За закрытыми дверьми...

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Настоящее: лето 2013 года » 26.07.13 Особенности национального отдыха


26.07.13 Особенности национального отдыха

Сообщений 31 страница 37 из 37

31

— Болевой порог ни к чёрту, — прокомментировал реакцию на вискарь, пролитый на живот пленника, Дитрих. — Кого я знаю ещё с таким порогом? Вы, белые, все на одно лицо да на одни реакции. Скучно с вами, ни помучить толком, ни выебать с душой.
— На этих карточках почти ничего нет. Но у меня есть счет в банке. Там много денег. Очень много...
— Да ладно! Хотя с твоей способностью можно сколотить капитал из ничего, из воздуха. Любимчик судьбы, что и говорить.
— За свободу и... безопасность я тебе дам столько, сколько ты захочешь. Но... без меня ты деньги получить не сможешь. Нужно мое личное присутствие и моя подпись!
— Права качаешь? — Зверь опять хлебнул из бутылки. — Хотя ты прав, конечно. Никто без тебя мне денежки не снимет. Придётся притащить им тебя, подпихивая в спину ножом под видом деликатных объятий, окрашенных в нежно голубые тона. Как тебе? Это ещё и погубит твою карьеру, красавчик. Редко кто согласен терпеть сотрудника, ориентированного на нетрадиционные ценности. Хотя... Опять же, твой дар. Скотство! Вот так гребёшь всю жизнь за одну зарплату, тогда как другие!..
Дитрих с серьёзным видом взял в одну руку нож, в другую — зажигалку. От оборота кремня занялось пламя, и Зверь принялся водить над ним лезвием, нагревая металл. Запугивал как всегда. Аделейд реагировал, причём реагировал очень щедро. Для эмпата такая доза ничем не скрытых эмоций приравнивалась к большой порции сладкого десерта.
— Ну, хорошо. Хочу сто тысяч франков, Мейден. Завтра. Наличкой, с рук на руки, — обрисовал условия Дит. — Это как раз позволит мне решить все мои финансовые проблемы, не будь которых я бы тебя сдал туда, где тебе самое место.
Договорив, Зверь щёлкнул зажигалкой, погасил пламя и нагретое лезвие занёс над обнажённым животом своей жертвы.
— Не вздумай пропасть с горизонтов, переводчик. Я буду присматривать за тобой. Денежки всем требуются.

0

32

Аделейда даже сейчас, не смотря на страх, удивила фраза о "белых". Уже не в первый раз он слышал подобные заявления от мужчины. Можно подумать, сам Дитрих был чернее ночи. Или он имел в виду цвет волос? Но зацикливаться на этом было не самое подходящее время.
Похоже, даже садистов интересуют деньги. Во всяком случае, его жалобы были восприняты Аделейдом как согласие. Облизав пересохшие губы, норвежец все-таки запретил себе радоваться раньше времени. Радоваться будем потом, когда окажемся на очень приличном расстоянии от этого Дитриха. Да и тогда нет гарантии, что он не вернется и не решит все-таки сдать Мейдена в психушку или в бордель или еще куда… Или просто накромсает из него кучку кричащих Аделаид…
Деньги правят миром. Деньги и страх. Аделейд все-таки на секунду прикрыл глаза, чуть расслабляясь. Теперь убивать и уродовать его Дитрих не будет. Если конечно, все эти разговоры о деньгах не блеф, не изощренная игра маньяка, который дает ему надежду, а потом с удовольствием отберет ее, наблюдая за реакцией жертвы.
"Зажигалка? Нож? Зачем?"
- Стой! Стой-стой!!! - закричал Аделейд, снова пытаясь отползти.
На этот раз ему это удалось чуть лучше - Дитрих-то на нем уже не сидел. Резво работая ногами, Аделейд умудрился подвинуться к спинке кровати и сесть, отведя руки чуть в сторону, чтобы наручники не тянули. Вжавшись спиной в прутья и поджав ноги, норвежец, чуть дрожа, наблюдал за Дитрихом.
- Я же согласился, - жалобно проговорил он. - Чего тебе еще надо? Будут тебе твои сто тысяч…
И тут Аделейд умолк. До него только сейчас дошло…
- Что значит "не вздумай пропасть с горизонта"?
Ему вдруг ярко нарисовалась картина, как Дитрих, получив нужную сумму, через какое-то время снова возвращается, чтобы потребовать еще, а потом снова и снова, с каждым разом все чаще и с большим аппетитом. Если уж на то пошло, черт с ними, с деньгами. Их можно и снова заработать. Но кто поручится, что каждый его визит не будет приносить с собой еще и боль? Вот так, легко и непринужденно, пользуясь одним только страхом жертвы, Дитрих заимеет себе раба для удовлетворения своих садитских потребностей, который, к тому же, будет приносить ему еще и неплохую прибыль.
- Смею надеяться, как только ты получишь деньги, мы расстанемся навсегда!
Аделейд неосознанно подался вперед, подозрительно всматриваясь в ледяные, опасные глаза Дитриха, пытаясь понять, о чем думает этот человек. У страха глаза велики. Аделейд уже все придумал себе сам, и даже почти поверил в свою собственную выдумку, заранее приготовившись дать отпор садисту. Или хотя бы попытаться это сделать.

0

33

Много-много сладкого страха. В такие моменты Дитрих чувствовал себя настоящим маньяком. Более того: в такие моменты в нём иногда действительно просыпался маньяк, особенно если Зверь знал, что ему за такое варварство ничего не будет. К счастью для Аделейда, у него были деньги. Деньги по определению защищали его от лишних телесных повреждений.
— Что значит "не вздумай пропасть с горизонта"?
— То и значит, — ровно ответил Дитрих.
Он наблюдал за лицом пленника. Внешние признаки в совокупности с эмпатией давали исчерпывающую информацию о состоянии переводчика. Близком к — на минуточку — истерике состоянии.
— Смею надеяться, как только ты получишь деньги, мы расстанемся навсегда!
— Нет, белый. Теперь нет. "За тобой тень зверя..."* Оставить тебя в покое было бы слишком просто. Да, ещё. Я очень громко буду ржать, если ты наймёшь телохранителя и всё такое прочее. Ты в поле зрения государства. Всё, что я делаю, легально. Кроме одного — брать с тебя деньги. Я нарушаю свою должностную инструкцию, переводчик, и хочу получить за этот риск какую-нибудь выгоду. И очень желательно, чтобы эта выгода была выше, чем мой риск.
Зверь показухи ради помахал ножом в воздухе, остужая нагретое лезвие.
— Ну вот, из-за твоей трусости придётся тебе ходить с необработанными неприжжёными ранами, — весело проговорил он. — Ладно, переводчик. Проваливал бы ты, пока я не решил содрать с тебя ещё и плату натурой. Теперь, когда ты знаешь мои сексуальные предпочтения, ты этого не хочешь, да?
Договорив, Дитрих вытащил из кармана ключи и без лишних слов освободил вконец запуганного Аделейда.
— Давай, Аделаида. Шуруй отсюда, пока я не передумал. Деньги жду завтра. Сбежишь из города — считаю это объявлением войны, и тогда мало не покажется. Я тебе обещаю: сегодняшние детские забавы с ножичком ты будешь вспоминать со слезами умиления и в кровавых соплях. Я понятно объясняю?©
Зверь запустил в Мейдена его рубашкой.
— Свободен!

*Ария — "Зверь".

0

34

Аделейд молча слушал речь Дитриха, цепко следя взглядом за движениями ножа в руке мужчины. Слова Мейдену не нравились, зато остывший нож несколько обнадеживал в том ключе, что использовать его прямо сейчас ясно не собирались. И тут Дитрих достал ключи от наручников и ловко отстегнул браслеты. Не веря своим глазам, Аделейд потер затекшие запястья с сорванной кожей.
- Понятно, - покорно протянул Аделейд, ощущая себя тем самым нерадивым гонцом из популярного русского мультфильма.
Поймав свою рубашку чуть ли не лицом, Аделейд поспешил сползти с кровати и оказаться у входной двери. Казалось бы, все закончилось более-менее хорошо, но квартиру Дитриха он покидал с тяжелым сердцем. Перспектива превратиться в источник дохода для маньяка-шантажиста была ни разу не радужной. По инерции прижав скомканную рубашку к животу, Аделейд вздрогнул от боли. Свежие раны засаднило. Кровь начала свертываться только по краям порезов, так что любимая рубашка тут же "украсилась" трудноотстирываемым пятном. Глядя на это пятно, Аделейд вдруг вспомнил еще кое о чем.
- Сними с меня это, - негромко попросил он, указывая на ошейник.
Раньше его наличие как-то не обременяло - были проблемы и посущественнее. Зато теперь Аделейду казалось, что эта непонятно для чего предназначенная штуковина, которой его мучитель так и не воспользовался, чуть ли не душит его.
- И еще… - добавил он, повернувшись к Дитриху и пристально глядя ему в глаза, - что будет, если в твоей организации узнают? Ну, что ты не сдал меня, а тянешь деньги…
Аделейд наглел на глазах. На губах его появилась легка ухмылка, свидетельствующая о том, как быстро переводчик приходит в себя.
- Тебя самого нарежут на кусочки? Или сдадут в бордель? Или просто обколют препаратами, чтобы ты до конца жизни только и делал, что пускал слюни на футболку?
С каждым новым предположением он делал шаг к Дитриху, так что в конце остановился чуть ли не вплотную к мужчине.
- Я не корова, чтобы меня доить, Дитрих, - твердо сказал он. - Какая разница, ты будешь надо мной издеваться или твои придурки в психушке? Итог все равно один.
Сейчас Аделейд не думал о возможных последствиях своей наглости - он существовал единым моментом, и в этот момент был смел, нагл и отважен.

0

35

— Сними с меня это.
— Зачем? Тебе идёт, — Дитрих улыбнулся, причём эта его радостная улыбка весьма походила на оскал хищника.
Аделейд сегодня приложил все усилия для того, чтобы пробудить в Звере зверя. Тот и так не слишком крепко дремал на самом дне сознательного. На са-а-амом дне, и эта его дислокация позволяла контролировать хищнические настроения. Такие как показать зарвавшемуся переводчику, где его место в пищевой цепочке, условно говоря.
Но слова словами, дела делами. Ошейник на шее пока ещё свободного гражданина и человека (!!) мог вызвать лишние вопросы у непрогрессивной общественности. Более того, Зверю нахрен не сдалось, чтобы перемещения Аделейда как-то отслеживались из Центра. Ведь тогда возникнет вопрос к нему, Шиллеру: какого, собственно, полового органа?.. Почему он упустил свою добычу, почему не доставил в Центр. Это как раз тот момент, какой въедливый Стил спишет на профессиональную непригодность, Локи — вообще уволит по статье. Так себе перспективы. Поэтому Дитрих подчинился. Впервые за весь вечер.
С помощью ключ-карты Дит избавил Аделейда от блокатора.
— Не благодари, — хмыкнул он, — и проваливай.
— И еще... что будет, если в твоей организации узнают? Ну, что ты не сдал меня, а тянешь деньги...
В глаза смотрит, вот идиот. Зверью не смотрят в глаза: вызов.
— Ничего хорошего.
— Тебя самого нарежут на кусочки? Или сдадут в бордель? Или просто обколют препаратами, чтобы ты до конца жизни только и делал, что пускал слюни на футболку?
— Ничего из этого.
Дитрих опасно сузил холодные голубые глаза. Лёд в них, казалось, ощущался физически, но бестолково бесстрашного переводчика ничего не пугало. Некоторых жизнь ничему не учит. У некоторых передозировка кошмара на единицу времени. Некоторые просто клинические дебилы. Оставалось выяснить, что из этого применимо к Мейдену.
— Я не корова, чтобы меня доить, Дитрих. Какая разница, ты будешь надо мной издеваться или твои придурки в психушке? Итог все равно один.
— Нет, не один, — с ледяным спокойствием обронил Зверь. — Я один, "придурков", как ты сказал, много. Полный штат. Пустят по кругу, это точно. Я тебе это организую, если будешь дерзить, принцесса. Если что, ты мне нахрен не сдался, деньги мне импонируют куда больше, чем твоя офисная задница. Если я по глупости на неё позарился, это не значит, что не найду другую, более сговорчивую. Не переживай, переводчик: больше, чем с тебя можно содрать, не сдеру. Но это меньше, чем стоимость твоей свободы и неприкосновенности, не так ли? Если больше, то валяй. Одевайся, я вызову служебную машину. Ошейник я тоже недалеко убрал.

0

36

С каждым словом Дитриха, Аделейд чувствовал себя еще больше загнанным в угол. Все его доводы разбивались о каменную стену самоуверенности этого нахала.
Мейден сам не знал, почему еще не бежит сломя голову из этой квартиры. Ошейник? Его сняли. Поторговаться на счет денег и своей финансовой свободы? Бесполезно, да и не так уж и важно. Все слова сказаны, жизнь сохранена, да и шкура отделалась легким испугом, но он продолжает стоять и смотреть в глаза этого ироничного маньяка и садиста.
Еще несколько секунд он посверлил Дитриха взглядом исподлобья, а потом сдался.
- Mein Geld ist nicht genug, um meine Freiheit und Privatsphäre zu schätzen wissen*, - ответил он очень тихо.
Повернувшись, Аделейд пошел к двери, и, уже взявшись за ручку, обернулся:
- Надеюсь, специально "свидание" назначать не придется? - хмыкнул он, и не смог отказаться себе в удовольствии плюнуть ядом на последок. - Как деньги понадобятся, сам прибежишь.
Нарочито неторопливо он открыл дверь и, не озаботившись захлопнуть ее за собой, зашагал по коридору к лифту.
"Побежит или не побежит?" - гадал он, и как-то напрягался, ожидая и боясь услышать шаги за спиной.
И бояться явно было чего. Если Дитрих решит его догнать, то уж точно не для того, чтобы поцеловать в лобик на прощание. В сто первый раз Аделейд поклялся себе держать язык за зубами и не наживать себе неприятностей.

*Mein Geld ist nicht genug, um meine Freiheit und Privatsphäre zu schätzen wissen. (нем.) - Моих денег не хватит, чтобы оценить мою свободу и неприкосновенность.

0

37

ООС

Пардон, что-то я в реале совсем затупил, не догадался закрыть сцену.

Опять хотелось курить, и Дитрих упрекнул себя за эту мимолётную слабость. Он когда-то бросил и с тех пор покуривал лишь время от времени, как школьник в подворотне. Курение — непозволительная роскошь для того, кто много времени проводит в движении. Зверь яростно порицал курильщиков в рядах поисковиков и выговаривал им, что "хороший сотрудник форсажника на своих двоих догонит". Проблема в том, что самый неспортивный форсажник сильнее, быстрее и ловчее любого поисковика на пике физической формы. Ну, и кто в поисковой на пике? Ривз? Сандерз? Гроссе? Ингимарсон? Да никто.
Дитрих посмотрел вслед блондину, хмыкнул. Он был почти уверен, что тот сегодня же уедет из города. Улетит. На своих двоих убежит. Как угодно. Лишь бы не выплачивать такие деньжищи психопату. Или заявит в полицию. При заявлении в полиции Зверь будет ржать особенно громко и заливисто.
Дит плавно, словно крупный хищник, поднялся и направился в коридор.
— Надеюсь, специально "свидание" назначать не придется? Как деньги понадобятся, сам прибежишь.
— Как деньги понадобятся, ты мне их сам принесёшь, в зубах. На коленях. Деньги и твою задницу, Мейден. Я сегодня потрясающе добр и нарушаю устав. Цени это. Убирайся.
Он всё ещё боролся с желанием выбить блондину зубы, явно лишние в его болтливом рте, который Аделейд использовал не по делу. Отсутствие этого самого "по делу" тоже неиллюзорно добавило злости. По сути, он ничего не поимел с переводчика да ещё и отпустил под честное слово. С ума сойти!
Зверь отлип от дверного косяка и закрыл за Аделейдом дверь. Хотелось спать.

Эпизод завершён

0


Вы здесь » За закрытыми дверьми... » Настоящее: лето 2013 года » 26.07.13 Особенности национального отдыха


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC