тянет только документацию — тестирование безжалостно. Меня не устраивает частичная годность и я предпочитаю талантливую сволочь, которая справляется со всем объёмом работы. А Шиллер справляется, несмотря на выкрутасы. Как только я найду того, кто будет хотя бы таким же полезным в работе, я уйду Шиллера с места моего заместителя и из рядов СП вообще.

— Вы сумеете решить эту проблему.

— Если приоритеты расставляю не я, как вы меня любезно только что просветили, то не сумею. Я не свадебный генерал, господин Йоханссон. Это так не работает.

— Вы наберёте новых. Если на то пошло, я переведу несколько своих людей из сотрудников внешней безопасности. Надеюсь, их профессионализм вы под сомнение не ставите? Непродолжительное перепрофилирование даст вам прекрасно подготовленных специалистов. Я гарантирую вам это. Гарантирую.

— У вас наблюдается переизбыток подготовленных кадров? — а вот теперь Аргетис был готов осуждать Ларса Йоханссона за то, что он, обладая резервом подготовленных людей и зная о кадровой катастрофе в СП, ничего не сделал для перераспределения. — Профессионализм сотрудников СБ я не ставлю под сомнение. Вы готовы гарантировать, что они будут подчиняться мне, а не вам? Мне. Мутанту. Женственному мутанту в кружевах.

Вот теперь Аргетис позволил себе сменить мягкую доброжелательность выражения лица на более живые эмоции, и явно сделал это как уступку не-эмпату, который не в состоянии прочитать его состояние и настроение. Он ясно дал понять, что не в восторге от того, что глава СБ указывает ему на место под лавкой. Впрочем, Ноэль его предупреждал, что ставить палки в колёса будут, и будут ставить активно. Возникает вопрос, какого чёрта вообще он делает в этом учреждении, если глава СБ полагает, что без него прекрасно справлялись? А ведь не справлялись, и документация об этом даже не вопила, а рыдала кровавыми слезами.

— В любом случае, господин Йоханссон, я предпочитаю сначала решить проблему, а потом избавляться от неугодных вам людей. Это всего лишь логично — старую машину отправляют на свалку когда новая уже куплена. А пока покупка новой машины ещё даже не на бумаге, а всего лишь на словах, было бы опрометчиво гордо вышвыривать проржавевшую, но рабочую машину. Потому что бюджетом не предусмотрена аренда такси и лимузинов, а оплачивать это из собственного кармана я не буду. Это не относится к моему хобби и не входит в инвестиционные планы. Следующая инвестиция моего фонда в Центр предусмотрена на последний квартал этого года, и не днём раньше.

Он дал Йоханссону время поразмыслить над тем, что он сейчас мысленно гавкает не просто на коллегу, главу параллельного силового ведомства, а на того, кто держит руку на деньгопроводе.

— С другой стороны, я не могу не поддерживать вашу заинтересованность в работоспособных силовых ведомствах, и готов всячески способствовать оздоровлению личного состава, включая удаление неугодных. Но не раньше, чем личный состав будет укомплектован хотя бы до удовлетворительного состояния. Если это необходимо, то я подготовлю исчёрпывающую докладную с календарным планом кадровых перестановок, включая лист увольнений и бюджетную сводку, и предоставлю в нужном количестве экземпляров всем, кто расставляет приоритеты в Службе Поиска. Особенно если вы будете любезны сообщить мне их фамилии и должности. Разумеется, по экземпляру будет направлено вам, поскольку безопасность это чрезвычайно важно, Георгу Файзу, Эрвину фон Рейхсфрейгерр-Вартенслебену и мадам Кадди. Что до перепрофилирования, то финансирование тренировочного лагеря для силовиков, включая ваше ведомство, уже вынесено на обсуждение бюджетным комитетом. Надеюсь, вас радует эта новость. Предыдущий глава Службы Поиска не оставил это на самотёк, когда уходил в Ми-5, и просил меня взять это под личный контроль, что я и сделал.

Аргетис поочерёдно выкладывал на стол перед Ларсом имеющиеся у него козыри, хотя и не все. Один из инвесторов, имеющий возможность частично перекрыть Центру кислород, не член бюджетного совета, но человек имеющий право голоса и имеющий возможность давления на других членов совета, человек, имеющий связи в политических кругах, человек связанный с Ми-5 личными симпатиями и поступивший сюда по рекомендации этой Ми-5, который к тому же не совсем человек. Аргетис особенно подчёркивал, что в первую очередь его интересует работоспособность СП, и это не попытка защитить любовника от посягательств злого дяди Ларса. В конце концов, он всегда мог прийти к Шиллеру и сказать что-то вроде «Мне нужен личный пилот, твой самолёт на парковке». Да, Дитрих мог отказаться из идиотской гордости, но как говорится, была бы честь предложена. А сейчас перед самым носом Ларса на метафорических весах покачивался весьма неравноценный и неравновесный набор. На одной чаше весов его личная неприязнь к Шиллеру, а на другой — пачка жирных козырей из кармана Аргетиса Ди Келайно.

— Я не хочу с вами ссориться из-за такой мелочи, господин Йоханссон. И у меня уже нет привычки хлопать крыльями в попытке защитить того, кто в моей защите не нуждается и не стоит таких хлопот. Но не нужно заваливать всю работу СП, им и так нелегко. У них начальник на днях поменялся, ещё не все отошли от шока.

Отредактировано Аргетис Ди Келайно (2015-07-24 17:39:39)

+1

20

—  Натуральная оплата, это практикующиеся в виде взяток подарки. От машины до полезных связей, которыми переплетены коррумпированные в той или иной степени власть имущие.
"Подарки, да? Были бы это только подарки, вы бы не запнулись на полуслове. Что-то мне подсказывает, что вы бы не отказались".
— У вас наблюдается переизбыток подготовленных кадров?
Что это? Без пяти минут, без одного-двух слов осуждение? Ларс сузил глаза, рассматривая лицо собеседника.
— Достаток, — мягко подчеркнул Локи.
— Профессионализм сотрудников СБ я не ставлю под сомнение. Вы готовы гарантировать, что они будут подчиняться мне, а не вам? Мне. Мутанту. Женственному мутанту в кружевах.
— Готов, — рассмеялся Ларс. — Это служба безопасности. У этих ребят большая ответственность. Гораздо больше, чем у поисковиков или надзирателей. Большая ответственность и армейская дисциплина. Берусь утверждать, что у меня, без ложной скромности, наиболее дисциплинированное ведомство. Не важно, что именно заставит их подчиняться. Привлекательность ваших кружев или мой авторитет. Главное — факт.
Дальнейшие мысли Аргетиса касательно финансирования и роли, которую во всём этом занимает Шиллер, Йоханссон выслушал молча. Говорил-то поисковик красиво и убедительно, любо-дорого слушать. Да и смотреть, если честно. Смысл слов Ди для Ларса сводился только к одному: Аргетис частично финансирует Центр и имеет право решать.
"Значит, вы ставите меня на место, гос-по-дин Ди Келайно?" — мысленно усмехнулся Ларс.
Против всех козырей, брошенных на кон собеседником, у Локи был наготове один-единственный: он располагал не меньшими связями с различными разведывательными структурами мира.
— Мне перечислить вам все косяки Шиллера, коллега, или вы в курсе? Так вот, я больше глаза на это закрывать не буду. Перепоручаю его вашим заботам и спрашивать за его поступки буду с вас. Идёт?
— Я не хочу с вами ссориться из-за такой мелочи, господин Йоханссон. И у меня уже нет привычки хлопать крыльями в попытке защитить того, кто в моей защите не нуждается и не стоит таких хлопот. Но не нужно заваливать всю работу СП, им и так нелегко. У них начальник на днях поменялся, ещё не все отошли от шока.
— Хорошо, — наконец согласился Локи. — Вам хватит четырёх недель, чтобы наладить работу ведомства и избавиться от Шиллера, и лучше вперёд ногами: он слишком много знает?

0

21

«А вот не нужно на меня так щуриться, господин Йоханссон».

— Это служба безопасности. У этих ребят большая ответственность. Гораздо больше, чем у поисковиков или надзирателей. Большая ответственность и армейская дисциплина. Берусь утверждать, что у меня, без ложной скромности, наиболее дисциплинированное ведомство.

— Я знаком с критериями отбора и распределения по силовым ведомствам. Тут вы правы,  ни к чему скромничать — СБ не только самое дисциплинированное ведомство, но и сотрудники более чем подготовлены. Заметьте, в этом нет ни слова лести, всего лишь констатация факта. Мне остаётся только радоваться тому факту, что в Центре практикуется взаимоподдержка силовиков, иначе было бы в два раза тяжелее работать.

«Взаимоподдержка, Ларс, а не попытка ставить палки в колёса. Это огромная разница».

В ответ на его мысленную усмешку Аргетис абсолютно синхронно продублировал то же действие визуально. Усмехался эмпат более чем высокохудожественно — он работал над мимикой отдельно.

[u]— Не важно, что именно заставит их подчиняться. Привлекательность ваших кружев или мой авторитет. Главное — факт.[/u]

— Упаси бог, только этого мне не хватало, — Аргетис откровенно поморщился. Он и так чувствовал себя кастрированным, когда лишился возможности чудить в одежде и носить свои кольца. Он не носил кружева, но окружающие идиоты почему-то упорно их видели, когда смотрели на него. Так что предполагаемое подчинение ради внешней привлекательности начальника вовсе не радовало этого самого начальника. Нет, возможно было бы неплохо обзавестись гаремом из фактуристых самцов, но чёрт возьми, переспать со всеми своими подчинёнными, чтобы на правах королевы роя добиться идеальной работы? Мир рехнулся???

— Мне перечислить вам все косяки Шиллера, коллега, или вы в курсе?

— Я в курсе косяков, но было бы слишком самонадеянно с моей стороны полагать, что я знаю всё. Окажите любезность, господин Йоханссон, перечислите. Особенно меня интересует где этот идиот Дитрих Шиллер успел проколоться по части безопасности. кроме всего прочего, до меня докатились ещё не понятые мной настроения по поводу проколов в сфере Службы Поиска, но эмпатическое восприятие к делу не пришьёшь. У меня есть свои проблемы, господин Йоханссон, считайте, что я вам жалуюсь. Мало чувствовать какой-то подвох, желательно понимать, что именно случилось.

— Так вот, я больше глаза на это закрывать не буду. Перепоручаю его вашим заботам и спрашивать за его поступки буду с вас. Идёт?

— Господи…

Аргетис не смог удержаться от короткого жеста — попытка прикрыть глаза ладонью. Откровенно говоря, у него ярко мелькнуло желание побиться красивой головой об негостеприимный стол начальника СБ.

— Господин Йоханссон, ради всего святого, вы меня чрезвычайно обяжете, если не будете закрывать глаза. Чёрт возьми, это ваша обязанность — не закрывать глаза и не покрывать идиотов. Тут даже обсуждать нечего. Что до моей ответственности, то я её принял вместе с должностью. Любой косяк моего подчинённого — это мой косяк.

Ди мягкими и медленными томительными движениями начал разминать пальцы. Разгонял подспудно возникшее желание судорожно согнуть пальцы в хищные когти.

— Хорошо. Вам хватит четырёх недель, чтобы наладить работу ведомства и избавиться от Шиллера?

— Момент.

Аргетис прикрыл глаза, мысленно открывая органайзер. Поморщился, когда увидел план работы на ближайшую неделю. И на следующую. И на следующую тоже.

При удачном стечении обстоятельств. Особенно если кое-кто снова не накосячит а ещё кое-кто не станет строить козни с теми кадровыми перестановками, которые вы мне щедро пообещали. Когда мне ждать ваших людей? Им потребуется не просто пройти инструктаж. Вы же понимаете, что охранять это не то же самое, что ловить. Вы точно понимаете, — Аргетис с удовольствием облизал губы, припомнив момент эпического появления Ларса на пожаре. Он обожал профессионализм в любом его воплощении, его буквально очаровывало наблюдение за работой профи в любой области. Ларс был откровенно хорош тогда, в самом невинном смысле этого слова, чисто эстетически.

0

22

Локи аккуратно проигнорировал вопрос о косяках Шиллера. Его косяки — недоработки безопасников, если на то пошло. Когда разговор плавно ушёл в сторону, коснулся других моментов, Ларс не стал акцентировать внимание на ошибках Зверюги страшной. Который, на минуточку, устроил стрельбу в городе и палил не в кого-нибудь — в начальника службы надзора. Это не просто дисциплинарное нарушение, это какой-то дисциплинарный пиздец. Стил явно будет не в восторге, если узнает, от кого Аргетис прознал о наступлении пиздеца.
— Господин Йоханссон, ради всего святого, вы меня чрезвычайно обяжете, если не будете закрывать глаза. Чёрт возьми, это ваша обязанность — не закрывать глаза и не покрывать идиотов. Тут даже обсуждать нечего. Что до моей ответственности, то я её принял вместе с должностью. Любой косяк моего подчинённого — это мой косяк.
— Вы не совсем понимаете пока всех тонкостей, коллега, — осторожно возразил Ларс. — Я не любитель спускать кому-то с рук провинности, совершённые по злому умыслу, но иногда без этого никак. Хотите аналогию? Вот вы и я знаем, что я обладаю запретным талантом. Но ни я ни вы не горим желанием это афишировать. То есть закрываем на это глаза. Проявляем гибкость. Находим компромисс. Как угодно! Суть одна.
"Какая всё-таки двусмысленная ситуация... С лёгкостью достигнуть понимания в вопросе моего аэрокинеза и споткнуться на болване Шиллере! Немыслимо".
— Здесь такая неприятная ситуация с Шиллером, на самом деле, — признал Йоханссон. — Вы миллион раз правы, говоря о его профессиональных качествах, но кое-кто не согласится и с этим. Герр Бриз неоднократно упрекал этого человека во многих недоработках. Но Дитрих совершенно неуправляем. Он не признаёт над собой власти. Есть люди, которых он просто обходит по дуге. Меня, например, и весь высший учебный состав. Станете ли вы для авторитетом? Таким, чтобы он перестал грызться с Бризом, приставать к подопытным и заниматься прочими гнусностями глупостями? Если он уймётся, я рассмотрю вопрос о том, чтобы оставить в покое. Сейчас у меня в отношении него только одно желание — выдать ему волчий билет и прописать в клинике для умалишённых. Это невероятно: сочетать грамотно выполненную работу с кулуарной войной, которую он ведёт против того же Бриза. Думаю, вас не удивит. Эти двое с удовольствием придушили бы друг друга. Мне пришлось надавать на Бриза, чтобы всё это прекратилось.
— Момент.
— Пожалуйста.
Ларс краем глаза посмотрел в монитор. Потом в другой и в третий. Покосился на отдельно лежащий планшет и понял, что заболтался.
— При удачном стечении обстоятельств. Особенно если с теми кадровыми перестановками, которые вы мне щедро пообещали. Когда мне ждать ваших людей?
— Предоставлю в течение двух дней.
— Им потребуется не просто пройти инструктаж. Вы же понимаете, что охранять это не то же самое, что ловить. Вы точно понимаете.
Локи терпеливо посмотрел на Аргетиса. Тот, вроде, вздумал его учить? Ларсу хотелось с гордостью подчеркнуть, что его люди — наиболее подготовленное и боеспособное ведомство, этакая "Альфа" от безопасности, но промолчал.
— У вас есть ещё вопросы ко мне, герр Ди Келайно?

0

23

Аргетис с хорошо скрытым удовольствием наблюдал за тем, как Ларс сам себя загоняет в ловушку двусмысленности и как он это осознаёт. Потому что допуская компромисс в отношении себя он тем самым создаёт превосходные предпосылки того же компромисса в отношении Дитриха Шиллера.

— Но ни я ни вы не горим желанием это афишировать. То есть закрываем на это глаза. Проявляем гибкость. Находим компромисс. Как угодно! Суть одна.

В ответ Аргетис только неторопливо кивнул, прикрывая глаза. Это стоило того, чтобы подтвердить и выразить всяческое понимание тонкости вопроса. Особенно если учесть, что Ларс так замечательно сейчас выдавал великолепный комплект эмоций.

— Станете ли вы для авторитетом?

— Я прикладываю к этому все возможные усилия… как и в работе с любым другим сотрудником Службы Поиска. Так что можете быть уверены, если я не смогу стать для Дитриха Шиллера таким авторитетом, я первый буду заинтересован в том, чтобы избавиться от него.

— Это невероятно: сочетать грамотно выполненную работу с кулуарной войной, которую он ведёт против того же Бриза. Думаю, вас не удивит. Эти двое с удовольствием придушили бы друг друга. Мне пришлось надавать на Бриза, чтобы всё это прекратилось.

— Можно подвести лошадь к воде, но как заставить её пить? — Аргетис пожал плечами. — Если бы эти двое не хотели мира, несмотря на желание придушить друг друга, то ваш нажим не привёл бы ни к чему. Тем не менее, как вы могли видеть, результат налицо. И герр Бриз по какой-то загадочной причине предпочитает спасти Шиллеру жизнь вместо того, чтобы позволить перекрутить его на фарш. У него были все возможности, но вот тут я могу поручиться — не возникло ни единого сомнения в том, как нужно поступить.

Ему не нужно было смотреть на Ларса, чтобы понять — пришло время завершения беседы.

— Предоставлю в течение двух дней.

Аргетис снова с признательностью склонил голову.

— У вас есть ещё вопросы ко мне, герр Ди Келайно?

— Пожалуй, один есть, — Аргетис встал, показывая всем своим видом, что уже прощается и уже уходит, пристально посмотрел в глаза Ларса и отчётливо негромко спросил. — Сколько?

Таким тоном, вежливым, аккуратным и несколько обезличенным обычно спрашивают о сумме, которую следовало выплатить в неподписанном конверте за решённый вопрос. Аргетис дал ему доли секунды на возмущение и мягко улыбнулся.

— Простите мне моё почти неприличное любопытство, но прошу вас проявить понимание. Я переживаю за свой отдел. Сколько ваших специалистов вы сможете перевести в Отдел Поиска? Должен же я понимать, в какой мере я вам благодарен. А теперь, ещё раз прошу прощения, мне пора. Я и так отнял у вас непристойно много времени…

Аргетис удовлетворённо вздохнул. Зайти для извинений и унести в клюве почти подтверждённое невмешательство Ларса в вопрос о Шиллере, да ещё в придачу несколько безопасников в качестве свежеиспечённых силовиков… Ди был собой доволен. Умение оставаться в прибыли в любой ситуации никуда не делось, люди почти ничем не отличались от ценных камней или редких статуэток. Их можно было не только покупать, их можно было достать по знакомству. Пожалуй, так было даже надёжнее.

— Да, господин Йоханссон… Если вы всё же решите воспользоваться моими услугами, я с удовольствием помогу вам избавиться от типовой матрицы, по которой вас вычислит не только сканер, но и любой опытный… специалист в моей области. Кроме того, на будущей неделе я провожу на полигоне занятия для силовиков, изъявивших желание научиться распознавать состояния, навязанные диктатором, если кому-то из ваших ребят это будет полезно, не стесняйтесь.

Он со значением повёл взглядом куда-то за стены. Ларс не идиот, он должен понять, что эмпатия не редкая способность. Да тот же Шиллер может вычислить особенность главы СБ, эмпатия помноженная на опыт поисковика… В общем, Шиллер избегал Йоханссона не только себе на пользу, но и на пользу самому Ларсу.

0

24

— Сколько?
— Простите? — Ларс поднял голову и с удивлением посмотрел на собеседника.
— Простите мне моё почти неприличное любопытство, но прошу вас проявить понимание. Я переживаю за свой отдел. Сколько ваших специалистов вы сможете перевести в Отдел Поиска? Должен же я понимать, в какой мере я вам благодарен.
— Доукомплектуем "первую дельту". Именно у неё сейчас самые низкие показатели. "Вторую" держит на плаву Шиллер, выполняя за всю команду львиную долю работы. Не смею ему мешать, — Локи тонко усмехнулся.
Йоханссон "забыл" упомянуть, что внедряет в ряды поисковиков своих людей, и что слово "свой" для него не пустой звук. Знал Ларс много, очень много. Больше чем иные знают с телепатией, эмпатией, другими формами сверхвосприятия, но хотел знать ещё больше. В идеале — всё.
— А теперь, ещё раз прошу прощения, мне пора. Я и так отнял у вас непристойно много времени...
— Ничего страшного. До свидания, герр Ди Келайно, — ответил Ларс, чувствуя себя совершенно разобранным.
Усталость от общения с эмпатом, от нелепой попытки не чувствовать (!!) лишнего нахлынула и буквально утянула Локи на дно. Он сдался цепенящему опустошению без боя, с каким-то тупым облегчением, что всё закончилось. Спасительная маска обыденного холода, снятая до поры до времени, была готова снова прирасти к лицу, въесться в мимику. Йоханссон ждал этого, как обезумевшие от боли полутрупы новой инъекции морфия.
— Да, господин Йоханссон... Если вы всё же решите воспользоваться моими услугами, я с удовольствием помогу вам избавиться от типовой матрицы, по которой вас вычислит не только сканер, но и любой опытный... специалист в моей области. Кроме того, на будущей неделе я провожу на полигоне занятия для силовиков, изъявивших желание научиться распознавать состояния, навязанные диктатором, если кому-то из ваших ребят это будет полезно, не стесняйтесь.
— На счёт моих людей — да, скорее всего, пришлю некоторых, это важно. На счёт себя... — Ларс неопределённо махнул рукой, не зная, что ещё заставит его близко подпустить Аргетиса, читающего его, как открытую книгу, и не стесняющегося об этом говорить.
То, что для других стало бы радостью и приятным открытием, для Ларса оказалось тяжёлым испытанием. Откровенность. Способность говорить открыто. Способность открыто чувствовать. Отсутствие рамок. Йоханссон не понимал, как это терпит Шиллер.
В мгновение ока Ларса покинули все силы. Не физические — душевные. Никому ранее долгие годы не удавалось настолько быстро вывести его из выверенного до йоты эмоции спокойствия, как этому странному человеку напротив. Это при том, что Аргетис не проявил никакой агрессии.
Впервые за безгранично длительный промежуток времени Локи стало страшно. Страшно бесконтрольно, до жути, от невозможности противостоять коллеге любыми методами, отличными от насильственных. Перед ним стоял тот единственный, кто мог его — его! — шантажировать. Йоханссон боялся шантажа. Если угодно, он жизнь положил на то, чтобы обезопасить в первую очередь себя. Теперь, сегодня, вот прямо сейчас — безрадостный итог, от которого Ларсу хотелось утопиться.
— До связи, — сухо попрощался он, чувствуя, как боль азартно выламывает виски и токает в них на удар сердца.

0

25

Удивлённый взгляд в ответ на короткое «Сколько?» доставил Аргетису удовольствие, почти сравнимое с чувственным. Это было неподдельное удивление, живая и красивая эмоция, очаровательная, как всё настоящее и редкое.

— Доукомплектуем "первую дельту".

— Замечательно, — искренне обрадовался Аргетис, мысленно уже составляя новое штатное расписание.

Тонкую усмешку главы СБ Аргетис встретил понимающим взглядом и чарующей улыбкой. Как и его ощущение разобранности на запчасти, впрочем. При этом Ди не был вампиром, ему не доставляло удовольствия доводить людей до состояния выжатого лимона, но Ларс сам себя накрутил — совесть эмпата была чиста, как слеза несовершеннолетней девственницы.

— На счёт моих людей — да, скорее всего, пришлю некоторых, это важно. На счёт себя...

Аргетис уже практически стоял на пороге, ему оставалось лишь кивнуть и выйти за дверь. В спину мощно фонило такой штормовой волной, что ему стало почти дурно. В той же степени дурно, в какой становится человеку со здоровым аппетитом, когда он с голодухи внезапно переел.

— Не нужно так, Ларс, — с мягкой мольбой в голосе протянул Аргетис, оглянулся через плечо. — Вы вызываете у меня отчаянное желание броситься на помощь, вот только оба метода, которые я могу предложить, вызовут у вас только дополнительный всплеск недоверия. Удалять это, — он легко прикоснулся к своему виску, — насильственными методами — вам не понравится, тем более что я обещал не использовать в отношении вас активные методы воздействия. А если я сейчас демонстративно застегну на своей шее ошейник, ваша гордость этого не перенесёт.

Он всё же обернулся, опираясь спиной на дверь, внимательно смотрел на Йоханссона, изучающее. На этот раз без маскирующих эмоциональных кружев в виде разносортных улыбок или теплоты в глазах. Аргетис сам устал от всего этого, его начинала исподволь подгрызать отчаянная головная боль, но от главы СБ хотелось ожидать всё-таки несколько иного.

— После того, как сверху спустили директиву о сотрудничающих, неужели вы думали, что действующий персонал не начнут проверять на их способность адекватно воспринимать гуляющего рядом мутанта без ошейника? Ларс… Господин Йоханссон, я всё равно пришёл бы к вам рано или поздно. И лучше я, чем Сай.

Аргетис беззвучно и очень чётко проартикулировал безупречно очерченными губами банальнейшее слово «проверка».

— Вы хорошо держались. Но исключительно на силе воле и внутренних резервах… пожалуй, на уверенности в себе и гордости. Но вы нужны мне здесь, на этом посту. Я вам не враг. Не шантажист. Не набиваюсь в сердечные друзья. Умоляю вас, расслабьтесь немного. Вы причиняете мне боль.

Он не преувеличивал. Такие сложно переплетённые эмоции наносили раны почти сравнимые с физическими.

Отредактировано Аргетис Ди Келайно (2015-07-29 22:14:41)

0

26

Локи думал, что Аргетис хоть под занавес проявит великодушие. Как он ошибался! Точнее, милосердие-то Ди проявил, но и оно оказалось на оценку Ларса с солоноватым привкусом свежей крови. Или он в волнении прокусил себе что-то изнутри. Щёку? Да, щёку. Пытался не сболтнуть лишнего тому, кто и так знает всё. Учредители подкинули Йоханссону такую бомбу замедленного действия, что впервые за несколько лет, во время которых он успешно занимал свою должность, Локи малодушно подумал об отставке. 
— Не нужно так.
Ну вот, теперь к общей гамме чувств прибавился ещё и стыд. С ума сойти. Стыдиться за то, что испытываешь эмоции! Это было сильно и это прибило Ларса к месту многотонной глыбой. Можно было уверенно ставить на то, что он сейчас не покинет своё место за столом, чтобы закрыть хотя бы дверь за гостем. Локи миллионы раз пожалел о том, что не решил все вопросы с Ди Келайно по телефону. Согласился на личный контакт, самонадеянный идиот!
— Вы вызываете у меня отчаянное желание броситься на помощь, вот только оба метода, которые я могу предложить, вызовут у вас только дополнительный всплеск недоверия.
— Тогда не надо.
— Удалять это...
— Это физическое.
—... насильственными методами — вам не понравится, тем более что я обещал не использовать в отношении вас активные методы воздействия. А если я сейчас демонстративно застегну на своей шее ошейник, ваша гордость этого не перенесёт.
— Да, — коротко согласился Йоханссон.
— После того, как сверху спустили директиву о сотрудничающих, неужели вы думали, что действующий персонал не начнут проверять на их способность адекватно воспринимать гуляющего рядом мутанта без ошейника? Господин Йоханссон, я всё равно пришёл бы к вам рано или поздно. И лучше я, чем Сай.
— Я знал. Просто оказался не вполне к этому готов. Я не привык к такому. Что касается Сая, то у него гораздо меньше шансов заметить. Он слабый эмпат, тогда как о своих талантах я не думаю. Моя голова занята чисто деловыми вопросами.
— Вы хорошо держались. Но исключительно на силе воле и внутренних резервах… пожалуй, на уверенности в себе и гордости. Но вы нужны здесь, на этом посту. Я вам не враг. Не шантажист. Не набиваюсь в сердечные друзья. Умоляю вас, расслабьтесь немного. Вы причиняете мне боль.
— Извините. Я предупредил, что крайне нежелательно говорить мне о том, что вы обо мне знаете. Вы не вняли, это ваше право. Теперь я не отвечаю за последствия, могу лишь попросить за это прощения. С вашим появлением стало принципиально не важно, сколько времени ещё я пробуду в своей должности. Повторюсь, я знал, что рано или поздно это произойдёт. Не вы — так кто-нибудь другой. Замаскировать или спрятать то, чем я владею, невозможно. Достаточно присмотреться повнимательней. Я ценю ваше великодушие. Теперь идите. Меньше всегда на свете я хотел бы причинять боль своим сотрудникам.

0

27

Вот горе… Аргетис только прерывисто вздохнул от такой твердолобой непробиваемости. Он неподдельно страдал, вынужденный ощущать то, что сейчас на него изливал Ларс. Вот ведь проклятое место, даже не кинешься никуда, чтобы чем-то подлечиться! Чёрт бы побрал, надо было всё же купить себе кого-нибудь, чтобы было кого обнимать, не чувствуя вот этого. Дитрих Шиллер, увы, на роль плюшевого котика никак не годился, а обнимать кактус, увитый колючей проволокой, бывало приятно только во время жёсткого секса.

— Я знал. Просто оказался не вполне к этому готов. Я не привык к такому.

— Привычка дело тренировки, — Аргетис беззащитно улыбнулся.

— Что касается Сая, то у него гораздо меньше шансов заметить. Он слабый эмпат, тогда как о своих талантах я не думаю. Моя голова занята чисто деловыми вопросами.

— Вы его недооцениваете, Ларс, — Аргетис на миг утратил самообладание и рефлекторно схватился за шею, как будто пытался защититься от смыкающейся полосы ошейника. — Я тоже не думаю о своих талантах. Но Сай блестящий аналитик, способный составлять длинные логические цепочки рассуждений. Он вычислил меня так легко, как будто я размахивал алым флагом с золотой надписью «я эмпат». А я не сделал ничего резкого…

— Извините. Я предупредил, что крайне нежелательно говорить мне о том, что вы обо мне знаете. Вы не вняли, это ваше право. Теперь я не отвечаю за последствия, могу лишь попросить за это прощения.

— Простите меня, — Аргетис медленно наклонил голову. — За фамильярность в том числе.

— С вашим появлением стало принципиально не важно, сколько времени ещё я пробуду в своей должности. Повторюсь, я знал, что рано или поздно это произойдёт. Не вы — так кто-нибудь другой. Замаскировать или спрятать то, чем я владею, невозможно.

— Теперь вы недооцениваете Ларса Йоханссона. Я хороший оценщик с безупречной деловой репутацией. Не нужно недооценивать себя. Вы научитесь. А я научусь не испытывать боли в ответ. До скорой встречи, господин Йоханссон. Буду ждать ваших людей.

Аргетис даже не сделал шаг ему навстречу, а лишь качнулся вперёд, с трудом удерживаясь от внезапно возникшего шального желания стукнуть его по носу чем-то вроде внезапной экскурсии по коллекции диктатора, но не стоило дразнить СБшника. стоило заняться собой, сегодня Аргетис и так сделал более чем достаточно. К тому же, уносил в клюве богатую добычу, так что можно было перестать мучить и себя, и пятого прокуратора Иудеи главу Службы Безопасности Ларса Йоханссона. Аргетис кивком распрощался, одарил его улыбкой и быстрым шагом удалился в поисках хоть кого-нибудь, «об кого» можно было полечиться.

Отредактировано Аргетис Ди Келайно (2015-07-29 23:09:21)

0

28

Сегодня всё утро пошло под откос. Под эгидой "впервые за". Впервые за долгие годы Ларс пожалел о том, что вообще располагает способностями. Они никак не помогали выполнять должностные обязанности. Хотя нет, помогали, но не так часто, как та же эмпатия или телепатия.
Локи смотрел на Аргетиса посеревшими глазами и чувствовал малейшие колебания воздушных потоков, которые он создавал. Распознавал воздух в лёгких и растворённый в крови кислород. Ди не ошибся, заявив о способности Ларса убить его быстрее, чем убивает крупнокалиберная пуля. На счастье Аргетиса, понимать, как это работает, не значит хотеть запустить смертоносный механизм. Йоханссон не хотел ему зла.
Ди ясно дал понять, что понимает, каких людей ему предоставит коллега. Судя по всему, промоет им мозги, настроив всё на новый лад. Что ж, Локи был готов и к этому. Его ведомство ничего не потеряет от утраты нескольких специалистов. Благо, Ларс хороший руководитель. Нет такой чудовищной нехватки кадров, как в поисковой. Шиллер с его стремлением сделать всё за всех мало заботился о кадровых вопросах и теперь, наверное, счастлив скинуть ответственность на красивые плечи Аргетиса.
"Всё-таки это была блестящая комбинация. Если это то, о чём я думаю", — пронеслась в голове шальная мысль. Зная характер Дитриха, Ларс предполагал, что тот ни под кого за здорово живёшь не ляжет. Должно быть, эти двое по своему разделили постельные роли, и теперь примитивный, как любое животное, Шиллер думает, что главный он. У него ведь всё измеряется постелью и физической силой.
Локи потёр ноющие виски. Ещё немного, и он сумеет взять себя в руки. Ларс поднял трубку телефона и связался с приёмной:
— Йоханссон. Назначьте мне личную встречу с герром Рейхсфрейгерром-Вартенслебеном, пожалуйста. На сегодня-завтра. Передайте, что хочу предоставить ему внутренние отчёты с комментариями, это конфиденциально. Плюс, решить несколько вопросов тет-а-тет. Спасибо.

0


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Настоящее: лето 2013 года » 01.08.13 "Аргетис Ди Келайно беспокоит".©


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC